Ван Би Комментарии

Ван Би

Комментарии

1. Выраженное словами Дао и поименованное Имя соотносятся с делами и соответствуют форме вещей и потому непостоянны. Таким образом, о [постоянном] невозможно говорить и ему нельзя дать имя.

2. Всё бытийствующее произошло из небытия (отсутствия). Поэтому момент бесформенного и безымянного зовётся началом мириад вещей. А когда оно [бытийствующее] обретает форму и имя, то растёт, воспитывается, защищает и пестуется, являясь Матерью. Поэтому я говорю о Дао как о бесформенном и безымянном начале и завершении всех вещей. Начинать и завершаться, не зная почему, — вот сокровенное из сокровенного.

3. Утончённо-потаённое (мяо) бесконечно мало. Мириады вещей, рождаясь из мельчайшего, достигают своего завершения, начинаются из небытия (из ничто), а затем проявляются. Поэтому, пребывая в постоянстве небытия и желая достичь пустотного, можно узреть утончённое начало вещей.

4. Сокровенная глубина (высшая форма) возвращается к истоку. Вся выгода, что ни есть в бытии (наличии), должна достигаться в использовании небытия (отсутствия). Основа желании должна пребывать в Дао, дабы затем они принесли пользу. Поэтому, имеющий желание может узреть сокровенную глубину начала вещей.

5. Оба соотносятся с началом Матери. «Произрастают вместе» означает, что они вместе произрастают из сокровенного. Различаясь в именах, они не могут быть тождественными. То, что было прежде всего, зовётся Началом. То, что находится в конце, зовётся Матерью. Сокровенное темно, безмолвно и отсутствующе. Это то, откуда проистекают и Начало, и Матерь. Ему нельзя дать имя, а потому и невозможно говорить о нём. Говоря о сокровенном и называя его — «сокровенное», его нельзя достичь и назвать таким образом. Называя его таким образом, его нельзя определить лишь «сокровенным», и дав ему имя — просто утратим его. Поэтому и говорим «о сокровенном и ещё раз сокровенном». Из него исходит всё утончённо-потаённое, потому мы и зовём его «вратами ко множеству потаённого».

6. Красота увеличивает радость в людских сердцах, а уродство вселяет в них скорбь. Поэтому красота и уродство подобны радости и гневу, доброе и дурное похожи на истину и ложь. Радость и гнев тождественны в своём корне, истинное и ложное имеют единые врата. Поэтому их нельзя достичь по отдельности. Эти шестеро показывают, что в природном законе ничего нельзя постичь по отдельности.

7. [Мудрецу] вполне достаточно быть естественным (соблюдать естественность), а предаваясь деяниям, он лишь тубит себя.

8. Мудрость и знание порождают сами себя. [Если ради их достижения] предаваться деяниям, то это лишь приведёт ко лжи.

9. Через совершенство все вещи сами достигают своего завершения. Поэтому он не считает это успехом (заслугой).

10. Поскольку совершенство заключено само в себе, оно продлится долго.

11. «Мудрые» значит «способные». «Превозносить» значит «высоко оценивать». «Ценить» значит приписывать высокую цену. Если назначать на посты лишь способных людей, то зачем же превозносить их? Если использовать лишь полезное, то зачем же ценить его? Превозносить недостойного и прославлять его имя — значит оценивать его выше, чем пост, на который его назначили. Если товары оцениваются выше, чем их полезность, то это вызывает лишь алчность. Поэтому если то, чего желаешь, не видишь, то и сердце не придёт в смятение.

12. Сердце объемлет мудрость, желудок же — пищу. В пустотном [сердце] есть мудрость, а вот в наполненном [желудке] нет знания.

13. Кости без знания — всего лишь скелет. Воля, порождая дела, приводит сердце в смятение. Если сердце будет опустошено, то и воля будет ослаблена.

14. Сохраняет их истинность.

15. [Освящённые] мудростью — те, кто знает, как действовать.

16. Если поддерживать определённое количество [членов] в одной семье, это всё равно не сделает семью целостной. Если поддерживать определённое количество людей внутри одного государства, то это всё равно не сделает государство завершённым. Нельзя считать [нормальной] функцией истощение сил, поднятием больших тяжестей. И хотя человек может знать, как управлять мириадами вещей, но он не сможет это сделать, если не будет обладать двумя началами Дао (инь и ян)[1]. И хотя Земля может обладать формами душ-по, но если она не следует Небу, то и не сможет обрести полноту своего покоя. И хотя Небо обладает образами семян, не следуя Дао, оно не сможет сохранить этих семян. Когда оно опустошается и используется, то таким использованием ие истощить его. Когда оно созидается, то наполняется, а наполняясь, переполняется. Когда оно опустошается и используется, то вновь возвращается к неистощимому. В своём действии оно предельно безгранично. И хотя форма его велика, она не утомляет тело. И хотя дел его множество, они не превзойдут [положенного] числа. Если все вещи отбрасывают это и стремятся к своему господину, то где же упокоится их господин? Разве он ~ недостаточно глубок, чтобы быть предком всех вещей?! Лезвие притуплено, но не сломано. Узлы развязаны без всякого труда. Его блеск пригашен, но тело его не загрязнено. Оно уподоблено пылинке, но истинность его не отброшена. Разве этого не достаточно, чтобы оно сохранялось? Земля сохраняет свои формы, и нет той Благости, что не поддерживалась бы ею. Небо наслаждается своими образами, и нет той Благости, которая не нашла бы здесь убежище. Но даже Небо и Земля не могут сравниться с ним (Дао). Разве их существование может предшествовать Верховному Владыке? «Владыка» — это Небесный Владыка.

