ГЛАВА 6 СДВИГ ТОЧКИ СБОРКИ: НЕФАРМАКОЛОГИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ

ГЛАВА 6

СДВИГ ТОЧКИ СБОРКИ:

НЕФАРМАКОЛОГИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ

Начинающим любителям мистической литературы, впервые столкнувшимся с понятиями "сдвиг точки сборки" или "измененный режим восприятия" может показаться, что речь идет о чем-то невероятно сложном, не для всех доступном, вроде экстрасенсорных способностей, медиумических трансов или вызывания стигматов. Конечно, это не так. Если внимательно и точно следовать хотя бы тем инструкциям, что изложены в этом разделе, добиться сдвига точки сборки проще, чем, скажем, обрести дзэновское сатори или даже просто выйти на высшую, нирваноподобную ступень аутогенной тренировки Шульца. При серьезном отношении к дисциплине практикующий обычно испытывает первый, сознательно индуцированный сдвиг точки сборки в течение нескольких месяцев.

В первую очередь необходимо получить ясное и исчерпывающее представление о том, что именно фиксирует точку сборки в ее привычном положении и мешает нам воспринимать другие диапазоны энергетической Реальности.

Человеческую перцепцию фиксирует множество факторов. Анализируя ситуацию с точки зрения психологии восприятия, ученый выделил бы, например, такие:

1) Совокупность проприоцептивных ощущений, то есть пакет переживаний, связанных с чувством тела, его внутреннего состояния, положения в пространстве и т. п. Поскольку строение нашего организма обусловлено условиями выживания в данной среде, сигналы, поступающие от тела, бессознательно воспринимаются нами как крайне важные и непрерывно учитываются, привязывая все воспринимаемое к этой универсальной точке отсчета — нашему биологическому существу.

2) Гештальты восприятия типа "объект-фон". Это универсальный перцептивный шаблон, свойственный восприятию большей части живых существ. Его абсолютная необходимость для функционирования в среде и выживания даже не нуждается в доказательствах. Выделение из массы энергетических полей изолированных объектов является непременным условием существования организма, нуждающегося в регулярной подпитке из внешнего поля и активно передвигающегося с этой целью. Поиск пищи, бегство от опасности, обеспечение безопасного укрытия, сам способ размножения живых существ — все это требует ясного различения объекта и фона в процессе восприятия. Конечно, человеческий тональ на этой почве развил особое мастерство, выучившись "наклеивать ярлыки" на выделенные объекты. Таким образом возник особый синтез биологически обусловленного восприятия с совокупностью отвлеченных идей, понятий, символов. Все это очень усложнило перцептивную картину мира у человека.

3) Пространство и время как интерпретация тоналем доступности или недоступности внешних полей в связи с целями выживания организма. Эта модель восприятия, как и упомянутые выше, импринтирована в сознание индивида на самой ранней стадии его развития. Редкие случаи психических или физиологических аномалий, вызывающих искажение восприятия пространства-времени, обусловливают полную нежизнеспособность субъекта. Надо сказать, что человеческий тональ обошелся с данным перцептивным шаблоном особенно жестким образом. Формальное описание стихийно возникших идей тоналя по поводу пространства-времени сделал, как известно, еще Евклид. Линейность и однородность этих структур восприятия стала для человеческого сознания аксиомой. Конечно, принятие такого умственного положения значительно упрощало функционирование человека в условиях изменчивой среды, но при этом автоматически вытеснило ряд сложных процессов (не влияющих непосредственно на выживание) из области человеческой перцепции. Крайняя ригидность тональных идей по поводу пространства и времени особенно ярко заметна по тому факту, что даже принятие релятивистской теории Эйнштейна не смогло их поколебать.

4) Культивация однообразия и различий. Эта перцептивная способность тоже входит в число базальных структур, но развивается в процессе более позднего социального научения. Можно сказать, что это основной принцип накопления опыта и любой информации, обработанной человеческим мышлением. Благодаря такому способу упорядочивания воспринимаемых сигналов возникает идея закономерности, а на ее основе — закона. Фиксация подобий во взаимодействии причины и следствия порождает представление о причинно-следственных связях, которые лежат в основе каузального принципа — важнейшего элемента в фундаменте человеческого описания мира. Однообразие и различия, вычленяемые наученным восприятием, ведут к составлению классификаций и категоризации, а также к возникновению в нашей психике того универсального перечня объектов, связей и процессов, которые дон Хуан называл инвентаризационным списком. Переоценить его значение в жизни человека невозможно — все, что мы мыслим и делаем, опирается на него.

