ВТОРОЙ ПЕРИОД СРЕДНЕВЕКОВОЙ ФИЛОСОФИИ (период средневековых систем, XIII в.)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ВТОРОЙ ПЕРИОД СРЕДНЕВЕКОВОЙ ФИЛОСОФИИ

(период средневековых систем, XIII в.)

В XIII в. философия начала новый период в своем развитии. Изменения произошли в связи с двумя обстоятельствами, которые проявились в конце предыдущего периода: они были связаны с организацией научных исследований, а также с находками в античной философии.

1. Становление университетов. Изменения в организации научных исследований основывались, во-первых, на появлении университетов. Образцом для подражания служил Парижский университет, который был основан приблизительно в 1200 г. как объединение преподавателей и учеников парижских школ и постепенно развивался и формировался как учебное заведение в течение всего XIII в. Он стал не только моделью для всех других университетов, но и до конца средних веков был ведущим центром образования в латинском мире. Этому способствовало то обстоятельство, что политика пап в области образования была направлена на превращение Парижа в главный центр теологического образования.

Вскоре после Парижского университета, тоже в XIII в., появился крупный университет в Оксфорде. Если Париж придерживался теологии и теологической философии, то Оксфорд имел преимущества в гуманитарном, естественнонаучном и математическом образовании. Эти два университета представляли собой главные центры образования в XIII в. Итальянские университеты в развитии философии XIII в. большой роли не сыграли. Исключение представлял собой лишь университет в Неаполе. Он был основан Фридрихом II как светское учебное заведение, подвластное королю, а не церковным властям. В университете беспрепятственно изучали Аристотеля и были сделаны первые переводы его произведений. Там работал такой самостоятельный мыслитель, как Давид из Динана.

Университеты объединяли четыре группы ученых или факультетов: «художников», или философов, теологов, «декреталистов», или правоведов, и медиков. Отделение философов было самым низким в иерархии, но самым многочисленным, и представляло, фактически, весь университет. С самого начала своего возникновения университеты стали основным и даже специальным местом для научной работы и научных дискуссий. Не было ни одного известного философа в XIII в., который не принимал бы участия в жизни университета.

Для университетов была характерна: а) свобода обучения, ибо оно проходило без зачисления в высшее учебное заведение, студенты обязаны были только сотрудничать с одним из магистров; б) интернациональность, поскольку представители разных народов Европы работали совместно. Страны обменивались учеными, так как церковные власти переводили ученых преподавателей из страны в страну. В Париже наиболее прославленными преподавателями в XIII в. были англичане и итальянцы. Наука зрелого средневековья не давала оснований для выделения в ней национальных групп; в) иерархичность и продолжительность образования, поскольку факультеты составляли определенную иерархию: «художественный» факультет был подготовительным к изучению права, медицины и теологии (отсюда философская подготовка теологов). Переход от ученичества к преподаванию был достаточно длительным: студент учился до тех пор, пока сам не начинал учить (как правило, в том же университете), и прерывал свое преподавание философии, главным образом, для того, чтобы вновь стать учеником и изучать теологию.

2. Сосредоточение науки в орденах. Вторым организационным явлением, которое имело большое значение, было участие в научной и университетской деятельности (с последующим подчинением ее своему влиянию) сильных монашеских орденов, особенно доминиканского и францисканского. Орден доминиканцев (орден проповедников) был организован в 1216 г., в Париже обосновался в 1217 г. Орден францисканцев (братство св. Франциска) был создан в 1209 г., появился в Париже в 1219 г. В 1229 г. (благодаря всеобщей забастовке преподавателей) доминиканцы получили первую кафедру теологии, а вскоре и вторая кафедра была предоставлена францисканцам руководством Парижского университета.

Первым профессором-доминиканцем был Роланд из Кремоны, а профессором-францисканцем — Александр из Гэлъса. Пример великих ученых, которые вышли из монашеских орденов (особенно Альберта Великого и Фомы Аквинского, в одном случае, и Александра и Бонавентуры — в другом), привлек все монашество к научной работе. Вскоре вся наука оказалась в руках монашеских орденов. Роджер Бэкон мог написать в 1271 г. лишь с небольшим преувеличением, что все, достигнутое в теологии и философии за последние сорок лет, было результатом деятельности монашеских орденов.