17. Небо и Земля вверяют себя естественности. В недеянии и вне созидания все вещи сами властвуют друг над другом. Потому они и не гуманны. Гуманность должна созидать, устанавливать, править и изменять вещи с милосердием н через деяния. Будучи созданными, установленными, подчинёнными и изменёнными, вещи утрачивают свою истинность. В милосердии и в деяниях вещи утрачивают свою полную сохранность. Если вещи утрачивают свою полную сохранность, то этого уже недостаточно, чтобы быть готовым к ударам. Земля рождает солому не для скота, но именно скот поедает солому. [Небо] не порождает собак для человека, но люди едят собак. Недеяние по отношению ко всем вещам означает позволение всем вещам достичь предназначенной им функции. И тогда они станут самодостаточны. Но если кто-нибудь будет в этом деле пользоваться мудрствованиями, то и ветви древа потянутся за этим.

18. Мудрец, единя свою Благость с Небом и Землёй, уподобляет людей соломенным собачкам.

19. Меха (то) — это набор больших мешков. Палка (юэ) подобна флейте. В мехах абсолютно пусто, они не обладают чувствами и находятся в недеянии. Поэтому они пустотны и в этом — безграничны. В движении они не истощаются. Между Небом и Землёй всё, пребывающее в пустоте, следует естественности. Поэтому оно никогда не истощается, и в этом подобно мехам.

20. Чем больше он делает, тем больше он утрачивает. Соотносясь с вещами, он взращивает в них зло. Соприкасаясь с делами, он говорит неправильные речи. Сберегая это внутри себя, подобно мехам, он никогда не окажется истощённым. Если он устранит себя и позволит вещам [следовать самим себе], то не будет ничего такого, что не подчинялось бы Принцину. Если бы меха пожелали сами издать звук, то этого было бы совсем недостаточно для тех, кто дует в них.

21. Дух в долине — это центр долины и отсутствие этой долины. Не имея ни формы, ни тени, ие ускользая и не удаляясь, он пребывает низко и недвижно, сохраняя покой, не угасает и таким образом порождает долину. Форму его не увидеть, поэтому он достигает вещей. Лежит низко и недвижно, поэтому ему нельзя дать имени. Вот почему зову его «корнем Неба и Земли». Он едва различим, лишь кажется присутствующим здесь, и в использовании он недвижим. «Врата» — это лоно сокровенной самки. Оно (Дао) имеет своей основой это лоно и обретает единое тело с предельным, поэтому и зовём его «корнем Неба и Земли». Если кто-то захочет сказать, что оно существует, ему не увидеть его формы. Если кто-то захочет сказать, что оно не существует, он даст рождение мириадам вещей. Поэтому оно «едва различимо, лишь кажется присутствующим здесь». Оно ничего не оставляет незавершённым, а использованием не утомить его. Поэтому «оно неисчерпаемо в использовании».

22. Порождать самих себя — это значит вступать в соперничество. Не порождать самих себя — это возвращаться к вещам.

23. Отсутствие себя — это ничего не делать для себя. [Мудрец] находится впереди [всех] и сохраняет себя, поэтому он и может достичь личных целей.

24. Люди ненавидят низкое место.

25. Дао — отсутствие (небытие), вода — наличие (бытие).

Поэтому она очень близка Дао [но не тождественна].

26. Это значит, что все люди должны откликаться на Дао управления [государством].

27. «Остановиться» означает не утратить Благость.

Не утратить Благость, но наполнить [сосуд] до краев — это ведёт к переполнению. Поэтому даже тот, кто не может вовремя остановиться, лучше того, кто не имеет ни Благости, ни заслуг.

28. Заточить [лезвие] до остроты, а острому довести до предела равносильно тому, чтобы разрушить его. Поэтому долго его не сохранить.

29. Лучше остановиться [в их накоплении].

30. Такие не смогут сохранять себя долго.

31. Четыре времени года сменяют друг друга, каждое выполняет свою роль[2], а потом уходит.

32. «Соединить» означает «пребывать в». Душа и плоть (инь по) — это то, что в человеке присутствует постоянно. «Единое» обозначает истинность в человеке. Это означает, что человек может постоянно находиться в своём доме, объемля Единое своим очищенным духом и не утрачивая этого. И тогда все вещи сами придут в гости к нему.

33. «Регулировать» — означает позволить этому циркулировать самостоятельно. «Стать» — означает достичь в этом предела. Всё это означает, что если позволить ци циркулировать естественным образом, можно достичь гармонии высшей податливости. Если уподобиться новорождённому, у которого ещё нет желаний, то все вещи обретут свою целостность и достигнут изначальной природы.

34. Сокровенное — это предел всякой вещи. Это значит, что оно может омыть зло и нарочитое приукрашательство для того, чтобы достичь предельного состояния зеркала, не позволяя вещам замутнять его ясность и оставлять на нём пятна, — разве это не чудесно? И тогда всё происходит в соответствии с тождественностью сокровенному.

35. Используй искусство для свершений и предсказания судьбы, дабы достичь сокрытой мудрости. Устрани пятна с сокровенного зеркала, дабы отвергнуть мудрость. Править государством без мудрствований — значит отвергнуть мудрость. Что можно сделать без мудрости? В этом случае народ не будет избегать [указов правителя], и можно будет управлять государством.

36. Небесными Вратами называются врата, откуда выходит вся Поднебесная. «Открывать» н «закрывать» означает обстановку [чередования] порядка и хаоса. Чередовать открытие н закрытие — это прокладывать дорогу в Поднебесной. Потому это н зовётся «открывать и закрывать Небесные Врата». Самка откликается, но не зазывает [к себе], следует, но сама не действует. Это значит, что, открывая и закрывая Небесные Врата, лучше всего быть самкой. И тогда все вещи сами придут к тебе и будут пребывать в безопасности.

