Физиолог: русский перевод

В настоящей книге представлен первый в русскоязычной литературе составной перевод всех латинских версий, существующих в критических изданиях, а именно, уже упомянутых B, B-Is, Y и C.

За основу взята версия Y как наиболее полная и близкая греческому оригиналу. Она переведена целиком и снабжена подробными текстологическими комментариями в примечаниях, включая разночтения с другими версиями и с греческим текстом (последние указаны только тогда, когда они носят смысловой – но не стилистический – характер).

Во всех случаях, где версия B является более полной по содержанию, фрагменты ее интерполированы в основной текст в [квадратных скобках]. Языковые различия – а их довольно много – касаются в основном синонимичных слов и конструкций, не оказывающих заметного влияния на общий смысл, и поэтому, как правило, они не обозначены, тем более, что передать их средствами перевода в принципе затруднительно.

Интерполяции из версии B почти всегда повторяют и близкую ей версию B-Is, однако, в редких случаях в последней есть новый материал, порой весьма обширный, особенно в дидактической части. Он обозначен {фигурными скобками}. Что касается добавлений из Этимологий Исидора, то они не включены, поскольку их единство с основным текстом никогда и не предполагалось.

Наконец, немало новых деталей (и две новые главы) можно встретить и в версии C – они помещены в <угловые скобки>. Этих деталей, если иное специально не оговорено, нет и в версиях B и B-Is.

Везде, где прямая интерполяция была невозможной, все разночтения с версией Y даны в примечаниях, при этом, сопоставления версий B, B-Is и C друг с другом не проводилось. Все добавленные фрагменты представляют особый интерес в свете того, что они, как правило, являются изначально латинскими, то есть отсутствуют также и в начальной греческой версии.

Несмотря на широкую популярность и безусловную значимость в истории европейской культуры и искусства, текст латинского Физиолога не обременен чрезмерным стилистическим изяществом и в этом отношении весьма далек от лучших образцов латинской словесности. Переводчики и переписчики не всегда ясно представляли себе, о чем шла речь, порой переводя буквально, в результате чего идиома одного языка теряла смысл в другом, а порой и с легкостью переиначивая текст по своему вкусу и разумению, – добавляли или убирали отдельные пассажи, меняли порядок глав.

Нужно помнить и о том, что в Средние века латынь уже едва ли для кого была родным языком, несмотря на ее повсеместное распространение в образованных – прежде всего, церковных – кругах. Конечно, языковой нормы не существовало и в античности, но единство языка обеспечивалось относительно высоким культурным уровнем его носителей. В последующие века этот уровень снизился и приобрел большую неравномерность, от региона к региону и от монастыря к монастырю, а тот факт, что переписчикам нередко приходилось делать копии с копий, приводил к тому, что количество ошибок и описок только росло.

В результате, в дошедших до нас текстах одни слова без необходимости повторяются, другие, наоборот, опущены. Части предложений нередко грамматически не согласованы, особенно в том, что касается местоимений и времен. Обилие несмысловых слов, вроде et (и) и autem (же) тоже не добавляет особой элегантности, как и специфическая логика изложения. При этом, синтаксически текст сравнительно прост и лишь в редких случаях допускает существенно разные трактовки.

При переводе ставилась задача передать не только содержание Физиолога, но и в некоторой степени его форму, а, иначе говоря, то впечатление, которое он мог производить на образованных читателей поздней античности и Средневековья.

Например, русский текст часто выглядит, как довольно неуклюжий перевод, но ровно в той мере, в какой именно так выглядит и текст латинский, который и был по большей части неуклюже переведен. Вместе с тем, русский перевод не подстрочный и следует оригиналу настолько, насколько это все же не слишком противоречит нормам русского языка, поэтому в целом он представляется несколько более аккуратным.

Кроме того, решено было воссоздать некоторые визуальные черты текста, характерные для античности и Средних веков, – например, его сплошную структуру, выделяя абзацы лишь соответствующими знаками, но не новой строкой (такая практика была распространена в раннепечатных изданиях; в рукописях деление на абзацы часто вообще никак не обозначалось). В том же духе и строчные буквы сохранены только в начальных словах предложений и не используются в именах собственных.

Названия животных, не понятые латинским переводчиком (и, следовательно, не понимавшиеся и читателями), оставлены без исправлений, даже если по содержанию ясно, какое животное имеется в виду. Те же, которые упоминаются в Библии, даны – везде, где это допустимо – в Синодальном переводе (СП). Это касается и многочисленных библейских цитат и парафразов (они выделены курсивом). Неточности в цитировании (относительно Вульгаты – BV) также сохранены, а все разъяснения даны в примечаниях. Надо заметить, однако, что значительная часть цитат приводится в Физиологе по латинским переводам Библии, предшествовавшим Вульгате, чем отчасти и объясняются многочисленные расхождения.

Наконец, что касается культурного впечатления, то его, в отличие от языкового, передать едва ли возможно. Количество и, что более важно, качество информации, охватываемое одной только школьной программой сегодня, ставит современного обывателя и интеллектуала тысячелетней давности в неравное положение. То, что тогда воспламеняло воображение, наталкивало на размышления и наставляло на путь истинный, теперь кажется собранием нелепых курьезов и плодом (не вполне здоровой) фантазии, приправленным навязчивым и сомнительным морализаторством.

Вместе с тем, мерить одну идеологию нормами другой по меньшей мере неразумно. Кажущееся противоречивым сегодня тысячелетие назад не вызывало сомнений, и наоборот. Попытка это осознать и взять за отправную точку, отбросив предрассудки современности и иллюзию собственного превосходства, позволит на долю мгновения взглянуть на мир глазами человека Средневековья и, возможно, увидеть незамеченное прежде.

Настоящий перевод иллюстрирован миниатюрами из самой ранней рукописи латинского Физиолога IX века и средневековых бестиариев XII—XIV веков, а также гравюрами из двух первых изданий Физиолога, 1587 и 1588 годов.