Вначале между крупными орденами не было больших различий в философских доктринах, но приблизительно к середине века они явно проявились: доминиканцы придерживались, главным образом, новой философской доктрины, а францисканцы — консервативной. В XIII в. между орденами. произошел крупный философский спор. Среди представителей орденов нашлись сторонники идеи развития, и они совершили крупный научный подвиг в этом столетии, который состоял в том, что они восприняли учение Аристотеля и создали аристотелевско-христианскую философию. Оппозиция того духовенства, которое не входило в эти монашеские ордена, против их засилия привела в Парижском университете к затяжной борьбе под водительством Гийома де Сент Мора, которая длилась с 1252 до 1259 г. Борьба завершилась после вмешательства папы Александра IV, который разрешил спор в пользу монашеских орденов.

Многими своими особенностями философия зрелого средневековья обязана тому обстоятельству, что она развивалась в монашеских орденах: прежде всего, преобладанием коллективного мышления над индивидуальным, в силу чего произошла концентрация усилий вокруг решения определенных, полученных по традиции проблем и теорий.

3. Создание систем обучения и научной деятельности. Способы обучения, преподавания и изложения научного материала, в целом достаточно эффективные и индивидуализированные в начале средневековья, приобрели теперь устойчивые формы. «Школяр» должен был пройти строго определенный курс обучения. Со временем он становился поочередно бакалавром, лиценциатом и с этого момента имел право преподавать, однако одновременно он продолжал обучение, пока не становился магистром. Магистр должен был в своих лекциях читать и комментировать строго определенные тексты. На философском факультете эти тексты брались исключительно из Аристотеля, они могли быть Дополнены только некоторыми другими авторами (например, его логика дополнялась трактатами Порфирия, Боэция и Петра Испанца). На отделении теологии читались и комментировались «Сентенции» Петра Ломбардского. Преподавательская работа носила комментаторский характер, такой же характер носила и писательская работа, которая была тесно связана с преподаванием. Научные работы этого периода имели устойчивый вид комментариев к одним и тем же текстам. Это были комментарии к Аристотелю или к «Сентенциям» Петра Ломбардского. Реже они представляли собой обработку и изложение университетских дискуссий, так называемых дискуссионных вопросов, или торжественных дебатов на так называемую свободную тему. Кроме того, в XIII в. смогли дополнительно систематически и полно сопоставить решения философских и теологических проблем в работах, которые были известны под названием сумм; классические схоластические суммы берут свое начало именно с XIII в. Все эти устойчивые формы обучения и изложения учебного материала были достаточно монотонны, но позволяли строже описать и выразить рассматриваемые идеи. В то время, когда они появились, суммы были более целостными и живыми, однако по прошествии многих веков применения они превратились в мертвые педагогические и литературные схемы.

4. Находки в античной философии. Работа по поиску, переводу и усвоению античной философии была проведена в таком большом объеме в XII и в начале XIII в., как никогда ни до, ни после этого периода. В процессе усвоения античной культуры это был средний этап: он пришел позже, чем освоение социально-государственной культуры, но раньше, чем обновление философской литературы, которое наступило лишь в период Возрождения. XIII в. для науки был настоящим «ренессансом», явлением, которое было аналогично Ренессансу XV в., но результат в XIII в. был иным. Он не был вытеснением схоластики античной наукой, а был их взаимным приспособлением.

Прежде всего, в XIII в. был найден Аристотель; кроме того, были обнаружены писатели-неоплатоники: Прокл и фрагменты из Плотина, Секста Эмпирика, Лукреция, «Жизни философов» Диогена Лаэрция, а также античных ученых, таких как Евклид и Гален. Эти источники были найдены с помощью арабов и иудеев вместе с арабскими и иудейскими комментариями к ним. Одновременно произошло знакомство с оригинальными философскими и специально-научными арабскими трактатами из области физики (особенно оптики), астрономии, математики и медицины. Этот научный «ренессанс» охватывал также и античное христианство, в частности, греческую патристику. Важный систематизирующий трактат Иоанна Дамаскина был переведен в XII в. под названием «Источник знания» и стал доступен Западу. Материал был огромным, и то обстоятельство, что он не дезориентировал средневековых ученых и мог быть ими использован, свидетельствует о высокой зрелости средневекового мышления. Расцвет схоластики, длящийся с XII в., как бы предопределил восприятие античного знания, а не вытекал из него. Разбуженная схоластическая мысль требовала научного материала, искала его и нашла в античности.

5. Переводы античных философов. Первые переводы были сделаны с арабского на латынь, и скромное начало переводческой деятельности датируется XI в. В это время переводами занялся монах Константин Африканец, который довольно часто с религиозными миссиями посещал арабские страны. Несколько переводов привез из своих путешествий Аделард из Бата в начале XII в. Начиная с середины этого столетия, работа подобного рода становится систематической: она началась в Испании и на Сицилии, в тех местах, где арабская культура тесно соприкасалась с латинской. Во второй четверти XII в., в Толедо, при дворе архиепископа Раймонда, была основана коллегия переводчиков, которая перевела все наследие Аристотеля вместе с комментариями арабских и иудейских философов, таких как АльФараби, Авиценна и Маймонид.