5) Четкая идентификация сенсорного канала, которому приписывается поступающий сигнал. Очевидно, это также один из самых ранних перцептивных навыков. В обычном состоянии человек всегда отчетливо осознает, какой характер имеет полученное извне впечатление — зрительный, слуховой, кинестетический или обонятельный. И все же мы знаем, что однозначность такого рода далеко не абсолютна. Широко известно явление синестезии, когда сенсорные каналы смешиваются и аудиальное впечатление может стать визуальным либо тактильным — здесь возможны любые варианты пересечения. Судя по всему, это явление распространено куда шире, чем кажется на первый взгляд. Не исключено, что практически все формы художественного творчества связаны с определенной активизацией синестезии: так рождаются метафоры, музыкальные и изобразительные приемы. Художественное творчество, скорее всего, происходит на фоне некоторого (пусть минимального) сдвига точки сборки. Давно известно, что люди, обладающие творческим складом ума, легче впадают в измененные режимы восприятия — им проще научиться любой технике самогипноза, медитации или войти в осознанное сновидение. Идентификация сенсорного канала имеет и вполне определенный негативный смысл — этот процесс всегда включает в себя вытеснение любых сигналов, по природе своей выходящих за рамки категоризации в пределах привычных органов чувств. Все неясное, неопределенное, странное уходит в бессознательное уже потому, что не может быть отнесено тоналем к зрению, слуху, осязанию и т. п. Известные случаи экстрасенсорных способностей обусловлены не только определенным смещением точки сборки, но и расширением осознания за пределы однозначной схемы получения перцептивных сигналов, привязанной к органам чувств физического тела.

6) Идентификация внутреннего или внешнего происхождения сенсорного сигнала. Этот критерий «нормального» восприятия является непосредственным результатом закрепления в осознании схемы собственного физического тела, т. е. фактора (1). Он, безусловно, очень помогает упорядочить воспринимаемый мир, но, как и следовало ожидать, упрощает его. Например, мы всегда считаем содержание сна игрой фантазии, совокупностью внутренних образов, из-за чего крайне редко замечаем в веренице сонных видений какое-либо участие внешних воздействий. Точно так же мы не осознаем психоэнергетических влияний наяву — со стороны других людей, от места или из-за неоднородности временного потока. Возникающие телесные и психические реакции мы всецело приписываем причудам собственного организма.

7) Комплектация восприятия — оформление гармоничного сенсориума. Речь идет о слаженной и синхронной работе различных сенсорных сигналов. Попавший в зону восприятия объект (полевая структура) непротиворечивым образом интерпретируется по всем каналам органов чувств — его можно увидеть, пощупать, услышать, понюхать и даже попробовать на вкус. Исключения из этого правила всегда сознательно фиксируются и заносятся в специальный раздел инвентаризационного списка. Таких исключений немало, и все же в общем объеме человеческого опыта они занимают незначительное место. Любое отклонение от инвентаризационного списка вызывает потрясение, вполне способное сдвинуть точку сборки, и это вполне естественная реакция: тональ пытается найти такой режим восприятия, где все-таки будет достигнута гармонизация сенсорного поля (сенсориума). Легко представить себе, например, чувство человека, столкнувшегося с невидимым, зато отчетливо осязаемым и слышимым объектом. Нервные девушки в подобных случаях просто падают в обморок.

Современная технологическая цивилизация заметно усложнила картину мира, привнеся в нее ряд так называемых конвенциональных ситуаций (или ситуаций предварительной договоренности). Мы спокойно реагируем на аудиозаписи, кино, телевидение, компьютерную графику и т. п. Правда, следует иметь в виду, что это совсем недавнее достижение, если вспомнить, какую панику у зрителей вызвала демонстрация приближающегося поезда на первом синематографическом сеансе братьев Люмьер.

