Исполины. Урок двадцать шестой

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Исполины. Урок двадцать шестой

Говоря о ратном духе и доблести, невозможно обойти ключевую тему всей славянской воинской мифологии, тему былинных богатырей на Руси, иначе называемых хоробры, храбрецы. Наши отечественные немецкие лингвисты относят слово богатырь, разумеется, к заимствованию из тюркского. Правда, конфузливо поправляясь: мол, возможно, сами тюрки заимствовали его из древнеарийского (?!). Столь замысловатый ход продиктован тем, что слово пищит, но не впихивается в тюркский, однако вернуть его славянскому тоже не с руки — возгордятся. Вот и пришлось толковать так витиевато.

Конечно же им в голову-то приходило слишком уж похожее созвучие слов богатырь и богатый, но ученым мужам было неловко опускаться до «псевдонаучного» толкования, до «народной этимологии», поскольку они были слишком далеки от славянского народа и его языка. Видит бог, не хотел я долгих и утомительных цитат из Фасмера, но тут не могу удержаться. Вот красочный пример, как можно растворять в «научной» кислоте то, что лежит на поверхности. И прошу обратить внимание на фамилии алхимиков.

Итак:

«Богатый — укр. багатий (из *богатий), ст.- слав. богатъ, болт, богат, сербохорв. богат, словен. bogat, чеш. bohaty, польск. bogaty, в.-луж. bohaty, в.-луж. bogaty. От *bogb «бог» или *bogb «достояние, доля» в *Sbbozbje «хлеб в зерне», укр. збiжжя, польск. zboze «хлеб в зерне», рашьше «богатство», чеш. zbozi «состояние»; ср. еще убогий. Согласно В. Шульце (KZ 45, 190 = Kl. Schriften 469), образовано аналогично лат. fortunatus, то есть «хранимый богами». Он ссылается на лат. dives «богатой» (образовано, как pedes, eques). Ср. др- инд. bhagas «достояние, счастье, доля; наделяющий, господин», авест. baa- «господин, бог», алб. bageti, гег. bakti «скот, тягловые животные» и т. д.; см. В. Шульце, там же; Бернекер 1, 67; Брюкнер 84; Траутман, BSW 23; Иокль, Stud. 5 и сл. Лит. bagotas, лтш. bagats «богатый», займете, из слав. (М.— Э. 1, 249), вопреки Траутману (там же), который предполагает здесь родство».

Но это еще не все! Чтобы уж до конца вкусить плоды немецкого просвещения темной России с ее языком, наберитесь терпения и еще раз погрузитесь в эту хлябь.

«Богатырь — укр. богатир, др.-русск. богатырь (Ипатьевск. и др.), польск. bohater, bohatyr, стар, bohaterz (в грам.). Вторично образовано укр. ба- гатир, блр. багатыр «богатей, богач» от богатый; см Брандт, РФВ 21, 210. Заимсгв. из др.-тюрк. *baatur (откуда и венг. bator «смелый»), дунайско-

булг., тур., чагат. batur «смелый, военачальник», шор. paattyr «герой», монг. bagatur, калм. batr; см. Гомбоц 41; Рамстедт, KWb. 38; Бернекер 1,66; Маркварт, Chronol. 40; Банг, KSz 18,119; Mi. TEI. 1,254, Доп. 1,9; 2,80. Объяснение воет, слов из ир. *baapura- (Локоч 15) весьма сомнительно».

Теперь понимаете гнев Ломоносова?

Скажу сразу: бог здесь ни при чем. Он в богатом, как и в богатыре, вообще не присутствует.

Помните, в первых уроках я приводил значение говорящего за себя слова гать? Буквально — двигать твердь (гатить дорогу через болотную хлябь). И еще несколько раз упоминал указательное — ВО, в смысле это, он?

Итак, богатый, богатырь — буквально (это) он, двигающий, перемещающий твердь. А твердь в данном случае — Земля. То есть могущественный. (А сейчас могущественный значит состоятельный, богатый — в общем, олигарх). Поэтому былинный пахарь Микула Селянинович и нес в котомке земную тяжесть, которая не по силам оказалась даже Вольге.

Многих исследователей слова, особенно самодеятельных, смущает хорошо слышимое ТЫР (Ь). И чего только не напридумывали по этому поводу! Я слышал даже такое толкование бога тырить, то есть воровать бога. Нет, в качестве юмора звучит смешно, однако очень далеко от истины. ТЫР (Ь) не что иное, как перегласованное ТАР, то есть земля, твердь. Подобная перегласовка произошла в топониме Тырново (Тарново), в названии камня — алатырь, хотя в производном алтарь знак А остался на месте. Кстати, более архаичное звучание латар, буквально семя земли, земной тверди, чем и является священный камень. В армянском языке (относится к индоевропейской семье) это слово сохранилось в чистом виде.

