Аристотель

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Аристотель

384-322 гг. до н. э.

Никомахова этика

Год написания неизвестен

Как обрести счастье

Никомахова этика написана в излюбленном философами жанре (см., например, в нашей книге главу об Этике Спинозы). Но в отличие от Этики Спинозы, известной по имени автора, Аристотель назвал свое сочинение именем человека, которому его посвятил. Некоторые затруднения может вызвать то, что у Аристотеля были три произведения, написанные в форме трактата о нравственности: Никомахова этика, Евдемова этика и Большая этика, или Большая мораль. И все же выбор среди них сделать достаточно просто: ведь принадлежность Никомаховой этики Аристотелю никто не оспаривает. И напротив, специалисты по философии этого периода не вполне уверены в личности авторов двух других сочинений. Они вполне могут принадлежать ученикам великого философа.

Аристотель родился неподалеку от горы Афос (Афон), а точнее — в городе Стагире. Его отец был врачом, и это определило пристрастие мальчика к проведению разного рода опытов и занятиям естественными науками. В 18 лет он отправился учиться в Афины и вскоре стал самым блестящим учеником шестидесятилетнего Платона. Всего он проучился у этого философа 20 лет. После смерти Платона Аристотель уехал преподавать в город Асе, а затем ко двору македонского царя. Вернувшись в Афины, он основал Лицей, школу, соперничавшую с Академией, созданной Платоном. За год до смерти Аристотель был обвинен в оскорблении богов и удалился в Халкиду, на остров Эвбея.

Сочинения, приписываемые Аристотелю, охватывают практически все науки, известные в древности. Сам философ делил их на теоретические науки, исследующие бытие в его различных проявлениях (математику, физику и теологию, или первую философию), практические науки, изучающие благо как конечную цель всякого действия, и науки поэтические, в сферу интересов которых входят изящные искусства (поэтика, риторика). Кроме того, он написал Категории, трактат Об истолковании и некоторые другие сочинения, объединенные в сборник Органон и позволяющие без преувеличения назвать Аристотеля настоящим «отцом» логики. Ведь именно он впервые четко сформулировал основные логические аксиомы (принцип непротиворечивости, принцип исключенного третьего и др.). Из них философ вывел более частные законы силлогизмов и создал систему дедуктивной логики, долгое время считавшуюся главным его достижением.

Мы могли бы представить здесь какое-либо сочинение, не относящееся к сфере практических наук. Но Никомахова этика интересна тем, что дает нам возможность в комментарии сравнить философские теории Аристотеля и Платона.

Резюме

Никомахова этика состоит из 10 книг, касающихся самых различных вопросов.

Область и метод исследования

В книге I определяются область, метод и предмет исследования. Поскольку человек по своей природе является общественным животным, главной наукой, изучающей его поведение в жизни, должна быть политика. В эту сферу входит и мораль. Не стоит требовать от философа, занимающегося этой областью науки, чтобы он представлял доказательства, основанные на незыблемых принципах. Такое требование было бы признаком бескультурья, поскольку предмет этой науки весьма переменчив. Поэтому философ может дать правильные оценки, только отталкиваясь от моральных взглядов, господствующих в настоящее время. Такие оценки требуют определенного уровня образования, а главное — жизненного опыта. Поэтому Аристотель считает, что молодой человек — не слишком подходящий слушатель для лекций по политике.

Предмет трактата

Общепризнанно, что любое действие и предпочтение человека имеет целью некое благо. Очевидно также, что среди множества благ лучшим является то, которое делает жизнь человека удачной и успешной, иначе говоря, приносит нам счастье. Но сложность в том, что человеческое счастье определяют по-разному. Что это — наслаждение? богатство? почет? здоровье? знание? Каждое из этих определений лишь уточняет, что представляет собой счастье при разных обстоятельствах и для разных людей. Человек не может обрести высшее благо ни в удовольствии, ни в богатстве, ни в почете, поскольку счастье в этом случае будет зависеть от других, то есть от политики. Даже здоровье лишь дополняет счастье. Для Аристотеля это счастье заключается в созерцательной жизни. Эту форму высшего блага он подробно исследует в книге X.

