Евсевий Кесарийский (ок.260 – ок. 340)

Рассмотрим один известнейший античный текст – «Церковную историю» Евсевия Кесарийского.

Сегодня Евсевий Памфил пользуется большим уважением. Эту его книгу переиздают часто и огромными тиражами. Ее легко можно найти в церковных книжных лавках, и она является очень популярным чтением в церковной среде.

Но является ли «Церковная история» Евсевия выражением церковного взгляда на историю? Основана ли она на библейском новозаветном понимании истории? Какова модель истории Евсевия?

Ответы на эти вопросы могут показаться неожиданными.

Если мы обратимся к трудам крупнейшего русского церковного историка Алексея Петровича Лебедева (1845—1908), то мы найдем в них множество критических высказываний по поводу философии истории Евсевия. Еще более критическая позиция выражена современным историком-библеистом, архимандритом Сергием (Акимовым)9, преподающим в Минской духовной семинарии. Вот цитата из его статьи: «Увлеченный внешним успехом христианства, Евсевий приземляет высокие эсхатологические чувства христианской Церкви. Но этот земной, политизированный эсхатологизм неизбежно вступает в конфликт с самыми основами христианства».

То есть исторические воззрения Евсевия конфликтуют с основами христианства!

Таким образом, критическая оценка трудов Евсевия Кесарийского является традиционной для церковных историков. Мы попытаемся показать, на чем основывается эта оценка.

Евсевий Памфил, или Евсевий Кесарийский, традиционно считается первым историком Церкви. Но это не совсем так.

Во-первых, первым историком Церкви, по праву, можно назвать евангелиста Луку. Его историю Церкви, состоящую из двух книг – Евангелия от Луки и Деяний апостолов, мы уже рассматривали. Были и другие историки Церкви до Евсевия – Гегесипп и Африкан, труды которых он использует.

Во-вторых, Евсевий не вполне историк. Его труд похож на хрестоматию и представляет собой компиляцию текстов множества авторов, с собственными вставками и обобщениями. Но делать выписки из источников вовсе не значит писать историю. И нужно четко разделить материалы, которые написаны другими авторами и присутствуют в «Истории» Евсевия, и его собственное понимание истории, его модель истории.

В-третьих, Евсевий пишет историю не совсем Церкви. Евсевий пишет скорее историю империи, ставшей Церковью, историю империи, уже ставшей Градом Божиим.

Такой же вывод делает и архимандрит Сергий (Акимов): «В церковно-исторических сочинениях Евсевия христианство начинает переживать себя не просто в истории, но в истории христианской империи (это отражено в последних главах его „Церковной истории“ и в сочинении „Жизнь блаженного царя Константина“). История Церкви у Евсевия становится историей христианской империи».10

Несколько слов о жизни Евсевия. Он родился в Палестине. Образование получал в училищах Иерусалима и Антиохии. Затем стал одним из руководителей училища в Кесарии Палестинской. Огромное влияние на Евсевия оказал его учитель – пресвитер Памфил – видный богослов и последователь Оригена. Пресвитер Памфил унаследовал и школу, и библиотеку, созданные в Кесарии Оригеном11. Около 300 года Евсевий был рукоположен во пресвитера. Параллельно он занимается учеными трудами в знаменитой библиотеке Антиохии. В 303 году начинаются страшные гонения на христиан при Диоклетиане. Евсевий покинул Кесарию, когда его братья по вере приняли мученичество. Но факт его избрания впоследствии епископом Кесарии свидетельствует, что он не отрекся от веры. В 307 году пресвитера Памфила бросили в темницу. В это время ученик находится в Кесарии рядом с учителем. После казни Памфила Евсевий на несколько лет покидает Кесарию. Позднее его начали называть «Памфилов», то есть друг Памфила, а затем имя Памфил стало частью его имени – Евсевий Памфил.

В 313 году гонения на христиан прекращаются, и императорами Константином и Лицинием подписывается Миланский эдикт, провозглашающий религиозную терпимость к христианам. Евсевий становится епископом Кесарии12.

