Послесловие

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Послесловие

Макиавелли обладал хитростью, умением плести интриги, вводить в заблуждение, на него нельзя было положиться — и именно такой способ поведения он предлагал правителю в своем Государе. Тем самым он продемонстрировал сущность человеческой натуры. Однако человеческая природа, должно быть, лучше: ни один человек не смог вести себя так, как государь Макиавелли. Автором этой работы был дьявол — таково было общее мнение (особенно на нем настаивали представители церкви).

Макиавелли в скором времени стали отождествлять с дьяволом буквально. Прозвище «старина Ник» (так часто именуют дьявола) происходит от Никколо (Макиавелли). Его фамилия во всей Европе стала олицетворением зла. Уже тридцать лет спустя после его смерти, его имя было известным в Англии. А к концу XVI века это имя было знакомо широкому кругу публики, Шекспир использовал его в Виндзорских кумушках. «Я политик? Я коварен? Я Макиавелли?» (Некоторые даже утверждают, что Макиавелли послужил прототипом Яго в Отелло.) Но из-за чего такой шум? Макиавелли сам себе уготовил свою главную уже посмертную роль. Он стал заложником в борьбе, расколовшей церковь и опустошившей Европу на протяжении XVI и XVII веков — Реформации. Его имя стало ассоциироваться с моральным разложением итальянской церкви и было использовано в пропаганде североевропейскими силами, которые боролись за установление протестантизма. (Шекспир не стал бы упоминать имя Макиавелли в таком свете, если бы Англия осталась католической.) Но все ли это?

Нет. Макиавелли открыл нашему взору еще одну пропасть. С момента зарождения философии мыслители полагали, что человеческие существа не многим отличаются друг от друга. Человеческая природа одна и та же. А потому возможно идеальное общественное устройство, при котором хорошо будет всем людям. Платон сделал попытку описать это утопическое устройство в Государстве.

Другие предлагали, как усовершенствовать человеческое общество — для общего блага. После Макиавелли мыслители эпохи Просвещения пытались найти основные принципы человеческой природы — и общество, в котором эти принципы могли бы быть воплощены (яркий пример — конституция Соединенных Штатов Америки). Научно обоснованные попытки создать подобное гармоничное общество были предприняты в марксизме и разного рода социалистических движениях.

Действительно, вера в то, что мы можем жить все вместе в мире, любви и гармонии, была жива вплоть до 1960-х годов и даже дальше.

Но Макиавелли на несколько столетий раньше заявил о невозможности таких проектов. В Государе он говорит о противоречии между управлением государством и нравственным образом жизни. Для того чтобы должным образом управлять государством, правитель должен забыть о нравственности. Государь поставил следующий вопрос: может ли правитель прибегнуть к лицемерию, обману и даже убийству, оставаясь при этом ярым приверженцем христианства? Другими словами, можно ли править, не придерживаясь моральных устоев, оставаясь при этом нравственным человеком?

История неумолимо давала нам только один зловещий ответ на этот вопрос. Скоро ответ стал очевиден для всех. Однако если этот ответ верен, он ведет к глубокому противоречию. Как заметил известный политический философ XX века Исаак Берлин, это означает, что мы остаемся во власти этического плюрализма, Не существует объективного решения проблемы того, как людям следует жить. Как нам себя вести? Отсутствие ответа оглушает и пугает.

Что в итоге? Люди могут и будут создавать разные типы обществ, в которых живут по-разному. Такие общества могут быть фашистскими, коммунистическими, демократическими, с элементами тирании и даже анархии. Возможны практически любые общества. Нужно только покопаться в истории, рассмотрев все — от кровавых обычаев приносить людей в жертву до сообществ отшельников, — чтобы понять, насколько изобретательны люди в этой области.

Общепринятого критерия для оценки достоинств того или иного вида человеческого общества не существует. Если нравственность и политическая наука несовместимы, что и показал Макиавелли, то у нас просто нет мерки, с которой подходить к проблеме.

Но это означает, что гитлеровская Германия ничем не хуже парламентской Британии.

Все это очень печально. Однако отправной пункт очевиден для всех живущих в послефрейдистскую эпоху. Человеческая психология не является ни рациональной, ни последовательной. С другой стороны, любая система морали или система правления таковыми быть должны. Личность и общество, таким образом, заведомо находятся в состоянии противоречия.

Макиавелли был первым, кто сказал горькую правду о человечестве. Он не был великим философом, просто реалистичным политиком. Однако его размышления поставили человечество перед лицом фундаментальной и вряд ли поддающейся решению проблемы.