8) Игнорирование сенсорного материала, нарушающего фундаментальные принципы описания мира. Это общий защитный механизм, сохраняющий стабильную позицию точки сборки, поскольку стабильность восприятия, как уже было сказано, — необходимое условие выживания физического существа. Перцептивный барьер, созданный этим механизмом, настолько прочен, что попытки разрушить его "в лоб" могут вызвать временную приостановку восприятия вообще. Это что-то вроде ступора, иногда возникающего у гипнотиков, столкнувшихся с принципиальной невозможностью выполнения инструкции гипнотизера. Случаи такого рода, относящиеся непосредственно к обусловленности восприятия, подробно рассматривались мной в книге "Тайна Карлоса Кастанеды", так что не стану на этом специально останавливаться. Если же удалось избежать ступора, то «прорыв» защитного барьера обязательно вызывает кратковременный сдвиг точки сборки. В книгах Кастанеды описано множество подобных ситуаций: наблюдение за трюками Хенаро, встречи с союзниками, нарушения поведенческих стереотипов — все это смещало точку сборки Карлоса. Безусловно, ситуации, в которых на любой из описанных восьми факторов может быть оказано мощное воздействие, использовались толтекскими магами для преднамеренного сдвига точки сборки. Учителя создавали такие ситуации для учеников, чтобы преподать им урок нового режима восприятия, да и сами маги с помощью различных приемов моделировали нечто подобное для манипулирования собственным осознанием.

Люди, не знакомые с мистическими техниками, порою совершенно случайно открывают для себя эти принципы и бывают поражены, с какой легкостью изменяется их режим восприятия. Широко известен, скажем, случай Роберта Монро, который, совсем не интересуясь оккультными откровениями, научился совершать "астральную проекцию", что в общем-то и является одним из аспектов толтекского сновидения. Монро помог случай: он интересовался гипнопедией, популярной в 50-е годы в Америке, и полагал, что для достижения успеха в этой технике ему необходимо освоить глубокую релаксацию. Одновременно, на фоне полного расслабления, он должен был внимательно слушать специально сделанную для гипнопедических целей фонограмму. В данной перцептивной ситуации мощное давление оказывалось на факторы (1) и (7). С одной стороны, глубокая релаксация в значительной степени устраняла проприоцептивные сигналы, поддерживающие схему тела, с другой же — концентрация на слуховом канале расшатывала положенную комплектацию сенсориума. Кроме того, здесь сыграл немаловажную роль прием, о котором я еще скажу ниже, — было нарушено привычное распределение внимания между сенсорными каналами. В обычной ситуации самый большой объем внимания приходится на зрение, — слух, как правило, пребывает на периферии. Здесь же привычная модель была нарушена, что довольно скоро вызвало перемещение точки сборки в позицию сновидения. Все эти события ярко и драматично описаны Монро в его известной книге "Путешествия вне тела". Природная склонность этого человека к художественному творчеству (он создавал радиопередачи, радиоспектакли, затем обратился к работе с телевизионными программами), как мне представляется, послужила мощным катализатором в деле освоения необычных миров восприятия. В конечном итоге он стал активным "астральным путешественником", стал изучать оккультную и парапсихологическую литературу, создал лабораторию для изучения "выходов из тела" и написал несколько книг. Лично для меня его опыт особенно убедителен, поскольку в целом ряде очень тонких и субъективных деталей соответствует моему собственному.

В рамках кастанедовской парадигмы мы должны переформулировать вышесказанное и дополнить список факторов фиксации точки сборки. Итак, что же удерживает точку сборки в ее неизменном положении?

а) описание мира и внутренний диалог. Описание мира внушается с помощью внешнего диалога, а затем на протяжении жизни постоянно поддерживается с помощью диалога внутреннего. Пожалуй, это самая общая причина фиксации восприятия. В понятие "описание мира" входят все факторы, описанные нами выше, поскольку так или иначе являются составными частями, элементами или рубриками инвентаризационного списка человека. Внутренний диалог, стабилизирующий перцепцию, непрерывен и не всегда оформляется вербально. Он работает даже тогда, когда в нашей голове, казалось бы, нет ни единого слова. По сути, он является процессом бесконечного соотнесения приходящих пучков сенсорных сигналов с внушенным или приобретенным сенсорным опытом. Соотнесение воспринятого впечатления с символом, знаком, комбинацией знаков, идей или понятий — вот подлинное содержание внутреннего диалога. Конечно, обычная "внутренняя болтовня" тоже сильно влияет на жесткое закрепление режима восприятия. Все эти психические процессы тесно взаимосвязаны, так что неудивительно, что остановка внутреннего диалога начинается с прекращения "внутренней болтовни". Факт внутреннего диалога, между прочим, имеет место всякий раз, когда нам кажется, будто мы что-то понимаем. Альфред Уайтхед в свое время очень метко выразился: "Понимание есть апперцепция стереотипа как такового". Иными словами, мы понимаем происходящее вокруг нас (или внутри нас, неважно) только потому, что подобная конструкция, состоящая из впечатлений и реакций, уже зафиксирована в нашем опыте, превращена в стереотип, однозначный шаблон, т. е., выражаясь языком Кастанеды, включена в наш инвентаризационный список;