Работу над трудом своей жизни – «Церковной историей» – Евсевий начал еще до гонений 303 года, а заканчивает к 325 году. В это время он знакомится, вступает в переписку и сближается с императором Константином. Евсевий воспевает Константина и становится одним из влиятельнейших лиц в Восточной Римской империи. Он становится и историографом императора, создав труд «Жизнь блаженного басилевса Константина».

Активное участие Евсевий принял и в арианских спорах. На Антиохийском соборе 325 года он отказался подписать отлучение Ария, в результате чего сам был отлучен до принесения покаяния. Однако на I Вселенском соборе 325 года он сумел снять с себя отлучение. Собор осудил Ария и сослал его в Илирию, но Евсевий сохранил проарианские позиции, а после собора добился возвращения Ария из изгнания. А в 335 году на соборе в Тире, во многом стараниями Евсевия, был осужден свт. Афанасий Великий, защищавший православие от арианства. Арий же был торжественно воссоединен с церковью13. В том же году придворный историограф произносит «Похвальное слово Константину», в котором выражает свое «политическое богословие». Умер Евсевий около 339/340 года.

Евсевий в течение многих лет работал над главным своим трудом – «Церковной историей». За это время радикальным образом поменялось отношение имперской власти к христианству – от гонений до симпатий. Меняется и модель истории Евсевия.

Какую же задачу ставит перед собой Евсевий в самом начале своего труда?

«Я поставил себе задачей описать следующие события: преемство святых апостолов; то, что произошло от времен Спасителя нашего и до наших дней; какие и сколь важные дела совершены были, по сказаниям, в Церкви: кто стоял во главе наиболее известных церковных кругов и со славой руководил ими; кто в каждом поколении – устно или письменно – защищал слово Божие; имена, нрав и время тех, кто, жаждав новизны, дошли до пределов заблуждения и, вводя лжеименное знание (гнозис), как лютые волки, беспощадно расхищали стадо Христово; (2) также то, что произошло со всем иудейским племенем сразу же после их заговора против Спасителя нашего; когда и каким образом язычники подняли войну против слова Божия, какую великую борьбу в свое время вели за него мученики, претерпевшие пытки и пролившие свою кровь; затем современные нам свидетельства и благостное милосердие Спасителя нашего ко всем нам».

Таким образом, приступая к работе над «Церковной историей», Евсевий выделяет 5 основных тем:

1. Важные дела в Церкви;

2. Ереси;

3. История иудеев;

4. Гонения со стороны язычников;

5. Современное состояние Церкви.

Эти темы соответствует начальной модели истории Евсевия. Но здесь не упоминается еще одна важнейшая тема, которая, вероятно, появляется уже после изменения модели истории, но постепенно станет главной, затенив все остальные – показать, как империя становится Церковью. Он показывает преемство императоров (именно по императорам он строит свое изложение), отмечает, как каждый из них относится к христианскому учению. История империи, по Евсевию, – это и есть процесс постепенного превращения империи в Церковь. Государственное устройство, право, справедливость, по его мнению, есть составные части Божественной Премудрости, составные части учения Христа, составные части христианской философии. Императоры – неотъемлемая часть этой Премудрости. Постепенно императоры понимают, что христиане – это лучшие подданные империи, и сами становятся христианами. А за императорами и все подданные принимают христианство.

При анализе текста «Церковной истории» непросто отделить модель истории Евсевия от моделей истории тех авторов, которых он цитирует. Если все же попытаться выделить понимание истории самим Евсевием, то получается, что в центре его понимания истории – борьба двух начал: светлого (Христа) и темного (дьявола).

Христианство, согласно Евсевию, это философское учение, основанное на догматах, переданных Христом Своим ученикам. Усвоение этого учения ведет к добродетели. И с ним Евсевий неразрывно связывает достижения цивилизации – города, государственное устройство, искусства, науки, законы, добродетель, философию. Это всё части истинной философии, раскрываемой Христом.