Переводы, главным образом Аверроэса, делались при неаполитанском дворе Фридриха II и Манфреда. Известным переводчиком был упоминавшийся ранее Якуб (Яков) из Венеции. На Сицилии был известен Михаил Скот. В Испании выделялись переводчики Гундисалъви и Жерар из Кремоны (ум. в 1187 г.). Гундисальви не знал арабского и переводил с кастильского языка, на который ему арабские тексты переводил ИбнДауд, прозванный Иоанном Испанцем.

Тем не менее переводы античных философов с арабского языка носили переходный характер. Еще раньше на Сицилии жил Генрих Аристипп (ум. в 1162 г.), который перевел непосредственно с греческого часть работ Аристотеля. С греческого языка наиболее ранние переводы «Метафизики» были сделаны еще в XII в. Однако полные переводы с оригинала были осуществлены лишь начиная с середины XIII в. Робертом Гроссетестом, Вильемом из Мёрбека и Варфоломеем из Мессины.

6. Восприятие Аристотеля. Найденные античные философские работы, как правило, имели, для средневековья неодинаковое значение. Некоторые, чуждые духу средних веков, например работы скептика Секста, прошли незамеченными, а работы эпикурейца Лукреция повлияли на средневековье также очень незначительно. С большим интересом были восприняты, в свою очередь, работы Аристотеля, из трудов которого со времен раннего средневековья были известны лишь фрагменты логических работ. Восприятие античной философии в XIII в. сводилось, если не исключительно, то главным образом, к восприятию Аристотеля. Его идеи были вдохновляющими для христианского учения. Он приобрел латинский мир для своей логики, а после нее и благодаря ей — для иных разделов философии (теории познания, психологии и философии природы) и, наконец, для всей системы теоретической и практической философии. Усвоение Аристотеля означало, что кроме преобладающего в схоластике августинско-платонического течения произошло усиление эмпирического элемента в знании, изменение субъективной позиции на объективную, эмоциональной-на интеллектуальную.

В любом случае, Аристотель не сразу был переведен на Западе с языка оригинала, а вначале с арабских переводов с арабскими же комментариями, в которых он интерпретировался в неоплатоническом духе. При этом одновременно с работами Аристотеля были переведены и работы неоплатоников. Извлечения из «Эннеад» Плотина были известны под ложным названием «Теологии Аристотеля», выдержки из Прокла существовали в виде метафизического учебника позднего платонизма, который назывался «Книгой причин». Эта работа была переведена в XII в. Все перечисленные работы оказали значительное влияние на мыслителей XIII в. Одновременно с аристотелевским влиянием усилилось воздействие Платона и неоплатонизма. Но главная заслуга XIII в. состоит в том, что была завершена работа по очищению текстов Аристотеля от различных наслоений.

Попытки освоения Аристотеля и его приспособления к христианскому учению имели место еще в XII в., в момент знакомства с его работами. Еще Гундисалъви, переводчик Аристотеля, присвоил себе его взгляды, прежде всего его гилеморфизм. Одновременно он ввел в это учение элементы неоплатонизма, трактовал интеллект, душу и тело как последовательные эманации Бога. Вне Испании первым использовал понятия Аристотеля Гийом из Оверни, который был более осторожен, чем Гундисальви.

Аристотелизм, даже освобожденный от примесей и наслоений неоплатонизма, содержал элементы, которые не соответствовали христианскому учению, такие как, например, положение о вечности мира. Когда предпринимались первые попытки введения аристотелизма в христианскую философию, церковь в 1210 и 1215 гг. запрещала учение в духе Аристотеля. Это касалось естественнонаучных работ Аристотеля, так называемой «Книги о природе» и, в частности, ее натуралистического изложения, сделанного Давидом Динанским. Запрет был возобновлен Григорием IX в 1231 г. по случаю реорганизации Парижского университета со следующим требованием: «Пока учение не будет исправлено». Григорий создал также комиссию, которая получила задание очистить работы Аристотеля. В Оксфорде же эти требования не носили обязательного характера. Их не придерживался Роджер Бэкон, который из Оксфорда приехал в Париж и там преподавал с 1241 г. Несмотря на требования церкви, Аристотель изучался в университете, и вскоре это обучение было официально признано. В 1252 г. английские власти обязали студентов читать работу Аристотеля «О душе», а в 1255 г. на факультете искусств было введено обязательное изучение Аристотеля. Все осталось без изменений и впоследствии, несмотря на то обстоятельство, что Урбан IV напомнил в 1263 г. о запрете Григория IX. Последующее изучение Аристотеля развеяло первоначальные опасения церковных властей: его учение, очищенное от неоплатонических примесей, удалось преподнести в теистическом духе в соответствии с принципами христианства. Отдельные несоответствия были устранены его христианскими сторонниками. Эту работу провели Альберт Великий и Фома Аквинский. Начиная с середины XIII в., Аристотель пользовался наибольшим авторитетом у философской схоластики. С этого времени, когда схоласт писал «философ», он подразумевал Аристотеля. В 1270 и 1277 гг. произошло осуждение аристотелизма, но уже только гетеродоксального. В 1366 г. изучение Аристотеля было официально предписано всем университетам.

