§ 2. Босс и Хайдеггер: вопрос двойного авторства

§ 2. Босс и Хайдеггер: вопрос двойного авторства

История и характер влияния идей Хайдеггера на Босса довольно примечательны, и поэтому перед изложением его собственных взглядов будет оправданно подробнее остановиться на этом вопросе. Предложенный Боссом Dasein-анализ, безусловно, является его новаторской разработкой: по-видимому, успешность Бинсвангера привела его к стремлению предложить нечто иное, также объединяющее философию и психиатрию. Но, учитывая его тесное общение с Хайдеггером – в особенности в годы активного проведения Цолликонских семинаров – можно говорить о более чем непосредственном и прямом влиянии.

Боссу не просто нравилась теория, предложенная Хайдеггером, он не просто видел в ней ключ к спасению психиатрии, но был очарован Хайдеггером-человеком, став одним из самых преданных его учеников. Их связывала не просто интеллектуальная переписка, как это было у Бинсвангера с Фрейдом, а многолетняя дружба. И это притом, что Хайдеггер не любил заводить знакомства и был очень требователен и привередлив к друзьям. Именно поэтому Босс воспринимает фундаментальную онтологию как абсолютную данность. После знакомства с Хайдеггером он ни в один период своей творческой деятельности не сомневается в истинности его теории и поэтому принимает ее в первозданном виде. Хотя в интервью Эриху Крейгу[997] он и говорит, что горизонты мысли его учителя были столь широки, что он не всегда имел возможность к ним подойти, в меру своих возможностей он приблизился к ним достаточно близко, максимально близко из всех, кого принято называть экзистенциальными аналитиками. Он совершенно не изменяет сути Dasein-аналитики и оставляет всю хайдеггеровскую терминологию: «открытость», «бытие-в-мире», «Dasein», «просвет» и др. Как проницательно подмечает А. М. Руткевич, «… Босс чуть ли не на каждой странице повторяет, как заклинания, эти хайдеггеровские положения…»[998].

Мы знаем, что основной работой Босса, над которой он трудился в течение более чем десятка лет и на страницах которой он попытался представить набросок целостной системы Dasein-анализа, является вышедшая в 1971 г. книга «Основания медицины». Примечательно, что в ней не только отчетливо проступает весомое влияние идей Хайдеггера, и заметно не только стремление их продолжить. В этой работе четко видна рука Хайдеггера, его весьма узнаваемый почерк. И это неудивительно, – известно, что Хайдеггер тщательно редактировал эту книгу. Такое двойное авторство ставит в тупик любого исследователя: совершенно непонятно, где проходит та граница, которая должна разделять голос Хайдеггера и Босса, и существует ли она вообще. Кроме того, закономерно возникает вопрос, кто тогда является автором концептуальной системы Dasein-анализа. Хорошо, что в отношении самой идеи все более или менее понятно.

Можно выделить несколько отчетливых маркеров, указывающих на такое двойное авторство:

1) Переписка Босса с Хайдеггером показывает нам сам процесс работы над книгой «Основания медицины», в ней мы можем встретить одобрение написанных глав или четкие указания по их доработке.

2) На самих Цолликонских семинарах, в беседах с Боссом и письмах к нему Хайдеггер часто обращается к клиническому случаю, который лежит в основе всей книги, демонстрируя достаточно глубокую осведомленность и иногда обсуждая его частные аспекты[999].

3) В репликах Хайдеггера и его выступлениях на Цолликонских семинарах, в беседах с Боссом, датированных раньше времени выхода указанной книги, содержатся не только случаи идейных пересечений, но и дословные совпадения.

4) В самой книге порой просматриваются не только идеи Хайдеггера, но и его теоретический и стилистический почерк. По удивительному совпадению Босс критикует именно тех мыслителей, фигуры которых вызывали отторжение у Хайдеггера (например, Мерло-Понти и Сартра), и с особой симпатией разбирает идеи тех, кто пользовался одобрением у учителя. Редко, но все же встречающиеся характерные для Хайдеггера разборы структуры слова как изначальный пункт рассуждений, так хорошо заметные на Цолликонских семинарах, а также присутствие в примерах знаменитой «хижины» уничтожают все сомнения.