б) схема тела. Это то же самое, что совокупность проприоцептивных ощущений, что уже было подробно описано в качестве фактора (1);

в) паттерны реагирования. Сюда относятся паттерны биологические (порожденные эволюцией данной живой формы) и паттерны социальные (результаты внушения, научения, подражания, т. е. влияния той системы, которую последователи Кастанеды называют социальной сетью);

г) энергетический баланс, отсутствие избытка энергии. Кастанеда неоднократно и подробно обсуждал эту тему в своих книгах. Я уже указывал, что важнейшая функция кокона заключается в сохранении энергетического гомеостазиса системы. Это в равной степени касается как физиологической, так и психологической стороны активности человека. Любая форма органической жизни стремится сохранить свою структурную неизменность — в этом залог ее сопротивления к разрушающим влияниям внешней среды. Изменение структуры, даже с биологической точки зрения, всегда заключает в себе серьезную угрозу деградации и гибели — мы знаем, что большая часть мутировавших существ оказывается нежизнеспособной. У человека этот принцип распространился на способы функционирования его психики. С одной стороны, благодаря развитию произвольного внимания, он обрел способность по собственному желанию увеличивать количество поглощаемой энергии, с другой — природа в качестве противовеса этой способности создала в его внутреннем мире такие психические структуры, которые автоматически потребляют весь излишек полученной энергии, тем самым сохраняя излюбленное бессознательной природой равновесие. Об этих структурах уже было сказано достаточно — это нагромождения эгоистического механизма, приводимые в движение страхом, чувством собственной важности и жалостью к себе. Но точку сборки может сдвигать не только избыток энергии в коконе, но и ее недостаток. Только в последнем случае всегда имеет место боковое смещение в сторону «ада»: реакция тела на недостаток энергии заключается в целой гамме неприятных переживаний, включающих соответствующие негативные эмоции. То есть человек теряет не только энергетическое, но и психоэмоциональное равновесие — таким образом, боковой и крайне неприятный сдвиг точки сборки гарантирован. Положение усугубляется тем, что при дефиците энергии контроль за режимом восприятия невозможен;

д) внимание окружающих. Скептически настроенные читатели иногда полагают, что проповедуемая Карлосом скрытность и дон-хуановская концепция "стирания личной истории" — своеобразный предрассудок, атавизм древнего магического мышления, вряд ли имеющий то значение, которое активно приписывается ему в данной традиции. На самом деле речь идет о непрерывном и бессознательном энергообмене, имеющем место между всеми представителями человеческого рода. Мы специально указывали, что даже обычное восприятие — процесс, в первую очередь, энергетический, а не информационный. Поле восприятия — это не просто психологическая абстракция, в большей степени это комплекс неощутимых и неосознаваемых силовых взаимодействий между субъектом и объектом восприятия. Общаясь с себе подобными или просто находясь под их пристальным наблюдением, мы оказываемся в определенной степени скованными их энергетическими полями. Этот аспект взаимодействий только усиливается известными психологическими наблюдениями по поводу "коммуникативных ожиданий" и стремлением человека следовать поведенческим стереотипам под натиском социума и окружающих его людей;