37. Это значит, что постигший эти четыре начала, находится вне заблуждений, вне сомнений и может пребывать в недеянии. Тогда все вещи могут прийти к преображению. Это и значит, что Дао постоянно пребывает в недеянии. Если бы правитель и властительные князья смогли бы придерживаться этого, то все вещи преображались бы сами.

38. Не ставить препятствий истоку этого.

39. Не препятствовать [проявлению] изначальных природных свойств.

40. Если не ставить препятствий истоку этого, то вещи рождаются сами. Так чья же заслуга, в этом? Если не препятствовать [проявлению] их изначальной природы, то вещи, становятся самодостаточными. Так кто же сделал это? Этого достаточно для того, чтобы вещи взращивались сами без нашего вмешательства и управления.

Обладать Благостью без правителя — разве это не сокровенно? Это значит, что сокровенная Благость — это обладать Благостью, не зная о её господине. И в этом — мрак мистерии.

41. Ступица может объединить тридцать спиц потому, что она пуста. Благодаря этой пустоте она приемлет любую вещь. И потому она может объединить их.

42. «Дерево», «глина» и «стены» представляют собой три примера использования отсутствия. Говоря об «отсутствии», подразумевают, что из наличия можно извлекать выгоду лишь благодаря использованию того, что отсутствует.

43. «Ранить» означает «утрачивать». Рот человека утрачивает свою функцию, поэтому и говорим, что [пять вкусовых ощущений] ранят [рот]. Уши, глаза, рот и сердце следуют своим изначальным природным свойствам. Если же они не следуют своим изначальным природным свойствам и противоречат своему предназначению, то нарушают тем самым естественный закон, и [вследствие этого] они слепнут, глохнут, ранятся и безумствуют.

44. Редкие вещи ставят препятствия на правильном пути человека. Поэтому они влекут к совершению зла.

45. «Заботиться о желудке» — означает питаться материальной пищей; «о глазах» — означает поработить себя материальными вещами. Потому мудрец не заботится о глазах.

46. Слава всегда сопровождается позором. Удача всегда идёт рядом с несчастьем. Страх н позор — одинаковы. Удача н несчастье — тождественны. Когда, будучи внизу, смотришь на славу н позор, на удачу и несчастье как на страх, то никогда не станешь причиной хаоса в Поднебесной.

47. Величайшие несчастья — это удача н слава. Тот, кто слишком усердствует в жизни, неизбежно войдёт на территорию смерти. Потому это и зовётся величайшим несчастьем. Когда человек заблуждается в отношении почестей и славы, это начинает влиять и на его тело. Вот почему говорят, что величайшее несчастье подобно телу.

48. Из-за того, что он обладает телом.

49. Вернулся бы к естественности.

50. Ничто не может изменить его. Поэтому и говорится: «ценить». И [поэтому] он может встретить поддержку Поднебесной.

51. Небытие может ранить тело. И это значит «любить» её. Тому, кто не позволяет славе н позору изменить или повредить себе, может быть доверена Поднебесная.

Дословно: «его тело».

52. Они не имеют ни образа, ни звука, ни голоса, и поэтому нет места, куда бы они ни проникли, и места, которого бы они ни достигли. Они не известны ни моим ушам, ни глазам, ни телу, и я не знаю, как назвать их. Поэтому их невозможно разделить, ибо смешаны они и являют собой Единое.

53. Если бы мы захотели поведать о его (Дао) небытии (отсутствии), то сказали бы, что всё выходит оттуда и обретает своё воплощение. Если бы мы захотели поведать о его бытии (наличии), то сказали бы, что форму его невозможно увидеть. Поэтому и зовём его формой, не имеющей форм, и образом, не имеющим сущности.

54. Его невозможно определить.

55. Будучи бесформенным и без-образным, оно является яредком мириад вещей. Хотя современное н древнее не тождественны, хотя время движется и меняются нравы, но нет того, что не проистекало бы из него, дабы установился порядок. Поэтому необходимо придерживаться Дао древности, чтобы контролировать дела современности. Хотя высокая древность и отдалена, её Дао, попрежнему сохраняется. Вот почему, хотя мы и живём в сегодняшнем дне, мы можем познать начало древности.

56. Переходя реку зимой, человек осторожничает [и думает] — переходить или не переходить. Это — описание чувства, которое невозможно увидеть.

57. Когда соседи четырёх сторон света объединяются, чтобы напасть на господина, который находится в центре, из-за его сдержанности они не знают о его намерениях. Также и глядя на человека высшей Благости, мы не можем видеть его проявлений. Поэтому его благостные устремления не видны, ибо он также осмотрителен.

58. Здесь всё выражается через слова «подобно», «будто», ибо образ его не может быть нн оформлен, ни поименован.

59. Используй тёмное, дабы прояснить принцип вещей. Посредством покоя делай мутные вещи прозрачными. Посредством движения порождай к жизни безмятежное. Вот она — естественность Дао! «Кто способен» — говорит о сложности [этого дела]. «Постепенно» — говорит о его щепетильности и осторожности.

60. Избыток — это переполнение.

61. Сокрыться — это обрести убежище.

62. Это означает достигнуть предельной пустоты вещей н сохранить истинную прямоту спокойной вещи.

63. Все вещи двигаются, рождаются и взращиваются [вместе].

64. С пустотой и покоем я гляжу на их возвращение. Всё сущее начинается из пустоты. Всякое движение — из покоя. Поэтому хотя мириады вещей возникают вместе, они неизбежно возвращаются к пустоте и покою. Это и есть передел всякой вещи.

65. Каждая возвращается к своему началу.

66. Возвращаясь к своим корням, всё обретает умиротворение. Поэтому это и зовётся покоем. Покой означает возвращение к своей судьбе. Поэтому и зовём это «возвращением к судьбе». Возвращение к судьбе означает достижение постоянства жизненности. Поэтому и называем это «постоянством».

