ДЖИДДУ КРИШНАМУРТИ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ДЖИДДУ КРИШНАМУРТИ

Что заставляло несколько поколений слушателей на протяжении более шестидесяти лет принимать участие в беседах Кришнамурти? На эти "странные шоу", как называл их сам выступавший, съезжались тысячи людей. И хотя самые многочисленные аудитории собирались, конечно, в Индии, — там на одной беседе могло присутствовать и до десяти тысяч человек, — его беседы в Европе и Америке также привлекали огромное число почитателей. Даже в Бразилии на встречи с ним собиралось по несколько сот человек; большинство из присутствующих не понимало английского, языка, на котором говорил Кришнамурти, но во время всей беседы они как завороженные следили за его выступлением.

Необычайная творческая атмосфера была присуща всем беседам Кришнамурти, но были среди них и особенно запоминающиеся, когда удивительная сила, исходившая от него, помогала словам проникать непосредственно в души людей и уже во время встречи способствовала более тонкому восприятию ими мира и расширению их сознания. Естественно, что после таких сильных и волнующих переживаний многие слушатели искали возможность получить записи этих бесед, но подчас их ждало разочарование: не всегда опубликованный текст оказывал такое же магическое воздействие на читателей.

Встреча обычно начиналась с того, что Кришнамурти, стараясь не привлекать к себе внимания, выходил на сцену, садился на стул, подкладывал под себя руки и внимательно вглядывался в собравшихся. Долгое молчание было наполнено особым смыслом: аудитория, подобно огромному музыкальному инструменту, настраивалась на особый лад. Затем безмолвие нарушалось: Кришнамурти начинал говорить. Речь его никогда не воспринималась как заранее подготовленное выступление профессионального оратора. Построенные на импровизации беседы Кришнамурти требовали от слушателя не запоминания, а со-участия. Высказав определённую мысль, он замолкал, иногда надолго, и внимательно вглядываясь в аудиторию, старался почувствовать её реакцию. Простое декларирование своих идей никогда не было целью его бесед — он стремился к тому, чтобы непосредственно во время общения слушатели осознали бы всю глубину и важность поставленных перед ними проблем, поэтому он часто обращался к слушателям с вопросом: "Мы вместе сейчас?" — и улыбался, терпеливо ожидая ответной реакции аудитории, с напряжённым вниманием следящей за ходом его мыслей.

Иногда выступления состояли только из ответов на присланные ему вопросы, которые он никогда не прочитывал заранее. Для него гораздо важнее и интереснее было обдумывать вопрос вместе с аудиторией; это была своего рода игра. Кришнамурти дважды зачитывал вопрос вслух, затем следовала обычная для него продолжительная пауза, после которой Кришнамурти начинал отвечать. Вопросы иногда могли быть самыми заурядными, но ответы такими ни были никогда. А такие высказывания Кришнамурти как: "Идеалы — жестокая вещь", "Несчастливой любви не бывает", "Я попробую измениться — самое отвратительное заявление на свете" — сначала озадачивали, а затем способствовали трансформации сознания слушателей.

На вопрос «Интересно, что вы действительно подразумеваете под "концом мысли"?…» Кришнамурти отвечал так: "Очень просто, мысль — отклик памяти, прошлого. Когда работает мысль — это работает прошлое, проявляющее себя как память, опыт, знание, возможность. Когда действует мысль — это действует прошлое, поэтому вообще нет никакой новой жизни; это прошлое живёт в настоящем, видоизменяя себя и настоящее. Поэтому ничего нового в такой жизни нет, и только при отсутствии прошлого происходит что-то новое… в действительности это вопрос самой жизни. Либо вы живёте в прошлом, либо вы живёте совершенно по-другому…"

Настаивая на революционном преобразовании сознания и психики, столь необходимом для выживания людей в этом сложном, агрессивном, полном хаоса и насилия мире, Кришнамурти говорил: "Нет смысла заявлять: «Я попробую измениться» или «Я буду другим завтра», поскольку ваше завтра определяется вашим сегодня". И Кришнамурти продолжал неустанно повторять: "Будущее — сейчас".

Вообще, выступления Кришнамурти оставляли у слушателей такое же впечатление, какое возникает после прослушивания музыкального произведения. Сначала задавалась тема произведения, затем она разрабатывалась и повторялась в другой тональности; фразы, высказанные энергично, темпераментно, сопровождались паузами, так необходимыми для более глубокого восприятия сказанного, а затем, в течение какого-то времени речь лилась плавно. Иногда Кришнамурти жестикулировал то одной, то другой рукой и улыбался так, что это сразу привносило светлую радость в атмосферу беседы. А красота и благородные манеры выступавшего усиливали ощущение встречи слушателей с прекрасным и вечным.

Один из друзей оставил для нас такое описание Кришнамурти: "Что вы видите при встрече с ним? Поистине, в высшей степени, благородство и силу, изысканную любезность и элегантность. Утончённое воспитание и повышенное эстетическое чувство, необычайную чувствительность и проникновение вглубь любой проблемы, стоящей перед ним… он входит в комнату — и это означает, что в комнате появился некто совершенно удивительный".

Если выступление проходило в закрытом помещении, Кришнамурти покидал зал так же тихо, незаметно, как и появлялся в самом начале встречи. Если же беседа проводилась на открытом воздухе, уйти незамеченным было не так-то просто; особенно восторженно вела себя индийская аудитория: люди падали ниц, пытались дотронуться до одежды Кришнамурти, протягивали руки в открытое окно отъезжавшей машины. Кришнамурти был очень скромен, и такие бурные проявления чувств его неизменно смущали.