е) "команда Орла". Думаю, все читатели Кастанеды хорошо помнят значение этого немного таинственного и впечатляющего термина. Не будет ошибкой утверждать, что, по сути, он является синонимом намерения бесконечности, так как имеется в виду общий результат всех многообразных взаимодействий эманаций единого универсального поля. Все, перечисленное выше, — только частные проявления отдельных структур, конгломератов и сгустков эманаций. Дело в том, что сама организация энергетического тела такова, что естественным и потому всегда (вплоть до Трансформации) преобладающим типом восприятия будет именно тот, которым мы издавна владеем и так интенсивно совершенствуем. Если говорить на языке дон-хуановского мифа об Орле, то действительно точка сборки была зафиксирована в данном положении именно по его команде. Орел сотворил все полосы эманаций, все виды полевых структур и существ, обеспечив каждому типу организмов свой, наиболее близкий и необходимый ему диапазон восприятия. Разумеется, это всего лишь иносказание, однако довольно точно отражающее реальное положение дел.

Теперь, когда мы четко сформулировали важнейшие причины ригидности данного нам режима восприятия и даже в общих чертах определили ряд существенных препятствий на пути к его освобождению, можно описать принципы и техники смещения точки сборки, открывающие путь ко всем реализациям магической дисциплины толтеков.

Последуем прежним порядком, тогда вы легко заметите, как методы сдвига точки сборки связаны с причинами, вызывающими ее жесткую фиксацию. Кастанеда наибольшее внимание уделяет такому общему методу как "разрушение описания мира", что и мы отметили в первую очередь (вариант А). Для этой цели используются самые разнообразные техники, ведущие к созданию ситуации "перцептивной неопределенности". Подвергается трансформации вся система идей, представлений, целей и ценностей субъекта (это относится к безупречности и сталкингу, о чем мы поговорим в следующей главе), изменяются символы, знаки и их значения. Семантические метаморфозы в той области, что непосредственно относится к восприятию, вплотную примыкают к техникам так называемого не-делания, хотя не всегда ими являются. Вспомним, например, знаменитые «знаки» дона Хуана, которыми он поначалу доводил неопытного Карлоса до панического недоумения. Изменение значений в инвентаризационном списке, из которого состоит мир нашего восприятия, может быть произведено учителем-магом для ускоренного ослабления фиксации точки сборки у неофита. Я подробно описал эти процедуры в книге "Тайна Карлоса Кастанеды" и не стану на них останавливаться, тем более что в данном случае нас интересуют методы, которые может практиковать любой желающий без помощи магического бенефактора.

Что же касается собственно не-делания, то оно всегда направлено на дезавтоматизацию тех или иных процессов восприятия. Нужно всегда помнить о том, что практически вся обработка воспринимаемых сигналов, их комплектация, интерпретация, о-смысление, оценка и проч., производится нашей психикой бессознательно. Нарушение этой совершенно автоматической и почти мгновенной процедуры требует специального усилия внимания. Классическая сценка со смещением перцептивных смыслов, когда дон Хуан заставляет Карлоса увидеть в тени от камешка «клей», связывающий его с остальным пространством, затем техника "созерцания теней" в качестве самостоятельных объектов изучения — все это яркие и теперь уже почти хрестоматийные примеры техники не-делания.

Но есть и противоположная техника, преследующая те же цели. Кастанеда не дал ей специального названия, я же, следуя традиции дона Хуана, поименовал бы ее магическим деланием или просто деланием. Смысл техники заключается не в дезавтоматизации перцептивных механизмов, а в особом творчестве восприятия, преднамеренно нарушающем идеи тоналя, являющиеся базовыми для принятого описания мира. Сюда можно отнести любую работу по визуализации или по концентрации внимания на не существующих для тоналя элементах внешнего поля, результаты которой в конце концов начинают успешно конкурировать с картиной повседневного, т. е. автоматического и стереотипизированного восприятия. Внимательный читатель легко догадается, что именно благодаря этой уловке оказываются эффективны многие медитативные техники, как те, что достались нам от цивилизаций древнего Востока, так и их модификации, разработанные смышлеными европейцами. Упражнения по произвольной концентрации внимания на точке или каком-то стабильном образе, идее, на объекте или процессе, существование которого возможно лишь благодаря нашему воображению, оказывает мощное влияние на силу фиксации точки сборки по многим причинам. Во-первых, влияет делание, о котором я уже сказал. Но это далеко не все. Нарушается внушенный нам с раннего детства стереотип работы внимания — в обычном состоянии луч внимания блуждает, колеблется и никогда не остается неподвижным долгое время. Неподвижность концентрации есть уже в определенной степени делание. Мы имитируем пристальное (а значит, исследующее) внимание к неизменному объекту, от которого не поступает никаких новых сенсорных сигналов. Тональ не может найти интерпретации для такой работы внимания в своем описании мира и начинает склоняться к единственно доступному его бессознательному мышлению выводу: занимаемая точкой сборки позиция неудовлетворительна, ее необходимо изменить. Колебательные движения точки сборки, которая некоторое время пытается покинуть свое привычное положение, но не может преодолеть многолетнюю силу фиксации, вызывают расстройство комплектации проприоцептивных ощущений. Иными словами, восприятие схемы собственного тела ослабевает, а иногда — видоизменяется. Возникают странные чувства, много раз описанные ориентальными медитаторами и их западными последователями: вибрации, движение тепловых, волновых, энергетических потоков, возникновение ярких осязательных ощущений в районе соединения сегментов кокона — т. е. «чакр», тепло или покалывание в биологически активных точках.