67. «Лучший» означает великого человека. Великий человек находится наверху. Поэтому он н лучший из всех. Великий человек, находясь наверху, пребывает в недеянии, наставляет вне слов. Все создания действуют сами по себе, а он не вмешивается. Поэтому низы лишь знают о том, что он существует н, сами следуют тому, кто наверху.

68. Будучи неспособными пребывать в недеянии и наставлять вне слов, они придерживаются добрых дел и позволяют им развиваться, поэтому низы их любят и почитают.

69. Будучи неспособными вернуться к милосердию и гуманности, они отдают приказы и полагаются лишь на своё могущество и власть.

70. Будучи неспособными исправлять и помогать народу через законы, они управляют государством через мудрствование. Низы ‘знают, как избежать этого и не следовать их указам, поэтому и говорится, что они презирают их.

71. Если он контролирует своё тело, но разрушает свои изначальные природные

свойства, то рождаются болезни. Если, стремясь помочь людям, он разрушает их истинность, то возникают беды и несчастья. Если его искренности недостаточно, то и ему ответят неискренностью. Это — Путь естественности. И если он не сможет сам пребывать в этом, то никакая мудрость не поможет ему.

72. Знамения природы невозможно увидеть. Их смысл невозможно постичь. Ничто не может изменить их слов.

Слова должны иметь отзвук. Поэтому и говорится: «Сомневающиеся, они ценят свои слова». Свершая дела в недеянии и наставляя вне слов, они через формы устанавливают [порядок] вещей. Они достигают своих целей и свершают дела, но люди не знают, как это произошло.

73. Утрачивается недеяние, а мудрствование используется как лучший путь для стимулирования вещей.

74. Следуй искусству и используй знания для того, чтобы выявить разврат и фальшь.

75. Самое красивое имя рождается из великого зла. Это значит, что красота и зло выходят из единых врат. Шесть категорий родственников — это отец и сын, старший и младший братья, муж и жена. Если среди шести родственников сама воцаряется гармония, а государство само регулируется, то нет необходимости в сыновней почтительности, отеческой заботе и преданных чиновниках. Рыбы не узнают друг друга на путях в реках и озерах, но смачивают друг друга, животворя Благостью[3].

76. Мудрость и знания — это прекрасные таланты. Гуманность н справедливость — прекрасные людские качества. Хитроумие и выгода — прекрасны в использовании. Говоря воистину о том, что они должны быть устранены, имеем в виду, что их явно недостаточно н они не могут выразить того, на что указывают. Поэтому н говорят, что эти трое — приукрашены и недостаточны. Поэтому надо сделать так, чтобы люди придерживались неприукрашенности, простоты и уменьшали свои желания.

77. Следующая глава[4] указывает, что тот, кто следует учению, день ото дня обретает, а тот, кто следует Дао, день ото дня теряет. Поэтому в учении обретают способности и увеличивают знания. Если человек не имеет желаний и удовлетворён, то зачем же ему стремиться к большему? Если человек, не обладая знаниями, попадает в цель, то зачем же ему стремиться к улучшению? Воробьи и ласточки подходят друг другу, а горлицы и дикие голуби не любят друг друга. Люди в деревнях должны знать о войлоке н мехах. Достаточно лишь быть естественным. Стремление к большему приведёт лишь к сожалениям. Поэтому удлинять ноги у утки ничем не лучше, чем укорачивать шею у аиста. Страж перед доброй славой ничем не отличается от страха перед наказанием. Есть ли разница между «прекрасным» и «безобразным»? Поэтому того, чего боятся люди, я также боюсь, но я не могу придерживаться этого в использовании.

78. Это — вздох над своей отдалённостью от обыденности.

79. Люди введены в заблуждение красотой и продвижением [по службе], смущены [желанием] славы и выгоды. Желания возрастают, а сердца приходят в возбуждение. Поэтому они радостны, будто захвачены праздником императорского угощения или прогулкой по весенним террасам.

80. Это значит, что, будучи всеохватен (свободен), я не имею формы, которой можно было бы дать имя, и не подаю знаков, которые можно было бы заметить, подобно ребёнку, который ещё не научился улыбаться.

81. Будто я не имею своего дома.

82. Среди людей нет таких, кто не наполнял бы свою грудь н сердце волей [к деяниям] до переполнения. Поэтому н говорится, что они всё имеют с избытком. Лишь я один свободен, пребывая в недеянии и вне желании, уподобляясь отказавшемуся ото всего.

83. Как у абсолютного невежды, моё сердце не знает различии, в моей воле не прояв

ляется никаких желаний, и мои чувства не видны. Я подобен глупцу.

84. Безразличное, оно не может быть просветлено.

85. Слепяще их сияние.

86. «Различать» (также «очищать») — значит анализировать различия.

87. Мои чувства не видны.

88. Не [сдержат] ни канаты, ни якоря.

89. «Использование» означает функцию. Они все желают действовать или использовать себя.

90. Нет ничего такого, что я желал бы сделать. Безразличный и невежественный, кажется, я ничего не знаю. Поэтому я один глуп н ограничен.

91. Вскармливаться от матери — это корень жизни. Люди забывают о корне человеческой жизни и ценят лишь ветви да пустое приукрашательство. Поэтому лишь я один отличаюсь от других.

92. «Великая» означает «пустотная». Лишь рассматривая пустоту в качестве Благости, можно действовать в соответствии с Дао.

93. «Неразличимо-туманное» — это восклицание над бесформенностью и непривязанностью Дао.

94. Вещи берут своё начало из бесформенного, а в непривязанном обретают своё завершение. Таким образом, вещи берут свое начало и обретают завершение, не зная, от

куда происходит всё это. Поэтому и говорят: «неразличимо-туманное, туманно-неразличнмое, но в нём заключены образы».

