XXIV
XXIV
«Истиной назвал Себя Христос, а не Привычкой», по чудному слову Тертуллиана (O. Pfleiderer. Die Entstehung des Christentums, 1907, p. 247).
Пылью становится понятное.
Was man begreift, wird staubig.
«Прах и пыль – пища мертвых», в древневавилонском аду. Две тысячи лет привычки сделали то, что нынешним христианам истина Христова – страшно сказать – пища мертвых, пыль и прах.
Может быть, самое первичное во всякой религии, в христианстве же особенно, – чувство изумления. «Многие народы приведет Он в изумление... ибо они увидят то, о чем не было говорено им, и узнают то, чего не слышали» (Исх. 52, 15). Это невиданное, неслыханное, неимоверное – «Господи, кто поверил слышанному от нас?» – это изумляющее есть признак того, что мы подходим ко Христу, хотя бы из самой далекой дали к Нему приближаемся. Быть изумленным, значит видеть Его; не изумляться – не видеть. Альфа и Омега, начало и конец, первый и последний – Он, «вчера и сегодня, и вовеки тот же» – Неизвестный, Изумляющий.
Чувство изумления – новую, неимоверную, для нынешних людей, даже христиан, почти невозможную, но единственно нужную, действенную точку зрения на Христа, – вот что мы нашли в Атлантиде-Апокалипсисе; вот что значит тайна таинств – Христос.
Более 800 000 книг и аудиокниг! 📚
Получи 2 месяца Литрес Подписки в подарок и наслаждайся неограниченным чтением
ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОКДанный текст является ознакомительным фрагментом.
Читайте также
XXIV
XXIV Этого никто не осмелился бы сделать во втором-третьем поколении после Христа, когда жил св. Юстин Мученик, читавший еще не только в Евангелии от Луки, но и во всех остальных, до нас не дошедших Евангелиях, подлинные слова Духа. Чувствуя в них, однако, уже возможный
XXIV
XXIV Медленно, постепенно и трудно, черта за чертой, как в драгоценной мозаике – камешек за камешком, складывается многообразно-единый, Нерукотворный Лик, чьи бесчисленные, «постоянно меняющиеся» изображения совпадают иногда поразительно в мельчайших «особых приметах».
XXIV
XXIV Да, как это ни страшно для нас, мы, люди Конца, Второго Пришествия, ближе, чем кто-либо за две тысячи лет христианства, к тому, чтобы увидеть лицо Его – молнию.Ибо, как молния исходит от востока и видна бывает даже до запада, так будет пришествие Сына человеческого. (Мт. 24,
XXIV
XXIV И, приступив, ученики сказали Ему: для чего притчами говоришь им?Он же сказал им в ответ: для того, что вам дано знать тайны царства небесного, mysteria, а им не дано…Потому говорю им притчами, что они, видя, не видят, и слыша, не слышат, и не разумеют. (Мт. 13, 10–13).Сидя в лодке,
XXIV
XXIV Бедный Афанасий Иванович! Когда умерла Пульхерия Ивановна, лучше бы и ему умереть с нею, чем пять лет мучиться так, что на него было жалко смотреть.«Боже! – думал я, – пять лет всеистребляющего времени; старик уже бесчувственный… которого вся жизнь, казалось, состояла
XXIV
XXIV «Был осужден Иисус, как чародей, маг, ?????, – вспомнит Трифон Иудей иудейское же, конечно, предание, в котором уцелел, может быть, след исторически подлинного воспоминания.[856] Судя по суеверному ужасу, с каким жители всей Гадаринской земли после чуда с «легионом» бесов
XXIV
XXIV Поднял руку Пилат; колыхнулась голубая занавеска архиерейских носилок, как будто и за нею кто-то поднял руку, – и сделалась вдруг тишина.Может быть, не знал Пилат, что скажет сейчас; может быть, хотел сказать совсем другое, но как будто не он сам, а кто-то за него
XXIV
XXIV Также и разбойники, распятые с Ним, поносили Его, —так у Марка (15, 32) и у Матфея (27, 44), а у Луки не так, может быть, потому, что те смотрят «издали», извне, а этот – изнутри, и лучше видит.Один из распятых (с Ним) злодеев поносил Его, говоря: если Ты – Христос, спаси Себя и нас.А
XXIV
XXIV По смутным воспоминаниям христианским мы знаем, что такое личность; по воспоминаниям языческим, еще более смутным, мы знаем, что такое пол; но мы уже совсем не знаем, что такое Церковь – Царство Божие – божественное
XXIV
XXIV Всякая юность на земле ветшает, увядает. Только Египет, «ветхий деньми», цветет вечною
XXIV
XXIV «Ваятели», «художники», по-египетски seenech, «оживители»,
XXIV
XXIV Так пал Озирис в ковчег Сэтов, в тело-гроб, : родился – умер. Но души невольно рождаются, падают, а Озирис – вольно: «он знает день, когда его не будет».Рождение – «падение», , а воскресение – «восстание», ?????????, по тому же учению орфиков. Озирис пал, чтобы восстать и
XXIV
XXIV Не только Бог человеку, но и человек Богу помогает воскресать. Человек и Бог взаимно-дополнительны. Между ними происходит постоянный обмен воскрешающей силы, как бы непрерывный ток искр между двумя электрическими полюсами. Одним и тем же воздухом дышат люди и боги:
XXIV
XXIV «Вы, боги, из фалла исшедшие, руки мне ваши подайте!» – молит мертвец, восстающий из гроба (Кн. Мертв., 18). Боги изошли из крови фалла первичного бога Атума, себя самого оскопившего, потому что для Египта бессознательно не только пол, но и противопол в Боге: тут уже смутно
XXIV
XXIV Человекобожество ассиро-вавилонских царей, римских кесарей, византийских императоров есть только наследие фараонов – египетская вечность в веках.И что такое наш социализм, как не опрокинутый хилиазм, царство человеческое вместо царства Божиего? – «Я не понимаю, как
XXIV
XXIV Та же, как в Египте, – милость, мирность, невоинственность.Уже самым строением земли опустошительность войн исключается. Сеть каналов – живая сеть кровеносных сосудов: перерезать их – убить страну, не только чужую, но и свою.Царь Гудэа (около 2600 г.), посвящая новый храм