Первое упоминание о книге (разумеется, в опубликованной переписке) появляется в письме Хайдеггера от 11 апреля 1963 г.[1000], и именно в нем он дает первые советы по ее замыслу.

Хайдеггер настоятельно руководил работой над «Основаниями медицины», что и нашло свое выражение в его письмах к Боссу. В предисловии к первому изданию этой книги Босс признает роль философа в ее написании. Он пишет: «…Эта работа фактически писалась под бдительным взглядом Хайдеггера. Нет ни одной части с „философскими“ идеями, которую бы отвергла его великодушная критика»[1001].

Об этом как нельзя лучше свидетельствуют фрагменты переписки (напомним, что сама книга вышла в 1972 г.):

29 декабря 1967 г.

Мне кажется, я не заблуждаюсь, когда предлагаю отложить публикацию «Книги оснований». Ведь она должна стать отражением всей практической и теоретической работы, которую Вы проделали в Вашей жизни[1002].

10 января 1968 г.

Большое спасибо за Ваше письмо. Оно прояснило для меня то, что мы больше не можем надолго откладывать Вашу публикацию.

Поэтому я построю мою работу так, чтобы в марте в Ленцерхайде у нас было достаточно времени, чтобы полностью обсудить самые важные вопросы.

19 марта 1968 г.

Я полагаю, что с Вашей книгой мы достигли той точки, когда она состоялась, и можно проводить кропотливую постепенную доработку.

Я просмотрю текст введения и первой главы о естественнонаучных основаниях, как только закончу с почтой[1003].

5 января 1969 г.

…Я вновь продумывал диспозицию [плана] книги. Ничего больше менять не нужно. Нужно только еще раз просмотреть структуру второй части третьей главы «Основания человеческого бытия». В ней должны быть решаюшие утверждения без притязаний на разработку «антропологии».

27 января 1969 г.

…Я счастлив и с радостью ожидаю мартовский семинар и разговор о «книге», в которой больше ничего не нужно менять.

7 июля 1969 г.

Я отложил мой приезд до 14 июля, чтобы мы с новыми силами могли окончательно подготовить рукопись [Основания медицины] к печати[1004].

Хайдеггер, как мы видим, достаточно долго редактировал книгу, и поэтому высказывал весьма жесткие и безапелляционные суждения:

Беседа с Боссом (8-16 марта 1968 г., Ленцерхайд)…Что касается заголовков, то я бы предложил «Некоторые основные черты неповрежденного (st?rungsfreien) человеческого Da-sein». Во вступлении к этой главе нужно бы отметить, что это лишь некоторые основные черты и что выбраны они именно исходя из тематики медицины.

Что касается главы по памяти, то необходимо отметить, что память – это не только сохранение. ‹…›

В главе по сознанию различия в отношениях между экстатическим Da-sein и сознанием и в отношениях между душой (Psyche) и сознанием необходимо подчеркнуть более четко[1005].

Босс всегда очень трепетно относился к своему учителю. Наглядно демонстрирует это отношение дружеское писмо, написанное по случаю восьмидесятилетия Хайдеггера. Как отмечает сам Босс, оно оказалось не только поздравительным и благодарственным письмом, но, в какой-то степени, и прощальным.

‹…›

Сначала, казалось, между нами не было никаких общих корней, которые могли бы соединить нас. Если судить со стороны, все было решительно против этого. Только тогда, когда я впервые увидел Вас лично в Вашей Шварвальдской хижине, я был потрясен до глубины души. Произошло это не столько из-за Вашего облика, хотя и он, возможно, так удивил меня. Я привык встречать таких людей среди виноделов Южной Франции, но отнюдь не среди немцев. Но это все же отходило на второй план по сравнению с Вашими глазами и Вашим могучим лбом. Сила мысли, излучаемая ими, неимоверно пылкая и одновременно рассудительная, казалось, преодолевала все границы человеческого интеллекта. В нее была невидимо и мягко вплетена поразительная отзывчивость и чувствительность сердца. Я встречал такой, в некотором смысле похожий, взгляд лишь дважды в жизни. В первый раз это произошло почти двадцатью годами ранее, когда на Бергштрассе в Вене я стоял перед Зигмундом Фрейдом. Спустя десять лет после первого визита к Вам это случилось со мной в отшельнической келье, наверное, самого великого мудреца современной Индии.

