§ 63. Задача критики трансцендентального опыта и познания

§ 63. Задача критики трансцендентального опыта и познания

В исследованиях, которые содержались в последнем размышлении, а также в двух предыдущих, мы двигались, на почве трансцендентального опыта, опыта познания самого себя и «другого». Мы доверились этому опыту в силу его изначальной жизненной очевидности, как и доверились очевидности предикативной дескрипции всех видов трансцендентально-научного опыта вообще. При этом мы отвлеклись от требования — осуществить аподиктическое познание, которое единственно может быть подлинно научным, — прозвучавшего в начале с такой серьезностью, но ни в коем случае не отбросили его. Мы только предпочли сначала очертить контуры необъятной проблематики этой первой в своем роде феноменологии, которой свойственна еще некоторая наивность (и именно в отношении аподиктичности), проблематики, в разработке которой заключается великая и наиболее своеобразная задача феноменологии, как науки новой и более высокой формации, вместо того чтобы сразу же пуститься в обсуждение дальнейших и последних проблем феноменологии, связанных с ее самокритикой, нацеленной на определение объема и границ, а также модусов аподиктичности. По крайней мере предварительное представление о способе предстоящей критики трансцендентально-феноменологического познания дают наши прежние указания, например, указания на то, как посредством критики трансцендентального воспоминания выявляется аподиктическое содержание последнего. Всякая трансцендентально-философская теория познания как критика познания приводит, в конце концов, к критике трансцендентально-феноменологического познания (и, прежде всего, трансцендентального опыта), а при сущностной отнесенности феноменологии к самой себе эта критика тоже нуждается в критике. Но несмотря на очевидную возможность повторного осуществления трансцендетальных рефлексий и самой критики, бесконечный регресс, сопряженный с какими-либо трудностями или даже с нелепостями, в этом отношении не возникает.