Таким образом, книга I завершается рассмотрением платоновской идеи Блага как общего понятия. Можно предположить, что Благо является целью нашей практической жизни. Но решиться на исследования в этой области трудно, потому что учение об Идеях создали друзья. И все же дружба должна отступить перед истиной. Аристотель считает, что Благо не менее многообразно, чем бытие. Благо принимает разные формы в зависимости от обстоятельств: благо по отношению ко времени — это благоприятный случай; благо по отношению к количеству — это верная мера и х д. Поэтому Благо в противоположность гипотезе Платона не может быть Идеей, доминирующей при анализе человеческой деятельности. (Уместно здесь будет отметить, как отреагировал на такое «предательство» Платой. По словам Диогена Лаэртского, «Платон, говорят, на это сказал: „Аристотель меня брыкает, как сосунок-жеребенок свою мать“». — Цит. по: Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. — М.: Мысль, 1979. С. 205. — Примеч. пер.)

Аристотель предлагает ввести понятие энергии. Коль Благо многообразно и не может быть объектом изучения науки, и всякое благо является целью, то главной желанной целью человека можно считать стремление к чему-то лучшему. Всякий ремесленник стремится хорошо выполнить свою работу. По аналогии можно сказать, что человек обретает свое счастье в исполнении своего человеческого ремесла. Счастье — это и есть энергия, движение, действие, сила осуществления, «деятельность души по осуществлению добродетели», выполняемые в жизни до конца и в согласии с разумом (Логосом). Совершенство — это практическое осуществление человеком своего предназначения в жизни, отмеряющей на его долю удачи и неудачи. Это способ самоутверждения перед лицом внешних обстоятельств.

Что такое добродетель

В книге II дается определение понятия добродетели. Добродетель — это внутреннее нравственное совершенство, вошедшее в привычку. Ее кульминация проявляется в деятельности высшей части иррациональной души, полной желаний, но сдерживаемой разумом. Это совершенство разумного желания, то есть добродетель проявляется в нашей способности приспосабливаться к различным ситуациям: «В сфере действия и пользы нет ничего постоянного». Мы должны прилагать усилия, чтобы избежать любых излишеств или нехваток.

Теория золотой середины

В книге III говорится о способе, точнее об искусстве искать и находить золотую середину. Эта середина для каждого из нас своя. Следовательно, добродетель есть добровольный выбор на основе правильного суждения того образа действий, который зависит от нас. А значит, добродетель проистекает из практической мудрости (фронесис), которую благоразумный человек делает нормой жизни («добрый отец семейства» из Гражданского кодекса). Хотя целью добродетели является достижение золотой середины, но она и сама по себе — верх совершенства. Затем Аристотель исследует две конкретные добродетели: мужество и умеренность. Мужество — это золотая середина между трусостью и отчаянностью. Умеренность — это «середина в наслаждениях». Человек, по Аристотелю, должен стремиться всегда придерживаться золотой середины.

Частные добродетели

В книге IV анализируются частные добродетели: щедрость, великолепие, благородство, честолюбие, мягкость, приветливость, правдивость, умеренность в играх (добродетель, которая сводится, в сущности, куму), скромность. Например, щедрость, то есть добродетель в денежных вопросах, должна быть «серединой между расточительностью и скупостью». Великолепие, добродетель власть имущих, есть чувство меры в расходах, середина между скудостью и вульгарной пышностью. Это искусство правильного расчета расходов, необходимых для поддержания престижа. Благородство находится посредине между тщеславием и малодушием. Благородный человек может оценить себя по справедливости. Он знает, что занимает среднюю позицию между честью и бесчестьем, и ведет себя соответственно.

Справедливость

В конце книги V анализируется добродетель справедливости в ее различных проявлениях. Аристотель различает две формы справедливости и несправедливости:

— справедливость всеобщая, или установленная законом, — безусловная добродетель в наших отношениях с другими и состоящая в полном исполнении закона, если сам закон установлен правильно. Это политическая форма данной добродетели;

— справедливость частная, касающаяся раздела или обмена имуществом и почестями между членами общины. Это распределительная справедливость, которая устанавливает пропорциональное равенство между членами общины в зависимости от ценности каждого из них. Благодаря этой справедливости устраняется неравенство, возникающее при частных сделках. Она основана на принципе арифметического равенства людей. Ценность (или заслуги) людей определяют пропорции при распределении. Справедливый обмен имущества становится возможным благодаря оценке его рыночной стоимости (в деньгах).