После многих лет упражнений точка сборки начинает плавно смещаться и у этих сторонников медитативного просветления. «Вибрации» обычно исчезают (что свидетельствует о прекращении колебательных движений точки сборки, т. е. о существенном снижении силы фиксации), появляются феномены вроде ясновидения, астральной проекции и т. п. — точка сборки уходит в область второго внимания. Лишь отсутствие специального намерения мешает этим исследователям испытать многое из чудес толтекской магии и добиться подлинной трансформации энергетического тела.

(Ярким примером описанной последовательности симптомов может быть достаточно популярная медитативная техника, разработанная Шри Ауробиндо в рамках его Интегральной Йоги. Стоит привести ее в качестве иллюстрации хотя бы потому, что ее по сей день используют тысячи духовных искателей не только в Индии, но и во всем мире. Известно, что на первых этапах адепты Интегральной Йоги, пытающиеся открыть нисхождение "Божественной Энергии" через центр макушки головы, ощущают внутри «вибрации», часто — необычные проприоцептивные ощущения вроде "давления нисходящей силы", изменение схемы тела — восприятие "особого пространства" вокруг головы и туловища, «онемение» разных частей тела. Все эти симптомы типичны для последовательного ослабления фиксации точки сборки и плавного смещения ее внутрь кокона. Жаль, что сторонники данного учения не желают признавать кастанедовских концепций и иногда даже тратят силы на дискуссии с адептами дон-хуановского учения.)

Целенаправленное изменение схемы тела (см. вариант Б), по сути, также является разновидностью делания и упоминается мною отдельно лишь потому, что схема тела, как было отмечено, сама по себе играет важную роль в стабилизации положения точки сборки. Ниже мы рассмотрим специальные техники, направленные именно на этот аспект работы внимания. Хочу лишь напомнить, что изменение воспринимаемой схемы тела является регулярным симптомом воздействия больших психоделиков, во всех случаях смещающих точку сборки.

Фактор стабилизации (в), описанный в рамках кастанедовской парадигмы, может быть успешно преодолен с помощью все той же безупречности и сталкинга. Здесь уже не идет речь об изменении ценностей, смыслов, знаков и т. п. Техники, подпадающие под этот раздел, акцентируют внимание на изменение только реагирования. Этим создается когнитивный диссонанс, характерный для всех приемов не-делания и делания. Например, смерть — вполне однозначный символ для всех живущих — по законам тоналя должна вызывать страх, ужас, панику, жалость к себе, желание скрыться бегством, вступить в поединок и прочее в том же духе. Единственное, что никак не входит в стереотипическое реагирование тоналя на угрозу смерти, — это отстраненное бесстрастие, не оттененное даже тем "смирением нищего", которое характерно для совсем отчаявшегося человека. Нарушение привычки реагировать внушенным способом — основа всего искусства сталкинга. Это крайне эффективный способ плавно и внимательно смещать привычный режим восприятия. Любое сознательное изменение стереотипа дает реальный шанс войти в новое перцептивное состояние, и пренебрегать этим методом не стоит.