…Я сразу же посчитал своим долгом преодолеть ту полнейшую отгороженность от людей, в которой я застал Вас. И нашу первую совместную поездку за границу в 1950-х в Перуджию и Ассизи я расценивал как первый маленький успех. Я никогда прежде не видел Вас таким счастливым, как тогда, когда Вы проводили время на земле и среди людей Италии.

Долгое время я искал смысл и твердый фундамент для своей медицинской практики. Я долго не мог признать требований абсолютной истинности для науки и ее поисков, чрезвычайно авторитарно налагаемых естественнонаучным методом и в отношении больных людей. ‹…›

В этом положении, в которое попали многие мои коллеги и я сам, Вы протянули нам руку помощи. Благодаря Вашим неустанным трудам в течение многих лет я все больше и больше уверялся в фундаментальном значении Вашей мысли для медицины. В основных структурах человеческого существования, которые Вы разрабатывали, я увидел самое надежное основание искусства исцеления, которое до этого я лишь иногда осознавал в моих поисках в истории философии и медицины и во время своих путешествий на далекий Восток и далекий Запад. С тех пор Вы стали для меня и самым настоящим теоретиком медицины. Только на основании Вашей мысли можно постичь важнейшее значение достижений современной биологии, анатомии, физиологии, психологии и патологии.

Наша совместная идея Цолликонских семинаров была порождена Вашим желанием насколько это возможно помочь своей философской мыслью множеству страдающих людей и моей потребностью в твердой опоре для моей медицинской науки. Прошло уже более десяти лет с тех пор, как мы начали эти встречи. Вы никогда не боялись тяжкой необходимости гостить в моем доме один, два, три раза в семестр, чтобы вести лучших моих студентов и коллег к той фундаментальной мысли, которой они, получившие одностороннее, естественнонаучное образование, столь слабо владели. Огромное множество молодых швейцарских врачей и иностранные участники семинаров сегодня чрезвычайно благодарны Вам за то терпение, с которым Вы не уставали снова и снова бороться с жесткостью нашей односторонней позиции. Благодаря этим семинарам Вы связали себя многочисленными и нерасторжимыми узами с родным мне городом и моей страной. ‹…›»[1006].

В тексте «Оснований медицины» содержатся многочисленные дословные совпадения с теми идеями Хайдеггера, которые несколькими годами ранее он высказывал как собственные на Цолликонских семинарах. Так, например, полностью совпадают формулировки Босса и Хайдеггера в суждениях о сущности болезни в медицине, в трактовке времени в клиническом случае Ф. Фишера, в анализе модуса существования в галлюцинациях и др.

По всем перечисленным выше причинам, на наш взгляд, можно утверждать, что Хайдеггер стал для итоговой работы Босса тем редактором, рука которого отчетливо видна в тексте произведения. Безусловно, он сыграл центральную роль в разработке концептуальных оснований Dasein-анализа, и поэтому Dasein-анализ как целостную концептуальную систему с определенными методологическими принципами, мировоззренческими установками и разработанными этиологией, патогенезом и клиническим описанием можно с полным правом назвать совместным детищем Хайдеггера и Босса. Хайдеггер оказался для Босса не просто идейным вдохновителем, каковым он являлся для Бинсвангера и многих других мыслителей, и даже не наставником, намечающим пути работы, но учителем в полном смысле этого слова – учителем, отслеживающим и корректирующим в соответствии со своей собственной идеальной схемой каждый шаг ученика.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.