95. «Отдалённое н тёмное» — восклицание над тем, что глубоко и далеко. Глубокое н отдаленное, его нельзя увидеть, но через него можно узреть мириады вещей и обрести истину. Поэтому н говорим: «Отделенное и тёмное! Но в нем заключены образы».

96. Искренность — это [прежде всего] свидетельство искренности. Вещи возвращаются к тёмному и так достигают предела истинного семени, что определено самой изначальной природой вещей. Поэтому и говорим: «Семя это истинно, ибо оно освящено искренностью».

97. Пределу истины невозможно дать имя. Его имя — «безымянное». С древности до сегодняшнего дня ничто не вершится без него. Поэтому с древности н до наших дней имя его не высказано.

98. «Отец мириад вещей» означает их начало. Его безымянность и означает начало всех вещей.

99. Как сказано выше, откуда я знаю, что начало всех вещей заключено в небытии (отсутствии)? Я знаю это из него же самого!

100. Не слишком обращая внимание на свою просветленность, сохраняем целостность.

101. Не считают себя правыми, и поэтому их правота становится очевидной.

102. Не кичливы и поэтому достигают успеха.

103. Hе хвастали и поэтому могли прожить долго.

104. Дао естественности подобно дереву. Если оно слишком разрастается, то удаляется от своих корней. Если разрастается мало, то придерживается своей основы. Когда слишком увеличиваемся — удаляемся от истины. Поэтому и говорим: «становимся жертвой заблуждениям. Уменьшать — значит возвращаться к своей основе. Поэтому и называем это «обретением» (достижением).

105. Единое — это предел наименьшего. Образчик — то, чему подражают.

106. Слушаю и не слышу его. Зову его редким. Далее говорится, что Дао беззвучно и не имеет запаха. Чтобы увидеть его, недостаточно смотреть на него. Чтобы услышать его, недостаточно слушать его. Вот эти слова без запаха и без звука и есть слова, достигшие естественности.

107. Это значит, что стремительный порыв и прекрасные начинания не CMOiyr продлиться долго.

108. «Действующий через» — значит поступающий в соответствии с Дао и действующий через Дао. Дао, будучи бесформенным и пребывая в недеянии, завершает и помогает всем вещам. Поэтому тот, кто действует через Дао, может действовать в недеянии и наставлять вне слов. Оно вечно н бесконечно, все вещи в нём обретают истинность н единое тело с Дао. И таким обра&ом они становятся тождественными с Дао.

109. Обретать — значит иметь немногое, иметь немногое — значит обретать. И лишь поэтому это зовётся «достигать». Тот, кто следует обретению [Благости], достигает единого тела с обретением. Поэтому он тождественен с обретением.

110. Утрачивает тот, кто сосредоточил слишком многое. Сосредоточить слишком многое — значит утратить. Поэтому это и зовётся утратой. Действующий в утрате имеет тело, тождественное с утратой. Поэтому он тот, «кто утрачивает».

111. Это значит, что куда бы он ни шёл, он получает соответствующий отклик.

112. Если в ком-то искренности н преданности недостаточно, то он сам столкнётся с неискренностью.

113. Если что-то устремляется вперёд, то оно утрачивает свою безопасность. Поэтому стоящему на цыпочках долго не простоять.

114. Рассуждая с точки зрения Дао, они подобны тем, кто вернулся к дурным привычкам, или тем, кто переедает на угощениях. И хотя изначально они были добры, но всё же стали развращены. Хотя изначально имели успех, но из-за своей алчности стали непристойными.

115. Хаос не постичь знанием, но все вещи возникают из него. Поэтому и говорится: «из Хаоса возникшее». Я не знаю, чьим сыном оно является, потому и [говорю]: «рождённое прежде Неба и Земли».

116. «Беззвучно-пустотное» указывает на бесформенность его тела. Это нечто равно отсутствию вещей, поэтому и называем его «одиноким». Возвращается и изменяется, начинается и завершается, не утрачивая своего постоянства. Вот почему называем его «неизменчивым».

117. Двигается по кругу везде, не останавливаясь и не пропадая, и в своём начале может породить целостную Великую Форму. Поэтому оно может быть Матерью Поднебесной.

118. Имя определяет форму, а оно, из Хаоса возникшее и бесформенное, не может быть определено. Поэтому и говорится: «не знаю его имени».

119. Имя определяет форму, а иероглиф называет то, что можно произнести. Дао же соотносится с невещественным и безначальным. В Хаосе возникшее, оно может быть названо самым великим.

120. Причина того, что я называю его иероглифом «Дао», заключается в желании показать, что среди всех вещей, [название] которых можно произнести, оно является Велнчаишин. Но из-за того, что определяю его иероглифом, я тем самым связываю его с Великим. Всё, что связано с Великим, должно разделиться. Разделяясь, оно утрачивает свой Предел. Поэтому лишь через силу назову его Великим.

121. «Быстротечное» означает «уходящее», не сохраняющее в единстве тело Великого, которое двигается по кругу, и нет того места, которого оно бы ни достигало. Поэтому и называю его «скоротечным».

122. «Отдалённое» означает «предел». Поэтому и называю его «отдалённым». Двигается по кругу бесконечно, не имеет предела и не отклоняется ни в одну из сторон быстротечного. Оно не следует тому, чего достигает, его сущность одинока, поэтому и называем его «обращающимся вспять».

123. В природе Неба и Земли человек является самым ценимым, а правитель является властителем человека. Хотя он и не осознает Великое, он возвращается к Великому. И из трёх других правитель также является Величайшим.