Как-то уж так сложилось, что мы мысленно ставим знак равенства между былинным и сказочным, хотя понимаем, что это далеко не так. Сказочные герои — это сказочные, а вот былинные — от слова быль, то есть они все же могли быть на самом деле, только подверглись естественной гиперболизации. Несмотря на гуманистические воззрения русской классики, воспевшей маленького человека, на самом-то деле мы не привыкли превозносить его как героя. Напротив, жалеем, как убогого, несчастного и неудачливого. А он, маленький, давно уже уселся на шею исполинов и, как клещ Варроа, живет, высасывает соки и даже совершает путешествия вместе с ними, поскольку стал частью существа. При этом его никак не сбросить, иначе обвинят в негуманности и нетолерантности. И переубеждать его как-то изменить свое положение тоже никто не вправе, ибо нельзя вмешиваться в частную жизнь, навязывать свои воззрения. Маленький человек, страдая комплексом неполноценности, ставит перед собой большие задачи и часто достигает власти благодаря своей неуязвимой маленькости и вечно обиженному образу. А войдя во власть, он становится беспощадным. Помните, у Гофмана «Крошку Цахес»? Нам отводится роль филистеров, потакающих во всем злодею.

С подменой понятий мы сталкиваемся на каждом шагу и особенно в толковании мифологии, как основном инструменте воздействия на подсознание. Вы видели где-нибудь памятники Святогору, Микуле Селяниновичу, Вольге, Колывану или знаменитым трем богатырям? Верно, в столицах не найдете, даже деревянного. Но зато примкнувший к нашим богатырям каменный Самсони на мостах и в фонтанах разрывает льва, аки козленка. Недавно его обветшавшую скульптуру заботливо вызолотили и вернули на место. Весь просвещенный Питер, вся культурная столица наблюдали за сим действом и восторженно рукоплескали.

Льва-то, может быть, этот ветхозаветный герой и порвал, но единственного. А более известен как бандит и разбойник, истребляющий и грабящий филистимлян, то бишь пеласгов. И великие «подвиги» его всем известны: проиграл свою рубаху и, чтобы долг вернуть, убил тридцать безоружных человек, снял с мертвых одежду и рассчитался. Или совсем уж подло спалил их созревший урожай: поймал 300 лисиц, привязал факелы к хвостам и пустил на филистимлянские нивы. Потом святая княгиня Ольга повторила сей «подвиг», только использовала птиц, чтобы пожечь древлянский город. А мы все время гадаем, откуда простодушная псковитянка набралась столь изощренного, коварного лукавства? Даже нарицательное имя получила за свои хитрости и страсть к пиромании — мудрая.

За что же в России чести такой удостоился отъявленный убийца, мародер и злодей? За то, что библейский, воспетый всеми отцами церкви, а про наших благородных богатырей в «Ветхом Завете» ни слова — так за какие подвиги им хвалу и честь воздавать? За то, что свое варварское, поганое «языческое» Отечество защищали? Внуков даждьбожьих? А Илья Муромец так и вовсе одно время хулиганил, маковки с церквей сшибал...

Невзирая на тысячелетнюю историю пренебрежительного отношения к своим героям- богатырям, они удивительным образом живы в сознании славян и по-прежнему захватывают наше воображение, особенно в детские и отроческие годы. Кстати, детское восприятие очень четко делит героев на сказочных и былинных, и если к первым с возрастом интерес гаснет, то ко вторым, напротив, только усиливается. Какой подросток не мечтает о богатырской славе и не стремится подражать их подвигам? А какая мать не желает родить богатыря? Поэтому с гордостью и хвастается мужу: дескать, посмотри, какого богатыря я тебе родила! Правда, потом, когда дитя достигает молодеческого возраста, зажатая тисками условностей, об этом забывает.

Влияние мифологии на сознание в переходном возрасте достигает высшей точки, и наш отпрыск превращается в разудалого молодца. Непокорный, зачастую вздорный характер, неуправляемость, противоречивость, пренебрежение к родительской опеке, неприятие всего, что мешает его самовыражению, и страстное желание воли. В парне проснулся богатырский дух, молодечество, а мы говорим: подростковый период... В это время особенно тонка грань между добром и злом, между подвигом и низменным поступком, и наш отрок стремится сам ее испытать. Но уже не молочным зубом — клыком.