Справедливость в любой своей форме также является серединой, а несправедливость — излишеством или нехваткой. Один получает слишком много, а другой слишком мало.

Омонимия этих форм справедливости в каком-то смысле основана на их связи с позитивным законом. Но этот закон неприменим к случаям «метафорического» применения понятия справедливости. Говорят о справедливости хозяина по отношению крабу, отца к сыну, мужа к жене. В строгом смысле, «справедливость может существовать лишь между теми людьми, чьи взаимоотношения регулируются законом». Аристотель отвергает противопоставление «политической справедливости» и «естественной справедливости» (манера софистов). Наконец, установить политическую справедливость сложнее всего, поскольку она призвана исправлять в особых случаях неизбежные издержки уравнительности законов.

Интеллектуальные добродетели

Книга VI посвящена интеллектуальным добродетелям. Как поясняет Аристотель, речь идет о совершенно особой сфере. Но основной принцип остается все тем же: «Следует избирать середину, избегая излишеств и недостатков. Середина соответствует правильному порядку». Сущность интеллектуальной добродетели — в правильном сочетании желания и разума, рациональной и иррациональной частей души. Интеллектуальная часть души — объект приложения истины.

Затем Аристотель перечисляет интеллектуальные добродетели: это наука, изучение искусства, изучение благоразумия, изучение созерцательного разума, теоретическая мудрость (то есть мудрость в себе и для себя, не применяемая в практической деятельности). И наконец, Аристотель переходит к благоразумию и искусству политики. Аристотель представляет благоразумие как интуицию, или, лучше сказать, как способность воспринимать необычные ситуации. После этого философ говорит о второстепенных добродетелях: здравом смысле, сообразительности и рассудительности. Затем он исследует связи интеллектуальных добродетелей между собой и с благоразумием. Благоразумие есть практическая мудрость. Книга VI завершается анализом связей между мудростью теоретической и практической: «Сегодня все при определении добродетели, указав на ее свойства и объекты, к которым она приложима, добавляют, что она должна соответствовать правильному порядку, а правильный порядок должен быть благоразумным».

Наслаждение

В книге VII рассматриваются отрицательные стороны человеческого характера: порочность, жестокость, неумение владеть собой, несдержанность. Последний порок связан с забвением под влиянием страсти одной из посылок практического силлогизма: невыдержанный человек в общем-то знает, в чем состоит благо, но не пользуется этим знанием в конкретных случаях. Этим он и отличается от человека благоразумного.

В чем же состоит аристотелева теория наслаждения? В Никомаховой этике философ различает наслаждение и жизнь, проводимую в удовольствии. Его теория наслаждения содержится в книгах VII и X. В книге VII Аристотель не согласен с теми, кто осуждает наслаждение. Само по себе наслаждение — это ни хорошо, ни плохо. По сути дела часто это даже не состояние, а деятельность, энергия и ее цель. Приятная деятельность есть цель всякой жизни. Поэтому ничто не мешает высшему благу одновременно доставлять и наслаждение. Что касается божественного наслаждения, являющегося чистым действием, то оно длится вечно. В книге X этот анализ углублен еще более. Аристотель подтверждает, что наслаждение — это энергия, а не генезис. Но еще более существенно здесь то, что анализ философа касается самого процесса получения наслаждения: некоторые формы энергии осуществляются в движении. Так, дом строится на протяжении какого-то времени, тогда как ощущение может доставить наслаждение немедленно. Целостное, неделимое и законченное сразу по своем появлении, «наслаждение есть завершение действия». Это осознание совершенства.

Дружба

Дружбе посвящены книги VIII и IX. Эта добродетель — одно из самых необходимых условий жизни. Ведь никто бы не захотел жить без друзей, даже имея все остальные блага. Дружба может быть основана на удовольствии, пользе или благе. Лишь в последнем случае она желанна сама по себе. Как и всякая добродетель, дружба есть устойчивое отношение, которое реализуется в совместной жизни и достигает высшего развития у друзей, обладающих одинаковыми моральными качествами. Бог слишком отличается от человека, чтобы между ними могла существовать дружба. Какова основа дружбы? Ее можно обнаружить в любви к самому себе, в высшей степени положительной форме эгоизма, состоящей в любви и развитии всего лучшего в себе. Хороший человек должен быть в глубине души эгоистом, поскольку обязан любить прежде всего самого себя. И если бы все граждане, стремящиеся к добродетели, любили себя, то Общество и Город получили бы от этого огромную пользу.