124. Четыре Великих — это Дао, Небо, Земля и правитель. Все вещи, которые имеют имена и названия, не являются предельной [реальностью]. То, что называется Дао, самопорождающе. И именно потому, что оно самопорождающе, оно может именоваться «Дао». Поэтому, Дао, которое имеет название, не столь велико, как Дао, которое не имеет названия. Того, что не имеет названия, нельзя достичь и дать ему имя. Зовут его Вселенной. Дао, Небо, Земля и правитель находятся внутри этого безымянного. Поэтому и говорят, что во Вселенной существуют эти четыре великих.

125. Он велик, ибо является властителем человека.

126. «Следовать» значит соответствовать правилам. Человек не вредит Земле и поэтому, следуя Земле, обретает абсолютную безопасность. Земля не вредит Небу и поэтому, следуя Небу, обретает свою абсолютную роль. Небо не вредит Дао и поэтому, следуя Дао, обретает возможность покровительствовать всему. Дао не вредит естественности и поэтому, следуя естественности, обретает свою изначальную природу. В квадрате следует квадрату, в круге следует кругу и никогда не идет против естественности. Естественность — это речение, не имеющее названия, слово о предельной реальности. Пользование мудростью не сравнится с от сутствием знания. Форма духов не столь хороша, как образ, содержащий семя. Образ, содержащий семя, не столь хорош, как бесформенное. Наличие ритуала не столь хорошо, как его отсутствие. Поэтому они взаимным образом следуют друг другу. Дао следует естественности, и поэтому Небо обретает опору. Небо следует Дао, и поэтому Земля обретает свои функции. Земля следует Небу, и поэтому человек имеет свой образ (облик). Поэтому правитель, единя их, является их властителем.

127. Ни одна лёгкая вещь не сможет нести тяжёлого. Малое не способно придавить (обуздать) большое. Тот, кто сам не передвигается, заставляет передвигаться других. То, что не движется, контролирует движение других. Вот почему тяжёлое должно быть корнем лёгкого, а покой — правитель движения.

128. Тяжёлое — это основа, поэтому он не отходит [от гружёной повозки].

129. Он не задействует сердце (душу).

130. Лёгкое не может подавить тяжёлое. Утратить основу — значит погибнуть. Утратить правителя — значит утратить место правителя.

131. Двигается (путешествует), следуя естественности. Не создаёт и не начинает. Поэтому достигает всего, не оставляя колеи. «Лёгкое потеряет своих министров» [21].

132. Следует природе вещей, не разделяя и не анализируя [их]. Без промаха (изъяна) может достичь врат.

133. Следует счёту вещей, не пользуясь формами.

134. Следует естественности вещей, не создавая, не проявляясь. Поэтому он не пользуется ни засовами, ни верёвками, а открыть или развязать это невозможно. Эти пять [истин] говорят о том, что нельзя ни создавать, ни проявлять, но надо лишь следовать природе вещей и не контролировать вещи формой.

135. Мудрец не устанавливает формы и имена через сличение вещей. Он не создаёт и не стимулирует их, дабы совершенно забыть об их несхожести [друг с другом]. Он помогает вещам развиваться естественным путём, но не кладёт этому начала. Поэтому и говорится: «не оставляет ни одного из них». Не превозносит талантливых и умелых, поэтому народ не соперничает. Не ценит те вещи, что трудно достижимы, поэтому народ не ворует. Не смотрит на то, что разжигает желания, и поэтому в людских сердцах не поселяется смута. Всегда бережёт людские сердца от желаний и стремлений, вот почему он не оставляет ни одного из них.

136. Стимулирует, чтобы добрый учил злого. Поэтому он и является учителем.

137. «Материал» обозначает «потребность». Добрый человек использует добро,

чтобы выровнять алого, пользуется добром, чтобы исправить зло. Поэтому злой человек необходим добрым людям.

138. Хотя человек может обладать мудростью и сам использует свою мудрость, но, не следуя вещам, он обязательно утратит Дао. Поэтому и говорится:. «даже умудрённые впадают в величайшие заблуждения».

139. Мужское принадлежит тому, что впереди. Женское принадлежит тому, что позади. Тот, кто знает, как вести Поднебесную вперёд, должен оставаться позади. Поэтому мудрец находится позади[5] и таким образом сам оказывается впереди. Лощина не призывает к себе ничего, но всё само возвращается в лощину. Новорождённый никогда не пользуется мудростью, но единится с мудростью естественности.

140. «Образчик» означает «образец».

141. «Не иметь недостатка» значит не иметь ущерба в этом.

142. [Благость] будет бесконечной.

143. В этих трёх: постоянстве, обращении вспять н положении позади — и заключается полнота Благости. Как сказано в последующем параграфе[6]: «Обращение вспять — это движение Дао». И невозможно достичь завершения (успеха). И Матерь этого пребывает в постоянстве.

144. Простота (кусок необработанного дерева) — это истинность. Когда истинность рассеивается, то возникают сотни дорог и рождается великое множество категорий, подобно инструментам (сосудам). Следуя этому рассеиванию, мудрец назначает чиновников, используя добрых людей в качестве учителей, а злых людей — в качестве материала [для добрых людей], изменяет устои и обращается к [древним] обычаям, дабы вернуться к Единому.

145. Великие уложения являются сердцем для сердца Поднебесной. Поэтому великие уложения и не приносят вреда.

146. Священное не имеет ни форм, ни углов. А сосуд — это созданный (составленный) предмет. То, что создано вне формы, н зовётся священным сосудом.

147. Изначальная природа мириад вещей заключена в естественности. Поэтому ей можно следовать, но нельзя действовать; можно проникнуться, но нельзя схватить (обрести).

Вещи обладают постоянством изначальной природы, значит, предавшись деяниям, обязательно потерпишь неудачу. Вещи приходят и уходят, поэтому, стремясь обрестн, обязательно утратишь.