Человечество неспособно сразу осознать всё это учение. Древние люди, с точки зрения Евсевия, очень далеки и от цивилизации, и от философии, которые являются частью учения Христа. Этих людей Бог искоренял потопом, войнами, чумой, голодом. Только удручаемые постоянными бедствиями, первобытные люди стали проявлять хоть какой-то интерес к мудрости. С тех пор Премудрость Божия стала являться в человеческом виде отдельным людям, чтобы зародить в них семена Премудрости, которые постепенно росли и распространялись среди людей. Происходит своего рода нравственный прогресс: сначала человечество становится способным хоть как-то воспринимать Премудрость, затем семена Премудрости разносятся все шире и шире. На следующем этапе семена Премудрости распространяются по всему народу древних евреев. Далее закон, данный евреям, распространяется среди остальных народов: нравы смягчаются, устанавливаются мир и дружба между народами. Человечество уже оказывается готовым познать Бога-Отца. И приходит на Землю Логос – Слово Божие, Учитель добродетели, Богочеловек – и учит все народы вере в Отца. Заканчивается история нравственного роста человечества, по мнению Евсевия, в Римской империи. Туда и приходит Христос14.

А когда император становится христианином, а империя христианской, то и история человечества приходит к своему логическому концу. Император должен просто передать власть пришедшему вновь Христу. Такова концепция постепенного нравственного роста и постепенного возрастания в приобщении к мудрости. Но эта концепция делает совершенно ненужной смерть Христа и Крестный подвиг, искупающий грех человека. Недаром во всей «Церковной истории» Крестному подвигу и Воскресению Христову посвящено всего одно (!) предложение, да и оно является цитатой из «Иудейских древностей» Иосифа Флавия: «По доносу первых у нас людей Пилат осудил Его на распятие, но те, кто с самого начало полюбил Его, остались Ему верны; на третий день Он явился им живой: пророки Божии предрекли это и множество других Его чудес» (1, 12, 8) И это все! Больше ни слова о Воскресении в «Церковной истории» Евсевия! Вы, наверное, очень удивитесь этому, но это так! И это легко проверить, пролистав «Историю» Евсевия.

Итак, христианство по Евсевию – это система знаний, сложное и многосоставное учение, включающее в себя и социальное устройство, и государственность, и философию, и добродетель, и законы, и справедливость… Это скорее наука, которую человечество должно усвоить. И люди постепенно усваивают эти знания и развиваются от дикости к цивилизации, к империи и христианству. Для спасения человечества необходимо его просвещение, что требует значительного времени.

Истинная цель христианства – появление нового народа, христианского, который Евсевий отождествляет только с теми, кто живет внутри империи15. Для него не существует границы между Церковью и империей. Цель и смысл истории – создание вселенской христианской империи.

Христианское учение дает государству самых верных подданных и самых верных слуг16.

Евсевий подробно описывает историю распространения христианства по империи. Император Тиберий, в правление которого был распят Христос, по убеждению Евсевия, верил в Воскресение Христово. Он никак не противодействовал христианам17.

Императоры даже языческих времен изображены как сторонники христианства, а распространению христианства противодействуют вовсе не люди. По мнению Евсевия, в истории человечества активным действующим лицом, инициирующим события, является дьявол. Именно он является единственной причиной гонений на Церковь. Именно он является родоначальником всех ересей, начиная с ереси Симона Волхва18.

Бог и враг рода человеческого борются в людях. Люди – невольные участниками противостояния сатаны и Бога. Человек не принимает решения. Человек безволен. Он лишь подчиняется высшей силе: сатане или Богу. И в этом противостоянии то побеждает Бог, то берет верх сатана. Человек лишь бессильная жертва исторического процесса. Но «законы истории» неминуемо ведут человечество по пути нравственного прогресса – к христианской империи.