7. Классический период. Христианская философия предыдущих столетий с трудом искала свой путь. Однако в XIII в., опираясь на результаты многовекового развития, используя античное знание, сильную новую организацию науки, она вступила в период зрелости. XIII в. стал веком классической средневековой философии, наподобие того, как IV в. до н. э. был классическим периодом античности. XIII в. был тем периодом, когда с наибольшей полнотой реализовались устремления схоластики. Но классический период продолжался недолго. С окончанием этого столетия схоластика вошла в новую фазу своего развития.

8. Позиции философии в XIII в. Мощная философия этого столетия не была целостной, особенно в его начале; различные ее представители имели разные позиции:

а) августинизм и томизм. На основании отношения к новой философии Аристотеля разделились и философские позиции XIII в. Для философии, которая была взращена на платоновско-августиновском идеализме, реализм и эмпиризм Аристотеля были революцией; схоластики разделились на консерваторов и сторонников дальнейшего философского развития — аристотеликов. Различие направлений было, в конечном счете, различием в уровне усвоения античности, поскольку ни один из философов полностью не избежал влияния античного августинизма-платонизма и ни один не был чужд Аристотеля. Консервативные мыслители шли вслед за Августином в теологии, за Аристотелем — в философии. Их позиция была определена как «августинизм XIII века». В течение длительного времени они составляли наиболее многочисленное направление (собственно говоря, существовал целый ряд родственных групп), а позицию сторонников Августина усиливал запрет Церкви на изучение Аристотеля. Некоторые августинцы пользовались интерпретациями Аристотеля, принадлежащими Авиценне, и по этому поводу часто говорили об «авиценноподобном августа низме». Однако, несмотря на это, влияние Аристотеля усиливалось, и решающим моментом стало выступление Фомы Аквинского с новой системой христианской философии и теологии, которая целиком и полностью основывалась на его идеях. В это время — в начале второй половины столетия — выразительно проявилось принципиальное противоречие между августинизмом и томизмом, которое сохранилось до конца столетия. Оба противостоящих направления имели своих античных предшественников, каждое своего: одно — платонизм, а второе — аристотелизм, однако это были христианизированные платонизм и аристотелизм.

В конце столетия Дунс Скот создал новое направление, которое явилось компромиссом августинизма и томизма и получило название скотизма;

б) помимо этих главных философских направлений столетия, как побочные направления появились — под влиянием новых источников — попытки возрождения античного платонизма и аристотелизм а. Но это всетаки не было чистым платонизмом и аристотелизмом, поскольку взгляды Платона и Аристотеля трактовались не в первоначальном виде, а были поняты в духе Плотина. Эта неоплатоническая интерпретация имела двоякую причину: во первых, изначальную- в таком виде источники были восприняты от арабов, во вторых, от собственно философских доктрин Платона и Аристотеля они, сами по себе, не отличались, однако в этот теоцентрический период должны были быть поняты исключительно теоцентрически. Такое понимание было возможно либо в теистическом духе, похристиански, либо в пантеистическом, эманационном духе, неоплатонически. Все эти возможности были реализованы, и в XIII в. существовали, по меньшей мере, два аристотелизма и два платонизма.

Не приспособленный к христианству аристотелизм, в свою очередь, выступал опять же в двух видах: в одном более или менее последовательно использовался сам Аристотель, а во втором он давался в интерпретации Аверроэса. В этом втором виде он был назван латинским аверроизмом. Уже Фома Аквинский называл своих противников (монопсихистов) аверроистами, однако термин «латинские аверроисты» появился только в XIX в. у Ренана. Сегодня некоторые историки вольны это направление называть радикальным или гетеродоксальным аристотелизмом, поскольку нехристианизированный аристотелизм шел от Аристотеля, а не от Аверроэса. Здесь, в этой книге, он будет описан в начале главы, затем будут представлены ортодоксальные направления, которые занимали основное место в философии XIII в.