Благосклонность, для которой не нужна совместная жизнь, есть не что иное, как «ленивая дружба» и согласие, политическая форма дружбы. Быть благосклонным к другому — значит проявлять к нему дружеские чувства. Благодетель любит того, кому сделал добро, как художник любит свое произведение. Это свидетельство его энергии, его образа жизни в мире, его практической самореализации. Поэтому счастливый человек должен иметь друзей. Они позволяют ему существовать, в том смысле, что через совершенные им благодеяния он самореализуется. Даже мудрецу не обойтись без единомышленников. В дружбе меж мудрецами, самом совершенном виде дружбы, каждый из них вносит свой вклад в общую радость практической жизни. Только живя с друзьями, можно глубже ощутить радости собственного бытия. Это чувство доступно лишь человеку и недоступно Богу.

Вопрос о счастье

Книга X, последняя в Никомаховой этике, посвящена счастью. Счастье — это по преимуществу созерцание, действие «самой божественной части в нас самих». Это созерцание позволяет философу обеспечить свое бессмертие в той степени, в какой это вообще возможно. Но счастье — не только абстрактное понятие. Оно все же требует наличия внешних благоприятных условий. Оно не исключает, напротив, требует, совместной жизни друзей.

На более низкой, чем созерцание, ступени, счастье может состоять также в общении с себе подобными. Поэтому этика — это еще и способ осмысления «политических» отношений. Для того чтобы хорошо жить в обществе, следует воспитать в своем характере любовь к прекрасному. Это воспитание — дело политическое; правильные законы должны обеспечить здоровое воспитание и развить в человеке привычку и желание действовать добродетельно. Для сочинения таких законов опыт следует соединить с критическим суждением. Так заканчивается Никомахова этика.

От рассуждения о добродетели автор незаметно перешел к политическим вопросам. И Этика перекликается с Политикой — еще одним крупным сочинением Аристотеля, посвященным одной из практических наук.

Комментарий

Взгляды Аристотеля на мораль

Никомахова этика — произведение, ясно показывающее взгляды Аристотеля на проблемы морали, Платон представлял себе мир в виде Идей, которые определяют реальности бытия. Мудрец может приблизиться к Идеям, только избегая случайных теней. В отличие от него Аристотель считает, что мудрость заключается в сдержанном суждении, выносимом в конкретных ситуациях. При этом существует риск впасть в излишество или в недостаток. И чтобы держаться золотой середины, человек должен развивать свои связи с миром.

Следовательно, всякая этическая добродетель есть средний путь, определяемый правильным суждением, особым в каждом случае и для каждого человека. Вся мораль Аристотеля определяется логикой ситуации, существующей здесь и сейчас. Благоразумие позволяет справляться с конкретными ситуациями лишь по мере их возникновения, а не заранее (apriori), как у Платона. Не существует Блага как такового, есть лишь конкретное благо.

Вопрос о воле

Кроме того, Аристотель создал собственную теорию воли. Человеческое действие, будь оно добродетельным или порочным, совершается не по необходимости и не случайно, а в соответствии с его свободным выбором… Человек — хозяин и повелитель своих действий и, значит, отвечает за них. Добровольное — это то, чего человек может не делать, и все же делает, действуя самостоятельно и по вполне осознанной причине.

Теория практики

Эту теорию можно найти в Политике, которая заканчивается тремя словами, выражающими сам дух этого произведения: мера, возможное, надлежащее. Правильная мера — это главное в практических науках (мораль, политика). Эта мера — не средняя величина. Это вершина, которую можно определить только разумным рассуждением. Практику, по Аристотелю и в отличие от Платона, невозможно вывести из научного знания. Аристотель показывает, что практика — это не следствие науки, а область, обладающая собственной рациональностью. А рациональность моральной иди политической практики есть способ управлять причинами, которые в какой-то степени движут действие, но не являются необходимыми. Цель моральной или политической практики — не рациональное, а разумное.