Вот как писал о Евсевии профессор А.П.Лебедев: «История Церкви есть история самого человечества, насколько оно находится под действием христианства, понимаемого в самом широком смысле; между тем, по Евсевию, эта история является лишь историей борьбы двух причинностей – виновника добра с виновником зла. Историческое движение происходит совершенно независимо от воли человека. Человек хорош или худ потому, что существует Бог и есть диавол; и смотря по тому, действует ли один или другой принцип, возникают светлые или темные явления в истории. Словом, при этом воззрении человек представляет собой сцену для действования, а не есть действительный деятель исторический… Подобная точка зрения обусловливает крайнее однообразие исторических изображений и делает исторического человека не ответственным за его образ деятельности…»19.

Вот цитаты из Евсевия:

«Действовал же здесь, конечно, диавол, старавшийся через этих шарлатанов, принявших имя христиан как магию, оклеветать великую тайну веры и опорочить церковное учение о бессмертии души и воскресении мертвых. Те, кто избрали себе этих спасителей, утратили истинную надежду». (3, 26, 4)

«Лукавый демон, бессильный уничтожить любовь ко Христу, Сыну Божию, нашел слабую сторону у людей и забрал их в свое владение». (3, 27, 1)

Гонения иудеев на апостолов после Вознесения Христа закончились Судом Божиим и гибелью Иерусалима в Иудейской войне. А Церковь в этот период росла и укреплялась. Но после смерти апостолов, после ухода первого поколения христиан наступают разброд и шатания.

«Когда же святой апостольский лик окончил так или иначе свою жизнь и ушло поколение, удостоившееся своими ушами слышать голос Божественной Премудрости, тогда под влиянием лжеучителей, с их обманами, начался разброд и безбожие. Так как не оставалось в живых никого из апостолов, они решили в открытую противопоставить проповеди истины свое лжеименное знание (гнозис)». 3,32.

Евсевий видит виновником такого положения дел исключительно дьявола:

«Словно яркие звезды, сияли по всей вселенной Церкви; вера в Спасителя и Господа нашего Иисуса Христа была среди всего рода человеческого в расцвете, когда демон, ненавистник прекрасного, враг истины, неустанный противник человеческого спасения, ополчился на Церковь, пустив в ход всяческие уловки; раньше он подготовлял гонения извне, теперь, лишенный этой возможности, (2) воспользовался, чтобы губить души, услугами обманщиков и фокусников; изобретая разные способы борьбы, выдумывал он всяческие средства, чтобы эти фокусники и обманщики, прикрываясь именем нашей веры, увлекали души уловленных ими верующих в глубину погибели, незнакомых же с верой своими деяниями отвращали от пути к Слову спасения». (4, 7, 1—2)

Но приходит время императора Августа, приходит время империи, и всё меняется. Наступает время подлинного процветания человечества, благодаря смягчению нравов, распространению философии и добродетели. Евсевий цитирует в своем труде свт. Мелитона Сардийского и прямо называет христианство философией (Мелитон обращается к императору с апологией христианской веры):

«Наша философия окрепла и утвердилась сначала у варваров; расцвет же ее у твоего народа приходится на великое царствование Августа, твоего предка. Она принесла счастье твоей империи: с тех пор росли и мощь, и слава Рима. Ты желанный наследник их и пребудешь им вместе с сыном, храня философию, которая возросла вместе с империей и получила начало с царствованием Августа; предки твои чтили ее, как и прочие религии. (8) А вот неоспоримое доказательство, что на благо счастливо начавшейся империи росло и крепло наше учение: начиная с царствования Августа на Рим не надвигалось никакой беды, наоборот, по молитвам всех все было прекрасно и славно». 4,26

Императоры, по убеждению Евсевия, очень благосклонно относились к христианству, но дьявол вмешался и изменил отношение императоров к христианам20.