В Даре Речи сохранилось слово, характеризующее это состояние, — озорство, и есть очень точное выражение — озорные годы (или гоношистое время, о котором пойдет речь на другом уроке). И не случайно слово это происходит от озираться, осматриваться. Отроку необходимо самому испробовать окружающий мир и в него вписаться, но на сей раз своим оком, дабы получить индивидуальное, личностное представление о нем. Точно так же, как он испытывал и познавал его в младенческом возрасте, пробуя на молочный зуб. Но, если тогда мы еще кое-что позволяем ребенку и прощаем ему испорченные игрушки, в отрочестве начинаем запрещать ломать вещи и ограждаем его от мира. Ругаем за драки, оберегаем от дурных, на наш взгляд, компаний, не тех друзей, не тех девушек. И более всего хотим, чтобы был такой, как все добропорядочные, смирные люди, даже жалеем, что так скоро вырос. Уж лучше бы еще оставался маленьким.

И в результате получается маленький, слабовольный человек, ищущий самореализации или в достижении власти над себе подобными, или в наркоте, пьянстве и патологических извращениях.

А родили-то богатыря! Только не позволили стать героем, поскольку он всегда, как слон в посудной лавке, хлопотно с ним, да и валерьянки надо много.

Не случайно язык сохранил слово отрок (или отроковица), то есть для воплощения своего рока богатырского необходимо испытать его, поозоровать пространство. Во всех сказах, сказках и легендах юноша (гоноша, от ГО несущий) отправлялся в странствие по свету. Конечно же не все становились Святогорами и Вольгами, защищающими целую землю; но защитниками семьи, рода своего — несомненно. Ну не бывает в природе героев белых и пушистых! Пересвет, вышедший на поединок с Челубеем, сидя в монастыре Сергия Радонежского, не только богу молился — овладевал высшим искусством по- единщика-ратоборца. Не силой меряться — попросту говоря, учился убивать. Сейчас уже известно, что соперник его прошел школу единоборств в Шао-Лине, и это не два богатыря схватились в поединке — две школы, восточная и, скажем так, севернорусская, древняя скифо-сарматская, восстановленная Преподобным Сергием, для чего и создавал со своими учениками монастыри, где готовил богатырей. В таком случае кто же он, Сергий, был в то время на Руси? И почему князь Дмитрий пришел за благословением на битву не к митрополиту Михаилу, самолично выдвинутому на сей пост, а к игумену Сергию? А тот ему дал иноков с «погаными языческими» именами Ослябя и Пересвет? Кстати, весьма редкими...

И отчего исполнился на его великие подвижнические деяния по организации монастырей Максим Грек? Говоря, мол, не обители он строит и не иноческую, аскетичную жизнь ведет с братией, а вполне светскую, собирая, к примеру, пошлины и оброк с неких подвластных ему городов, сел и земель? Грек-то за чистотой веры надзирал на Руси, боролся с ересью, а Преподобный о независимости Отечества своего пекся, да еще в великой тайне как от таких греков, так и от «монголо-татар».

Налоги брал не стяжательства ради, пользы для: на что-то надо было вооружать, содержать и снаряжать воинство...

А иначе бы откуда взялся засадный полк? Это что за спецподразделение, у коего не было воеводы, — нонсенс для того времени? (Кн. Дмитрий назначил Боброка.) Откуда взялся этот коллективный богатырь, спецназ, вступивший в битву в самый решающий час? Можете себе представить его подготовку, если 400—600 бойцов полностью повернули ход сражения? Причем уже не с копьями вышли, не с мечами даже, а с ножами засапожными и наручами, ибо в тесноте битвы не размахнуться. Кто хоть раз ходил стенка на стенку, тот знает, кулаком и то как следует не вмазать.

И еще немаловажный факт: эти бойцы в крови вражеской плавали — выдержит психика неподготовленного пахаря-ополченца, притопавшего на Куликово поле откуда-нибудь из глухого Белозерья? Который и скотину-то резал, плакал да горевал потом...

Тогда еще один вопрос почему Сергия Радонежского еще до канонизации, при жизни прославили как праведника (пра ведать) и стали называть Преподобным? Кстати, слово исконно славянское.

А по какой программе готовили засадный полк?

В общем, и вопросы возникают богатырские.

Однако вернемся к заявленной теме урока.

