Агония старости

Агония старости

Самый страшный отрывок Танаха, касающийся старости, можно прочесть в Теhилим. Он выражает весь страх, преследующий человека в позднем возрасте:

Не брось меня во время старости;

когда иссякнет сила моя, не оставь меня!

Теhилим 71:9

Этот Псалом включен в службу на Дни Трепета, и я заметил, что когда его поют, всегда можно услышать всхлипывания в зале, показывающие, что этот страх является всеобщим и что мы все рискуем оказаться одни, когда будем старыми и слабыми… Другие отрывки рассказывают о физической слабости, неизбежно сопровождающей старость.

Но Барзилай сказал царю: сколько лет мне еще осталось жить, чтобы идти с царем в Иерушалаим? Восемьдесят лет мне ныне – отличу ли я хорошее от худого? Почувствует ли раб твой вкус того, что будет есть, и вкус того, что будет пить? Разве слушать мне еще голоса певцов и певиц? И зачем же раб твой будет в тягость господину моему, царю моему?

II Шмуэль 19:35-36

Кроме потери вкуса, слуха и других чувств, старики страдают от физической немощи. Танах рассказывает, что в последние годы жизни Давида слуги укрывали его одеялами, но «не становилось ему теплее» (Млахим 1:1), а Ицхак в старости ослеп (Брейшит 27:1).

Один талмудический мудрец, Рабби Йосси бен Кишма, любил загадывать одну загадку, пропитанную горечью:

«Две лучше трех, но горе, когда одна вещь уходит, чтобы никогда не вернуться».

В некоторых комментариях говорится, что «два» – это две ноги молодого человека, которые лучше, чем три (две ноги и палка старика). «Одна вещь, которая уходит и не возвращается никогда» – это наша юность (Вавилонский Талмуд, Шаббат 152 а).

Хотя старики и сегодня переживают свою слабость, они все же находятся в лучшем положении, чем в древности. Сейчас можно видеть людей, которым за восемьдесят, но они все еще наслаждаются тем, «что едят и пьют», и ведут достойную жизнь. С другой стороны, из-за развития медицины многие люди, которые давно бы умерли в древности, вынуждены жить, терпя боль и чувствуя тщетность своего существования в течение многих лет.

* * *

Когда мы были еще мальчишками, с нами обращались как с мужчинами (то есть заставляли вести себя по-взрослому). Теперь, когда мы стары, на нас смотрят как на младенцев.

Вавилонский Талмуд, Бава Камма 92б

Если человек достиг «возраста силы» (восемьдесят лет), то внезапная смерть – словно поцелуй (то есть словно Бог, поцеловав человека, забрал его душу).

Вавилонский Талмуд, Моэд Катан 28а

Не сидит как судья в Санhедрине ни старик, ни евнух, ни бездетный.

Вавилонский Талмуд, Санhедрин

Два средневековых объяснения этого отрывка:

Раши говорит: «Старик исключается, так как уже забыл о боли и волнениях, связанных с воспитанием детей, и поэтому не способен сочувствовать».

По поводу тех же строк Маймонид говорит так: «Мы не назначаем в Санhедрин очень старых людей или евнухов, так как им не хватает нежности» (Мишне Тора, «Законы о Санhедрине», 2:3).

Израильский юрист, Рабби Шломо Йосеф Зевин заметил, что Маймонид дисквалифицирует только «очень старого» человека, а просто «пожилой возраст – это хорошее качество для судьи в Санhедрине» (см. Рабби Зевин «Старость»). Это находится в соответствии с уже упоминавшейся цитатой: «Чем они старше, тем у них больше мудрости».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.