Императора Галлиена (253—268) Евсевий считает чуть ли не Христом. Он цитирует епископа Дионисия Александрийского, считавшего, что именно о Галлиене говорил пророк Исайя:

«Галлиен всеми был принят и провозглашен императором, будучи одновременно и старым, и новым императором; он был прежде их и остался после них, (2) по реченному пророком Исаией: «Вот пришло то, что было в начале и теперь кажется новым». 7, 2321

Благополучие империи, по мнению Евсевия, целиком зависит от благосклонного отношения императоров к христианской философии22.

Есть в тексте «Церковной истории» фразы, которые вызывают, по меньшей мере, недоумение и непонимание. Воспевая императора Констанция, Евсевий пишет: «Он первый был причислен к богам и удостоен после смерти всех подобающих императору почестей».

Что значит «первым был причислен к богам»?

Все римские императоры провозглашали себя богами, а отказ приносить жертвы богам-императорам был главным поводом гонений на христиан.

Что же имеет в виду Евсевий? Не ставит ли он императоров на один уровень с Христом? Не считает ли их (Констанция и Константина) богами или сынами Божьими?

Гонения на христиан прекращаются не по воле людей, а по промыслу Божию, который, по мнению Евсевия, никак не связан с поведением людей.

«…Вот что происходило во все время преследования; на десятом году оно, по милости Божией, совсем прекратилось, а затихать стало на восьмом году. Когда явлено было по Божественной небесной благодати милосердное о нас смотрение, те же самые правители, которые раньше затеяли против нас войну, удивительно переменились в своих мыслях и стали поступать совсем иначе, гася широко распространившийся пожар гонения благосклонными к нам эдиктами и снисходительными распоряжениями. (2) Дело тут было не в людях: действовало не сострадание, как мог бы кто-нибудь сказать, не человеколюбие властителей – ничуть нет! – ежедневно ведь от начала и до нынешнего часа измышлялись против нас самые жестокие меры, против нас пускались в ход разнообразные средства. (3) Здесь был явно виден Божественный Промысл: отношение людей к нам изменилось, виновник всего зла был наказан. Постигла его Божия кара: началось с телесной болезни, а завершилась она душевно». 8,15—16

«Церковная история» – это гимн императорам Констанцию и Константину. Во времена правления Константина история человечества подходит к своему концу. Вся империя (то есть почти весь обитаемый мир) стала Церковью. С точки зрения Евсевия, уже свершились предсказания пророков о Царстве Божием. Царство Божие фактически отождествилось, слилось с империей, возглавляемой императором, симпатизирующим христианству.

«Повинуясь этому велению, воспоем новую песнь, ибо после мрачных зрелищ и ужасных повествований мы удостоились видеть и славословить то, что многие, жившие до нас, истинные праведники и мученики Божии желали видеть на земле и не видели, хотели слышать и не слышали. (5) Впрочем, эти люди поспешили получить награду гораздо большую: они восхитили себе в удел райское блаженство на небесах. Сознаем, что мы получили вовсе не по заслугам; мы приведены в величайшее изумление благодатью Подателя столь великих даров, благоговеем перед Ним всей душой и свидетельствуем истину Писания, в котором говорится: «Придите и видите дела Господа, какие чудеса сотворил Он на земле: прекращая войны до края земли, сокрушил лук, и переломил копье, и щиты сжег огнем». Радуясь, что воочию исполнилось это на нас, продолжим наш труд.

(7) Исчез (каким образом, об этом рассказано) весь род богоненавистников, он стерт с лица земли, и вновь исполнилось слово Божие: «Видел я нечестивца величающегося и превозносящегося, как кедры ливанские. Я прошел мимо, и вот не было его; я искал место его и не нашел». (8) Теперь светлый и ясный день, не омрачаемый никаким облаком, озарил лучами небесного света церкви Христовы по всей земле. Даже тем, кто чужд нашему братству, ничто не мешает пользоваться, если не всецело, то хотя бы долей того, что даровано нам от Бога.