148. Эти слова «одни…, другие. говорят о том, что все вещи и события следуют либо вместе, либо в разных направлениях, следуют вспять, либо возвращаются, и их

нельзя использовать для деяний, обрести их или причинить им вред.

Мудрец достигает естественности и плывёт сквозь страсти мириад существ. Поэтому он идёт следом, но [сам] не действует, следует, но не свершает (не проявляет себя), устраняет то, что вводит его в соблазн (сомнения), и то, что вызывает желания. Поэтому в его сердце нет хаоса, а изначальная природа вещей достигается сама.

149. Тот, кто помогает правителю посредством Дао, не может использовать военную силу для понуждения Поднебесной. Как же сам правитель, который воплощает Дао, может пользоваться ею?

150. Полагающий начало чему-либо, желает достичь успехов и порождает дела. Тот же, кто обрёл Дао, желает возвратиться к недеянию. Поэтому его делам предназначено доброе воздаяние[7].

151. Это значит, что полководцы зачастую несут зло и вред. Они не могут оказать никакой помощи, ио несут лишь несчастья: разорение людям и оскудение земле.

Поэтому растут лишь терновники да колючки.

152. «Цель» означает «плоды». Это значит, что умелый в использовании войск лишь помогает устранить беды, но не будет стремиться путём военной силы покорить Поднебесную.

153. Это значит, что хотя полководец достигает цели, помогает устранить беды, но делает он это лишь потому, что у него нет другого выбора. И если он вновь прибегает к [военной силе] для устранения смуты, он не пользуется результатами этого, чтобы творить насилие.

154. «Исполнение силон» означает стремительное развитие военной силы, как, например, использование армии для покорения Поднебесной. «Резкий ветер не может длиться всё утро, а проливной дождь не может хлестать весь день». Поэтому стремительное развитие противоречит Дао и привёдет к гибели раньше времени.

155. Дао, будучи бесформенным, не может быть охвачено, а будучи постоянным, оно не может быть поименовано. Небытие же именуем постоянством, поэтому Дао постоянно в безымянстве. Простота — это нечто с небытием (отсутствием) в своём сердце. И ей также нет имени. Поэтому, если хочешь достичь Дао, нет ничего лучшего, чем сохранять простоту. Тот, кто мудр, может заставить повиноваться себе (стать чиновником). Бесстрашный может стать воином. Искусному можно поручить [сложную] работу, а сильный может поднимать большие тяжести. Простота же неясна, недвижима и близка к небытию, поэтому ничто не может покорить её. Охватывай простоту в недеянии, не позволяй вещам истощать истинность в тебе и не позволяй желаниям вредить твоему духу. И тогда мириады вещей сами будут повиноваться, а Дао достигается само собой.

156. Это значит, что Небо и Земля взаимосочетаются, и тогда «сладкие росы» выпадают сами безо всяких призывов. Я же сохраняю истинность своей природы и нахожусь в недеянии. И тогда народ безо всяких указов умиротворяется.

157. Началом правления зовётся тот момент, когда начинает рассеиваться простота н назначают старших над служивым людом. Начиная правление с назначения старших над служивыми, нельзя не установить имена для того, чтобы разделить их по рангам знатности. Поэтому, когда начинается правление, то возникают и имена. С этого момента народ вынужден бороться даже за кончик шила. Поэтому и говорят, что коль скоро возникают имена, то муж должен знать, что настало время остановиться. Если имена начинают праиить вещами, то это уже — матерь бесправия. Поэтому знающий, где надо остановиться, избежит гибели.

158. Долинные ручьи стремятся к рекам и морям. Но реки и моря не зовут их к себе. Не призывают и не требуют, но те сами возвращаются к ним. Тот, кто действует через Дао в Поднебесной, не станет приказывать, но всё умиротворится само; он не станет требовать, но всё достнгнется само собой. Поэтому и говорится, что Дао в Поднебесной подобно рекам и морям, куда впадают долинные ручьи.

159. Тот, кто познал людей, — лишь просто обрёл мудрость. Он не сравнится с тем, кто познал себя, превзойдя высшее в мудрости.

160. Побеждающий людей, лишь просто обладает силой. Он не сравним с тем, кто победил сам себя, и не найдётся того, что сумело бы одолеть его силу. Использующий свою мудрость для других, не сравнится с тем, кто использует свою мудрость лишь для себя. Использующий свою силу для других не сравнится с тем, кто использует свою силу лишь для себя. Тот, кто применяет свою просветлённость лишь для себя, добивается того, что ничто не ускользнёт от него. Тот, кто применяет свою силу лишь для себя, добивается того, что ничто не сумеет изменить его.

161. Тот, кто познал меру, никогда не утратит себя. Вот поэтому он богат.

162. Тот, кто действует усердно, ставит волю прежде всего. Поэтому упорный — целеустремлён (обладает волей).

163. Тот, кто знает, как оценить свои силы ещё до того, как начал действовать, не утратит своего положения н будет долговечен.

164. Хотя человек и умирает, но если его жизненный Путь (Дао) не угас, он может достичь абсолютного долголетия. Хотя и нет у него уже тела, но Дао по-прежнему сохраняется. Тем более если тело его сохранилось, то и Дао не сгинет.

165. Это значит, что Дао растекается повсеместно и нет такого места, до которого бы оно не доходило.

Оно может распространяться влево и вправо, вверх и вниз, идти по кругу и закручиваться по спирали, — именно таким образом оно используется. Поэтому нет того места, которого бы оно не достигало.

166. Все вещи рождаются из Дао. Рождаясь таким образом, они не знают своего истока. Поэтому, когда Поднебесная неизменно остаётся свободной от желаний, то мириады вещей занимают предназначенные им места, словно Дао и не воздействует на них. Поэтому и называем его Малым.