Если говорить о факторе (г) — энергетическом гомеостазисе, то здесь ситуация только на первый взгляд кажется трудной. На самом деле существует огромное количество способов повысить свой энергетический тонус во всех отношениях — магическом, психологическом, физиологическом. Замечательная роль Кастанеды, которого вдохновила толтекская дисциплина и философия, заключается в том, что он расставил верные акценты и четко указал на подлинный источник энергии, черпаемой нами из внешнего поля. Безусловно, значительная часть техник по накоплению энергии предложена самим Кастанедой. Они составляют основной каркас дон-хуановского пути трансформации и имеют исключительное значение. Начнем с того, что все приемы, указанные выше, в случае своего успешного применения повышают энергетический тонус практикующего хотя бы потому, что сдвигают точку сборки. Взаимосвязь этих процессов уже была мною отмечена. Правильное смещение ТС (т. е. по центральному сечению "человеческой полосы") само по себе вызывает мощный приток энергии из внешних эманаций, поскольку активизирует ранее незадействованные поля осознания и ведет к увеличению объема энергообменных процессов.

Специально следует отметить следующие способы накопления энергии или, как называл это Кастанеда, "личной силы": 1) остановка внутреннего диалога, 2) концентрация внимания на поглощении энергии через точки и каналы кокона, 3) использование дыхания и 4) использование намерения. Пункты (2) и (3) содержат массу вариантов и приемов, часть из которых принадлежит к открытиям ориентальных мистических учений, часть — к изобретениям самих толтеков. Сюда же относятся динамические упражнения с использованием движений физического тела, относимые Кастанедой к "магическим пассам" и собранные им в известный комплекс ТЕНСЁГРИТИ. К особому искусству относится работа с намерением, но я напишу об этом отдельно в заключительной главе книги.

Избавление от энергетической вовлеченности в работу внимания окружающих людей возможно благодаря двум кастанедовским приемам: "стиранию личной истории" и перепросмотру. Последний относится к техникам сталкинга и потому будет рассмотрен в следующей главе. Стирание личной истории так, как его рекомендовал практиковать дон Хуан в книгах Кастанеды, представляется трудноосуществимым. Мы, конечно, можем избавить себя от некоторого объема внешнего внимания, но добиться абсолютной «недосягаемости» не в силах, пока вынуждены жить и работать в данной цивилизации. Сталкеры на этом пути достигают гораздо больших успехов, чем сновидящие. Они регулярно практикуют непредсказуемое изменение стереотипов поведения и коммуникации и потому окружают себя специфической атмосферой неопределенности и недоумения. Кастанеда довольно долго пытался преуспеть на этом пути, чем и вызвал массу критики и противоречивых суждений о собственной персоне. Думается, что в конце жизненного пути он все же устал от сталкеровских игр и сделался более «доступным». Не в этом ли кроется причина его поражения в заключительной битве со смертью?

Перепросмотр же доступен для всех практикующих и ощутимо освобождает нас как от энергетических влияний знакомых когда-то людей, так и от вредного груза эмоциональных напряжений собственного бессознательного.

Что касается последнего (пожалуй, наиболее загадочного) пункта — "команды Орла", то здесь мы приходим к проблеме своих взаимоотношений с внешними эманациями Большого Мира, Реальности, нагуаля-вне-нас. Для человека, целиком погруженного в привычное описание мира, все связанное с этой проблемой представляется чистейшей мистикой, воинствующим иррационализмом и безумными фантазиями. Кант назвал бы всякую попытку войти в контакт с Реальностью трансценденцией, а опыт, полученный от такого контакта, трансцендентальным. Однако сегодня мы понимаем, что за подобными «страшными» словами не кроется ничего принципиально недоступного, иллюзорного или фантастического. Есть несколько способов, разработанных толтеками, которые дают возможность оказывать непосредственное влияние на такую, казалось бы, абстрактную вещь, как команда Орла.

Во-первых, это намерение бесконечности, которое доступно нам везде и всегда, если есть нужное количество личной Силы и соблюдены все технические условия. Во-вторых, это использование единственного энергетического поля, которое напрямую связано с большими эманациями вселенной и одновременно по структуре своей ближе всего к нам (ибо мы сами являемся его частью), — планетарного поля Земли. Связь с этим "материнским коконом" осуществляется либо через "места Силы", либо через земные стихии (ветер, море, горы и др.). В последнем случае могут иметь значение критические временные точки (закат, восход, фазы луны, некоторые дни года, иногда — особые часы в течение суток). Техники, использующие "толчок Земли" (как назвал один из этих приемов дон Хуан), открываются магу на высших ступенях его восхождения к трансформации.