Все люди освободились от власти тиранов, избавились от прежних бедствий. Каждый исповедовал единого истинного Бога, поборника благочестивых, но у нас, возлагавших свою надежду на Христа, Сына Божия, радость была несказанная; каждое место, еще недавно опустошенное нечестием тиранов, дышало дивным ликованием, словно оживая после длительной смертельной заразы; мы видели, как от основания поднимались церкви, возносясь на недосягаемую высоту в красоте большей, чем у церквей, разрушенных прежде». 10, 1—2

Более того, Евсевий считает, что и пророчество о всеобщем воскресении мертвых уже исполнилось! Под всеобщим воскресением мертвых Евсевий понимает лишь поголовное принятие христианства в империи. Никакого другого воскресения мёртвых он не ожидает! И никакой таинственной эсхатологии! Всё уже свершилось. И история должна завершиться со дня на день…

«И вот, наконец, мы увидели то, о чем молились, чего так хотели: празднование в городах обновления и освящения только что построенных храмов, съезды епископов на эти празднования, стечение из различных стран разных народов, взаимно дружески расположенных, объединение членов Тела Христова в один состав. (2) Согласно таинственному пророческому предсказанию о будущем, кость соединялась с костью, сустав с суставом; загадочные слова сбылись неложно. (3) Одна и та же сила Духа Божия проникала всех, всех одушевляла одна и та же ревностная вера; одной и той же песнью все восхваляли Бога. Богослужение предстоятелей и священнодействие священников стали совершенными, церковные обряды сделались благолепными; пение псалмов и слушание слов, переданных нам от Бога, сменяла Божественная таинственная служба с ее неизреченными символами спасительных Страстей. (4) Люди всякого возраста, мужчины и женщины, обрадованные и укрепленные молитвой и благодатью, всей душой, всем умом величали Бога, Подателя благ. И каждый из присутствовавших предстоятелей произносил приветственную речь и, в меру своих сил, старался возвышать дух собрания». 10, 3

(16) И вот теперь, чего прежде никогда не было, верховные цари, сознавая, что свой почетный жребий получили они от Бога, плюют в лицо бездушным идолам, попирают беззаконные установления демонов, осмеивают древние заблуждения предков и признают только единого Бога, Благодетеля всех и их самих, исповедуют Христа Сыном Божиим, Царем всех и всего, называют Его Спасителем в надписях, поставленных в середине царствующего города, царственно начертывают, для неизгладимой памяти, дела Его и победы над нечестивыми. Теперь единого от вечности Иисуса Христа, Спасителя нашего, величайшие земные властители почитают не как обычного царя, поставляемого людьми, но как истинного Сына Бога Вседержителя и поклоняются Ему как Богу. 10, 4

Последние страницы «Церковной истории» по сути описание конца истории человечества. В понимании Евсевия, это счастливое и триумфальное завершение истории вселенской империи-Церкви, ведомой римскими императорами.

«(8) Забыты были прежние бедствия и нечестие; все наслаждались настоящими благами и, сверх того, ожидали будущих. Всюду были обнародованы человеколюбивейшие постановления победоносного государя и законы, свидетельствующие о его щедрости и истинном благочестии. (9) Уничтожены были все следы тирании; твердая и никем не оспариваемая царская власть принадлежала Константину и его сыновьям. Изгладив все следы нечестия прежних властителей и осознав, что столько благ даровано им Богом, они проявили свою любовь к добру и к Богу, благодарность Богу и благочестие, обнаруживая эти добродетели перед людьми в своих делах». 10,8—9

Не хватает единственного абзаца с описанием самого последнего события – Второго пришествии Христа и передачи власти императором Христу.

А может быть, Евсевий и не ждет прихода Христа? Возможно, он считает воплощением Христа императора Константина? Вероятно, с точки зрения Евсевия, никакого другого Христа после Константина и не следует ждать. Ведь Царство Божье уже наступило! Добро и благочестие уже победили!

И такое понимание истории и человека считается некоторыми христианским подходом.

Лучшее средство преодоления Евсевия – изучение Августина и его трактата «О Граде Божием», где присутствует попытка осмыслить прошлое, настоящее и будущее с точки зрения библейской историософии.