Джидду Кришнамурти родился в Индии, недалеко от Мадраса, в 1895 году. Восьмой ребёнок в бедной брахманской семье, он был назван в честь бога Кришны, которому поклонялась его мать и который, согласно преданию, тоже был восьмым ребёнком в семье. Мать чувствовала необыкновенную духовную одарённость мальчика и пыталась уберечь сына от грубого вмешательства внешнего мира. К несчастью, она умерла рано, и все заботы о семье легли на плечи отца, теософа. Он обратился за поддержкой к своим единомышленникам и после неоднократных просьб получил место помощника секретаря в Адьяре, где располагался Центр Теософского общества.

Переезд семьи в Адьяр сыграл решающую роль в судьбе маленького Кришны: руководители Теософского общества уже давно искали мальчика для выполнения высокой миссии — стать проводником Мирового Учителя, пришествие которого предсказывалось ими в самое ближайшее время. Поиск подходящего кандидата был поручен Ледбитеру, известному теософу, обладавшему даром ясновидения; выбор пал на Кришну, необычного четырнадцатилетнего юношу, "с самой удивительной аурой из всех, какие только ему довелось увидеть, совершенно лишённой эгоизма".

Теперь воспитанием и образованием будущего мессии стала руководить сама Анни Безант — президент Международного Теософского общества, яркая, незаурядная личность. Для продолжения образования Кришну увезли в Англию.

Чтобы подготовить человечество к явлению Мирового Учителя, теософы учредили Орден Звезды — организацию, насчитывавшую со временем десятки тысяч членов по всему миру. Главой ордена и стал семнадцатилетний Кришна.

Однако, повзрослевший юноша, неустанно продолжая поиск Истины, приобрёл собственный духовный опыт и стал постепенно отходить от теософов. В 1929 году в своей заключительной речи, прощаясь с теософами, он сказал: "Веру невозможно организовать, она глубоко индивидуальна… вы можете продолжать создавать новые организации и ожидать прихода кого-нибудь ещё. Но ни новые клетки, ни новые декорации к ним меня не интересуют. Единственное, чем я действительно озабочен, — это как добиться освобождения человека полностью и безусловно". К большому огорчению большинства членов Ордена, Кришнамурти отказался от возложенной на него миссии и распустил организацию, вернув все деньги, все земли и замки, поступившие на его имя.

Кришнамурти недолго оставался в одиночестве: у него появились новые многочисленные последователи. С тех пор публичные выступления стали главным делом его жизни, которому он отдавал все свои силы; везде, где бы ни появлялся Кришнамурти, его встречали как признанного духовного учителя. Индиец по рождению, получивший европейское образование в Англии, он всегда совершенно свободно общался с любой аудиторией, и никогда не возникало никакого барьера между Кришнамурти и его собеседником. Кришнамурти встречался со студентами, выступал на семинарах психологов и конференциях учёных. Главы правительств и королевы, деловые люди и выдающиеся учёные, именитые писатели и артисты и, конечно, самые простые люди, не обладавшие ни званиями, ни привилегиями, искали возможность поговорить с Кришнамурти.

Регулярные циклы бесед ежегодно проводились в Саанене (Швейцария), в Охайе (Калифорния, США), в Броквуд Парке (Хемпшир, Англия) и, конечно же, в Индии. Перечисление же всех тех мест, больших и малых городов мира, где Кришнамурти когда-либо проводил беседу или давал частное интервью, заняло бы слишком много места.

Когда он был молод, им восхищался Леопольд Стоковский, Антуан Бурдель и Бернард Шоу, назвавший его «самым прекрасным человеческим существом, какое он когда-либо видел». Среди его друзей были Джавахарлал Неру, Пабло Козальс и Олдос Хаксли, убедивший Кришнамурти в необходимости записывать свои размышления. Так в 1956 году увидела свет его знаменитая книга-эссе "Первая и последняя свобода", — книга, с которой началась писательская деятельность Кришнамурти.

Позже его друзьями стали Индира Ганди, лауреат Нобелевской премии в области медицины Морис Уилкинсон, биолог Теренс Шелдрейк и другие выдающиеся личности. Общение с неординарными людьми действовало на Кришнамурти стимулирующее, так, например, его беседы с профессором физики Дэвидом Бомом легли в основу книги "Конец времени".

Далай Лама Тенцин Гуатсо после встречи с Кришнамурти выразил своё впечатление о нём в одной короткой фразе: «Великая душа, великий опыт».

После смерти Кришнамурти остались его дневники, записи бесед, книги. Остались ещё основанные им восемь школ, расположенные в самых живописных уголках мира и носящих его имя. Шесть из них находятся в Индии, одна в Англии и одна в Америке, в Калифорнии. Они работают и по сей день.

Кришнамурти всегда придавал огромное значение воспитанию подрастающего поколения, и даже перед самой смертью он диктовал рекомендации учителям, как лучше организовать учебный процесс. Образовательные центры, по его мнению, должны были заниматься воспитанием цельного человека, не озабоченного эгоистической деятельностью, и помочь как ученику так и учителю раскрыть свои способности.

До самого конца жизни Кришнамурти оставался учителем, его последним учеником оказался лечивший его врач.

Кришнамурти умер во сне на девяносто первом году жизни, в своём коттедже в Охайе.

Несмотря на то, что личная слава никогда не интересовала Кришнамурти, его популярность росла и продолжает расти из года в год.

Кришнамурти решительно возражал не только против создания какой-либо организации людей, считающих себя его последователями: "… организации обычно приглаживают саму вещь", но также против различных толкований и комментариев его учения. Воздержимся и мы от каких-либо комментариев. "Гору нельзя спустить в долину, на неё необходимо подняться".

Лейла Янгузарова