Богатырь велик не всегда телом, а скорее духом. И тогда гипербола понятна: всякий одухотворенный человек, обладающий высокими личностными качествами, кажется большим, даже если он и ростом невысок. Судя по сказаниям, они или самостоятельно защищали Земно Русскую, или состояли на службе у киевских и новгородских князей, проявляя при этом неслыханное, самовольство. Причем в былинах подчеркивается их благородный нрав и образ (великий от BE-ликий, то есть разумный, семи пядей во лбу, с печатью знаний на лице), очень высокий рост, невероятная, но все же человеческая мощь. И при этом богатыри — не боги и не дети богов, а вполне земные люди, однако происхождение их всегда сопряжено с неким таинством «накопления сил», как в случае с Ильей Муромцем, до тридцати трех лет лежащим на печи. Либо чародейством, благодаря которому рождался богатырь, — соитием женщины и некого волхва-оборотня, представшего в образе змея, как в случае с рождением Вольта. Кстати, здесь совершенно определенно прочитывается история зачатия и рождения Александра Македонского, великого славянина, предание о котором было широко распространено на Руси апокрифической литературой. В том числе поразительно схожи и их походы, подвита: оба ходили воевать индийское царство через земли персов, оба женились на дочерях побежденного царя, а воинов женили на девицах завоеванных народов. И оба же царствовали в покоренных землях. Правда, Вольга сам был богатырем, Александр же встретил такого богатыря, переправившись через Гидасп (приток Инда), в лице махараджи Пора, который был так велик телом, что на слоне сидел, будто на лошади верхом.

Но были и богатыри -исполины, широко и определенно отображенные в мифологии, причем не только славянской. В первую очередь, это Святогор, Дунай и жена его (Настасья, Мария), поленица. Они резко отличаются от всего сонма богатырей как по происхождению, так и по образу жизни. И хотя более поздняя переработка былин соединяет их и с Ильей Муромцем (который поместился в кармане Святогора), с Добрыней и даже киевским князем Владимиром, эта троица никак не вписывается в общий ряд.

Исполин Святогор живет в Святых (Светлых) скалистых горах, где даже нет растительности, то есть это говорит о первозданности места и указывает на его «не человеческое» происхождение. Скорее всего, он — сын Матери-сырой- земли, потому и облик у него исполинский. Происхождение Дуная вообще погружено в тайну, кроме «новодельной» версии, что прежде служил он королю литовскому, а Настасья поленица — дочь того самого короля. На первый взгляд, это обстоятельство напрочь лишает нас возможности хоть как-то приоткрыть загадку их рождения.

Но!

Но даже и в новоделе остаются следы прошлого, архаичного. Нет, Ломоносов всегда прав!

Давайте разберем, откуда тут взялось «королевство Литовское»? И вообще, что такое Литва или, как ранее звучало, Лютва? Правильно, сюда переселились выдавленные из своих земель лютичи - славяне. В уроке «Любовь», где мы раскрывали слово, вычленяя слогокорень ЛЮ, как отраженный, земной свет, я умышленно не коснулся еще одного значения, оставив это для урока, текущего. Вы заметили, мы говорим «льется», когда льем воду, любую жидкость и даже расплавленный металл, камень в виде вулканической лавы — все, что способно литься. Но и свет, имея совершенно иную форму

и структуру, тоже льется! Так что люди не просто источают свет — льют его. Теперь вспомним, что камень на латинском — литое, буквально вылившийся из недр земли. Люди, люты, хиты — порождение Матери-сырой-земли, способные отражать свет, воспринимать солнечное семя — лучи. (Отсюда позже возник масонский орден иллюминатов — озаренных, просвещенных.)

Вероятно, создававший мифологический новодел автор (или автор) пользовался более древними источниками и, перевоплощая образ Дуная, осовременил его по более понятной версии. Подменили, а точнее иначе растолковали место, откуда он явился на Русь, — из литовского королевства, где «служил королю 9 или 12 лет». А как еще объяснить происхождение исполина и его будущей жены, богатырши- поленицы? Не с неба же они свалились и не из недр земных вышли. Заяви так, не поймут, появятся неудобные вопросы, например, уличить могут в ереси, в поклонении «идолищам поганым» — иная эпоха на дворе, всеобщая христианизация населения, где меч гуляет, где огонь. Поэтому Дунай, даже имя которого означает ток воды, реки, отчество получил Иванович, а поленица- «королевишна» стала Настасьей или даже Марией! Таким образом, любимых народом популярных богатырей удалось адаптировать, совместить с текущим «политическим моментом», найти неплохую ширму, обвести греческих священников-цензоров, пропускающих сквозь сито варварскую мифологию Руси. И одновременно возвысить

христианство, крестителя Владимира Красное Солнышко, к которому идут в услужение богатыри прошлой, «языческой», эпохи. И не родину защищать, а в качестве свата, коим сделался Дунай! Именно это подчеркивается в новой мифологии. Как говорят политологи, если не можешь свергнуть кумира, сделай его своим слугой.

