Глава 19 Идеология: кризис духовной культуры

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 19

Идеология: кризис духовной культуры

Не говори: «Забыл он осторожность!

Он будет сам судьбы своей виной!..»

Не хуже нас он видит невозможность

Служить добру, не жертвуя собой.

Н. Некрасов

Только те жертвы принимает жизнь, что идут от сердца чистого и печального, плодоносно взрыхленного тяжелым плугом страдания.

Л. Андреев

Что такое идеология?

Новое время – время океанических цивилизаций и объединения людей новыми мощными средствами коммуникации в единое человечество. Это время действия масс, вышедших на историческую арену. Данный феномен Х. Ортега-и-Гассет проанализировал в книге «Восстание масс». Вовлеченность масс в политическую и культурную жизнь потребовала создания особого способа организации масс, получившего название идеологии, и особого способа культурного обслуживания масс – массовой культуры. Восстание масс стало источником и движущей силой идеологии и массовой культуры, которые переплелись между собой. Идеология сама является культурой масс и культурой для масс и стимулирует развитие массовой культуры, которая не может не быть идеологизированной, поскольку идеология ближе всех отраслей культуры к материальным потребностям, а массы живут в основном ими. Управлять массами сподручнее рассчитанной на воздействие на них идеологии, чем элитарной по сути науке, которую массы не способны понять. С выходом на историческую арену масс идеология получает преимущество перед наукой в борьбе за власть. Идеология имеет дело с массами, подлаживается под их интересы и запросы, что принижает культуру и ведет ее к кризису. Идеология означает переход от разума и религиозной веры к материальным интересам толпы.

Идеологии не мифы, хотя в них много от мифологии, а мистическое начало скрывается под рациональной оболочкой, проступая в бальзамировании вождей. Идеологии не религии, хотя в них есть приземленная вера, в которой на место Бога ставят идеолога, правителя или материальный идол (скажем, Золотого тельца). У идеологии имеются философские корни, и ее предшественником можно считать Платона. Идеология взяла само название у философии (термин «идея» идет от Демокрита и Платона). Она стремится подчинить себе искусство, заявляет о своей научности. Она пытается соединить науку с высшими идеалами человека – его стремлением к благополучию и счастью. Она объединяет людей, но ценой их превращения в «одномерных», по Маркузе. Объединяет и наука, но идеология действует более жестко, не останавливаясь перед насилием.

Отличие идеологии от науки хорошо выразил А. А. Зиновьев: «Наука предполагает осмысленность, точность и однозначность терминологии. Идеология предполагает бессмысленные, расплывчатые и многосмысленные языковые образования. Терминология науки не нуждается в осмыслении и интерпретации. Фразеология идеологии нуждается в истолковании, в ассоциациях и примысливании. Утверждения науки предполагают возможность их подтверждения или опровержения или, в крайнем случае, установления их неразрешимости. Предложения идеологии нельзя опровергнуть или подтвердить» (Зиновьев А. А. Коммунизм как реальность. М., 1994. С. 252).

Борьба идеологии с наукой проявилась в феномене Лысенко и отрицании в СССР значения передовых научных разработок, в увлечении мистицизмом и мифологией в фашистской Германии и других странах Запада. В эпоху господства идеологии все отрасли культуры становятся ее служанками, в том числе наука.

Не наука, а скорее идеология ответственна за изобретение атомной бомбы.

Разум мешает внушению, доверчивости, и потому к нему так строги идеологи и колдуны. Разум начинается с сомнения в правоте того, во что все верят. Хитрость идеологии в том, что она подстроилась под научность и оказалась особой качественно новой отраслью, которая стоит на границе культуры. Идеология соединила материальный интерес с наукообразным прогнозированием будущего, которое является предметом веры. Поставить все предыдущее знание на службу материальным интересам стремится идеология как система взглядов, выражающих интересы больших общественных групп – классов, наций. Идеологи – пророки материального. Они пришли, когда люди захотели счастья здесь и немедленно.

Идеология сейчас самая мощная сила. Она постоянно стремится что?то преувеличить или затушевать?то общечеловеческие ценности, то национальные, то классовые. Идеология исходит из крайностей, например, двух противоположных классов?капиталистов и пролетариата, двух противоположных взглядов на человека?демократического и тоталитарного, и т. п. Идеология разъединяет людей, хотя, казалось бы, печется об их объединении. Ее интересы частные и, стало быть, могут объединить часть людей на определенное время. Разделение идей, писал Вико, удостоверяет разграничение собственности.

Торжество идеологии привело к господству формальных принципов, наподобие историзма с его многообещающими схемами и пренебрежением к конкретному человеку. Идеология уводит человека из культуры и делает духовно бездомным, порой в роскошных апартаментах. Казалось бы, если массы участвуют в политической жизни, то это хорошо. Однако возрастание роли масс лишь тогда позитивно, когда увеличивается количество культурных людей. В противном случае массы могут затоптать культуру. Как инертное бездуховное образование масса представляет опасность для культуры. Важно помнить различие между массой и народом, который живет культурными традициями.

Есть две параллели: творческая элита – народ – и правитель – масса. Творческая элита ведет за собой народ, просвещая его; правитель использует массу для осуществления воли к власти. Для массы нужна примитивная массовая культура, а народ вынужден подчиниться правителям. Массы составляют часть политической системы, электорат, который надо привлечь. Массы нужны потому, что большинство современных армий создано на основе всеобщей воинской повинности. Отсюда, по Тойнби, «правящее меньшинство не просто загрязнилось, а оказалось целиком поглощенным массой внутреннего пролетариата» (Тойнби А. Постижение истории. С. 382). В результате заигрывания с массой и удовлетворения ее требований «зрелищ» массовой культурой «внутренний пролетариат становится развязным, правящее меньшинство вульгаризируется» (Там же. С. 384).

Масса – удобный объект идеологических манипуляций, поэтому идеология заинтересована в том, чтобы народ превратился в массу, в которую легко внедрять идеологию. Об этом писали Ленин и Степняк-Кравчинский. Но «массы – это конец, радикальное ничто» (Шпенглер О. Закат Европы… Т. 2. С. 377). Воздействие на массы с помощью массовой культуры делает их более цивилизованными, но менее культурными, понижает общий уровень культуры.

При «массовизации» облегчаются процессы имитации, стайности, известные в животном мире как образование анонимной стаи. Массовизация ведет к разрушению семьи, неформальных общественных связей, способствует тому (особенно при развитии средств массовой информации), что какая?либо идея, как вирус при эпидемии, овладевает широкими слоями, становясь материальной силой. Вся культура становится массовой, тогда как каждый человек уникален, и не идеология должна внедряться в сознание, а люди должны самостоятельно формировать свое мировоззрение на основе культуры.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.