167. Мириады вещей возвращаются к нему, чтобы обрести жизнь и силу, и всё же не знают своего истока. В силу этого его нельзя назвать Малым, и посему вновь вернёмся к имени «Великое»[8].

168. Стать Великим из ничтожного. Преодолевать трудное из лёгкого.

169. Великий образ — это Матерь Небесного образа. Он ни тёплый, ни горячий, ни холодный, поэтому он может охватывать все вещи, не причиняя им ни малейшего вреда.

Если правитель придерживается этого, то за ним последует вся Поднебесная.

170. Он не имеет ни формы, ни сторон, ни блеска, поэтому все вещи могут следовать за ним без вреда и несчастий.

171. Это значит, что Дао глубочайше и велико. Когда люди слышат речи о Дао, то [эти слова] не сравнятся с ощущением радости от музыки и изысканной пищи, что поселяется в людских сердцах. Музыка и изысказанная нища могут заставить остановиться уходящего путника, а слова о Дао, что исходят из уст, бесвкусны и не имеют запаха. Смотри на него — и не увидишь, поэтому для радости очей оно недостаточно. Слушай его — и не услышишь, а потому и для услады слуха оно не подходит. Пускай кажется оно никчёмным, но в использовании оно неистощимо.

172. Если желаешь устранить насильников и искоренить смутьянов, следуй этим четырем [правилам]. Следуя изначальной природе вещей, дай им самим разрушить себя. Не используй наказаний для того, что уже само готово уничтожиться. Поэтому это и зовётся утончённо-искусным просветлением. Когда что-то растянуто уже в достаточной мере, а ты хочешь растянуть его ещё больше, — сам окажешься сжат народом. Если что-то растянуто ещё недостаточно, — тот, кто растянет его чуть больше, достигнет выгоды, а кому не удастся сделать это, погибнет.

173. Инструменты управления — это инструменты управления государством[9]. Если следовать изначальной природе вещей, не применяя наказаний для регулирования и не обнажая инструментов, а все вещи сами займут положенные им места, то это и явится инструментом для пользы государства. «Показывать инструменты управления народу» означает использовать наказания. Применять наказания ради пользы государства означает погубить его. Если рыба покинет глубину, то обязательно обнаружит себя и погибнет. Если показывать народу государственные рычаги, используя наказания, это также обязательно приведёт к гибели.

174. Следует естественности.

175. Нет того, что бы не управлялось этим и не проистекало из него.

176. «После того, как они обретут преображение, родятся желания». «Родятся» — значит сформируются. И тогда подавлю их своей безымянной простотой, [даже] не будучи их хозяином.

177. Не имеет желания соперничать.

178. Благость означает обретение[10]. Постоянно обретать н не проигрывать, получать пользу и не иметь вреда — это и зовётся Благостью. Как обретается Благость? Из Дао. Чем полнится Благость? Использованием недеяния. Если использовать недеяние, то ничто не вступает в действие. Поэтому, когда находятся в небытии, то нет такой вещи, которая осталась бы нерегулируемой. Если же они пребывают в бытии, то этого будет недостаточно, чтобы избежать жизни. Поэтому, хотя Небо и Земля всеохватны, в их сердце пребывает небытие. Мудрецы и правители, хотя и велики, смотрят на пустоту как на своего правителя. Поэтому и говорится: «Если взирать на возвращение, то можно узреть сердце Неба и Земли. Если размышлять над солнцем (зимним солнцестоянием), то можно узреть первоправителей [древности]».

Если он сумеет умалить свое «я» и не будет обладать телом (жизнью), то все [народы вокруг] четырёх морей не смогут не поддержать его, а всё далёкое и близкое придёт к нему. Но если он превозносит себя и обретает своё сердце, то не сможет сохранить свое единое тело (жизнь) в целостности, а его мышцы и плоть не смогут вытерпеть друг Друга.

Поэтому человек высшей Благости использует лишь Дао. Хотя он обладает Благостью, но не проявляет её, не овладевает и не использует, поэтому он и обретает Благость и ничего не оставляет несделанным. Он достигает, не стремясь к этому, не действует, но совершает. Поэтому, хотя он и обладает Благостью, он не называет это Благостью.

Человек низкой Благости достигает, стремясь к этому, свершает, действуя; и так, правя вещами, утверждает добро. Поэтому его Благость получает имя. Тот, кто достигает, стремясь к этому, не сумеет избежать потери. Тот, кто свершает, действуя, не сможет избежать провала. Когда рождается имя «добро», тотчас ему откликается «недоброе». Поэтому человек низкой Благости действует и к тому же имеет намерение действовать. Тот, кто не имеет намерения действовать, распространяет своё недеяние повсюду. Человек, который не может действовать через недеяние, обладает низкой Благостью, а это значит — гуманностью, справедливостью, ритуалом. Если прояснить различия между высшей и низшей Благостью и сопоставить низшую Благость с высшей Благостью, то [последняя] достигнет небытия в качестве своего предела. Если измерить то, что стоит ниже низшей Благости, — это будет высшая гуманность.

Возможно, достаточно достичь состояния, в котором нет посыла к деянию и всё же сохраняется необходимость действовать. Если же действовать, не имея желания действовать, в этом и будет заключаться опасность деяния. Корень этого находится в недеянии, матерь этого заключена в отсутствии имени. Если устранить корень, позабыть мать и следовать лишь сыну, то, хотя достижения и будут велики, это уже не поможет. Хотя имя может быть прекрасно, всё равно неизбежно родится фальшь. Если человек не может свершать, находясь в недеянии, править, не занимаясь этим, то это и есть деяние. Поэтому он должен относиться ко всем с гуманностью и любовью.