Ничто в этом мире не меняется.

Итак, исполины Святогор, Дунай и его поленица — первозданные дети Матери-сырой-земли, родившиеся от совокупления с РА — солнцем.

Слышите созвучие выделенных курсивом слов?

В осовремененной версии осталось от архаичного прошлого весьма символичное состязание в стрельбе из лука (сквозь кольцо-солнце), рождение реки Дуная и рождение чудесного младенца мертвой поленицей, который потом будет привратником на Калиновом мосту. Мосту, разделяющем два мира, две полы времени. Впоследствии этот миф перейдет к грекам, но уже в бестолковом, противоречивом виде, где Гея-земля во второй раз выйдет замуж и опять за своего, уже другого, сына — Понта (первым был Уран-небо), начнет рожать уродливых титанов и титанид, впоследствии побежденных и отправленных Зевсом в Тартар.

Вот из Тартара и вышли исполины и поленицы.

Практически все исследователи и далекого, и недалекого прошлого выводят эти слова от спалов, славянского племени, обитавшего в Причерноморье. Тех самых, коих будто бы победили готы, двигаясь во II веке н.э. с севера на юг. Однако Иордан, описывающий этот поход, и словом не упомянул о том, что спалы — великаны, исполины, титаны, гиганты. Будь они таковыми, тут бы сей готский историк вволю порезвился, сочиняя битвы с варварскими каменными атлантами, ибо, судя по его стилю изложения, был призван воспеть и прославить на века «продвинутых» готов. Хотя тоже путался, не зная структуры скифо-сарматского царства, названия племен, и даже был склонен к мысли, что готы, пришедшие в Южную Русь на трех кораблях (?!), понимая столь малую их численность и просторы, быстро смешались со славянами. И далее Германарих повел уже не германцев, а некий союз скифосарматских племен, но возглавляемый конунгами, то бишь немцами, выходцами из южной Швеции. Солдаты, мол, славяне, командиры (конунги) — германизированные шведы. Россия будто бы во все времена не умела управлять сама собой, ей все время требовались иноземные вожди.

Норманнская теория имеет глубокие корни...

Спалы на самом деле были, но не великаны, а огнепоклонники, за свое пристрастие получившие себе имя: пал, пламя — огонь.

А исполин — пришедший из полы, полип, и жена его, поленица. Они — обитатели Тартара, или иначе другой полы. Для начала опять вспомним много что объясняющее великое «Слово о полку Игореве» и конкретно строчку: «Свивая славы оба полы сего времени...». В представлении наших пращуров мир триедин, но каждая его составляющая делится на две половины, которые и делают ее полным. День и ночь, мужчина и женщина, радость и горе, холодно — горячо, движение — покой, мир и война... список можно продолжать бесконечно. Слова ополчиться, исполчиться — собраться, соединиться, свить «оба полы времени». Воинский полк — полный. Приветствие исполатъ — пожелание полной жизни, а вовсе не «слава тебе» и не «спасибо», как полагают глухие к слову переводчики. (Полагать переведете сами.) В некоторых славянских наречиях, например, торговать испола, изполонь, споловья — делить выручку пополам.

Кроме того, в этом гнезде есть яркое слово полый в значении пустой; незримая, неосязаемая часть мира, не подвластная нашему осмыслению, но сущая и наполненная. Если хотите, параллельный мир, который есть, но который не пощупать руками. И между ними врата, Калинов моет, где служит привратником чудесный младенец, возросшее дитя исполина и поленицы. Отсюда и незримая половина человека, его полость — не пустая, насыщенная многими жизненно важными внутренними органами, в том числе и сердце там, и легкие.

Полая часть мира — Тартар, по-нашему Зауралье, Сибирь-матушка. А чем, сказал незабвенный Михаил Васильевич, станет прирастать государство российское? Правильно, тем, откуда и выходили исполины. В крайний раз зимой 41-го, чтобы защитить Москву...

Данный текст является ознакомительным фрагментом.