Стремление к благу

Человек должен «стремиться обессмертить себя в максимально возможной степени». Этот призыв сегодня может показаться прямо-таки героическим. Однако на самом деле речь вовсе не о том, чтобы переступать установленные ограничения. Греки осуждали такое поведение. Речь не идет об излишествах. Этот призыв — стремление к идеалу, он предполагает, что человек по природе своей не бессмертен, и бессмертие для него — не что иное, как идеал, постепенное и целенаправленное уподобление божественному образу, остающемуся недосягаемой вещью в себе. Не только в Никомаховой этике, но и в Евдемовой этике Аристотель не вдается в подробные описания этого идеала, наивысшим приближением к которому является созерцательная жизнь. Он показывает нам лишь те усилия, которые человек должен приложить, чтобы приблизиться к этому идеалу. Здесь Аристотель опирается на понятие природы человека.

Всякую деятельность движет стремление к благу. Это благо носит у людей название счастья. Поэтому по природе своей человеку свойственно стремиться к счастью. У существа, наделенного способностью движения, это природное свойство никогда не реализуется до конца. Ведь если человек достигнет этого блага, он перестанет двигаться, а значит, более не будет человеком. На самом деле человек реализуется именно в движении. Стремление к счастью — вот его предназначение.

Воспитание воли

Поскольку природа человека более возвышенна, чем у любого другого животного, именно у него неопределенность и случайность в реализации своей природы наиболее сильны. Чем выше цель, тем труднее и утомительнее к ней приблизиться. Поэтому волю человека следует воспитывать. Для того чтобы творить благо, недостаточно иметь правильное намерение, нужен habitus, то есть приобретенная (и насколько возможно, необратимая) предрасположенность. Ж. Ле Бон в своей Психологии воспитания (1902) определяет воспитание как «превращение сознательного в бессознательное». Нечто подобное встречается и у Аристотеля. Автор Никомаховой этики называет добродетель хорошей привычкой. Как отмечает Пьер Обенк, «…добродетель, таким образом, представляет собой вторую натуру, которая, благодаря своему относительному постоянству, может восполнить недостатки первой и помочь таким образом ей реализоваться (подобно тому, комментирует Теофраст, как окультуривание виноградной лозы помогает ей давать плоды самые „естественные“, то есть самые совершенные, на которые она способна). Среди добродетелей, некоторые из которых нравственные, а другие „интеллектуальные“, особое место следует отвести благоразумию (phronesis), добродетели доброго намерения, которая среди двух крайностей, излишества и инертности, каждый раз способна определить, где находится золотая середина, оптимальная комбинация желаемого и возможного».

Иерархия целей

В нашем кратком изложении Никомаховой этики мы уже видели, что Аристотель составил иерархию главных целей человеческого существования. Превыше всего — философия. Затем следует политика. Хотя, конечно, на самом деле философ не столь категоричен. Он колеблется. Прежде всего потому, что между двумя этими идеалами нет противоречия. И в том и в другом реализуется природа человека. Хотя в философии человек реализует самую возвышенную часть своей природы, но и политика тоже важна. Благодаря ей можно построить удовлетворительную модель отношений с другими. Справедливость, к которой стремится политика, — цель благородная. До такой степени благородная, что Аристотеля можно даже понять так, что лишь благодаря политике некоторые люди могут полностью отдаться поискам истины. Общество, по Аристотелю, предполагает наличие рабства. Поскольку существуют философы, нужны и люди, занимающиеся материальным производством (этой проблеме посвящены четыре главы Политики). Таким образом, иерархия целей не исключает социального деления по признаку отношения к труду. Мораль открыта для всех, но в строгом соответствии с положением, занимаемым человеком в обществе. По Аристотелю, человек есть политическое (общественное) животное. А это значит, что в отличие от животных или от богов человек, для того чтобы считаться человеком, должен прежде всего быть гражданином. Но ведь известно, что в древнегреческом обществе граждане, то есть те, кто имел реальное право принимать участие в жизни Города, были весьма немногочисленны.

В заключение отметим, что в Никомаховой этике выдвинута интереснейшая моральная теория: теория золотой середины. Эта нравственная концепция пользовалась большой популярностью. Она широко использовалась многими философами, в первую очередь Фомой Аквинским (1225–1274), построившим свою философию морали именно на основе учения Аристотеля. Наследие святого Фомы Аквинского в значительной степени определяло развитие христианской философии вплоть до начала XX века.