Обратимся к описанию самих техник.

1. Остановка внутреннего диалога. Походка Силы.

Практикующий часто испытывает затруднение, пытаясь остановить мысленный «шум». В целом задача разделяется на две части, в процессе освоения этого приема сливающиеся воедино: а) остановить словесные и образные потоки, наполняющие психическое пространство во время повседневной деятельности, б) остановить процесс интерпретации воспринимаемого вообще.

В осуществлении первой задачи упражнения ощутимую помощь оказывает правильное положение головы и управление взглядом. Не надо опускать или высоко поднимать голову. Надо удерживать ее в таком положении, чтобы можно было почувствовать вертикальную линию, идущую от темечка к самому основанию шеи. Иными словами, лучше всего для этой техники подходит классическая рекомендация индийских йогов удерживать голову и позвоночник на одной линии, вертикальной по отношению к поверхности земли. В этом случае подбородок не опускается на шею, а взгляд естественным образом оказывается устремленным прямо вперед.

Глаза во время исполнения этого упражнения следует удерживать в одном положении. Взгляд ни в коем случае не должен блуждать, его надо направить на некую воображаемую точку перед собой. Не надо щуриться или как-нибудь иначе напрягать мышцы вокруг глаз. Лучше держать их широко раскрытыми, как это бывает во время особенно внимательного разглядывания чего-то важного или необычного. Кроме того, рекомендуется попробовать максимально расширить поле внимания, удерживая при этом взгляд неподвижным, насколько возможно. Попытайтесь активизировать периферию своего зрения и разглядеть одновременно как можно больше деталей, не находящихся в районе фокуса вашего сосредоточенного взгляда.

Вышеописанные условия легче всего соблюдать во время размеренной ходьбы. Недаром дон Хуан порекомендовал Кастанеде так называемую "ходьбу Силы" для того, чтобы ускорить достижение внутреннего безмолвия. Особенно заметно ходьба влияет на способность активизировать периферийное зрение, поскольку во время движения объекты, расположенные по бокам от вас, постепенно перемещаются, и это помогает удерживать на них часть распределенного по полю зрения внимания. Как было замечено доном Хуаном, в результате "ты ничего не видишь отчетливо, но тем не менее замечаешь массу деталей, недоступных при обычном способе разглядывания вещей". Тональ переполняется информацией, плохо поддающейся интерпретации, и внутренний диалог затихает — в данном случае ему нечего комментировать.

Особое значение может иметь непривычное положение кистей рук. Руки удерживают на себе значительный объем нашего повседневного внимания (это обусловленно биологической эволюцией). Согнув пальцы любым непривычным образом, мы обязательно привлекаем к рукам специальное внимание нашего воспринимающего аппарата. На фоне смутной зрительной перцепции, возникающей во время "ходьбы Силы", когда внимание и без того с трудом справляется с поступающим сенсорным материалом, фокус с особыми позициями пальцев рук окончательно выбивает восприятие из привычной колеи. Сдвиг точки сборки неминуем.

"Ходьбу Силы" надо практиковать регулярно в течение хотя бы нескольких недель, если вы хотите добиться остановки внутреннего диалога впервые. Каждая такая прогулка должна длиться от одного до двух часов — короткие 15-минутные прогулки вряд ли вызовут ожидаемый эффект. Не могу не добавить, что лично мне именно "ходьба Силы" помогла впервые остановить внутренний диалог — это удивительное своей новизной чувство я запомнил на всю жизнь.

2. Ритмическое дыхание.

Это упражнение выполняется очень просто. Необходимо лишь следить за тем, чтобы длительность ваших вдохов и выдохов была равна между собой и сохранялся неизменный ритм дыхательных движений. Во время дыхания можно считать про себя с неизменной скоростью: скажем, раз-два-три-четыре — вдох, раз-два-три-четыре — выдох. Проще всего усвоить ритмическое дыхание тем, кто когда-нибудь пробовал заниматься йогическими дыхательными упражнениями — пранаямой. Если вы станете применять ритмическое дыхание во время "ходьбы Силы", ее эффект станет намного ощутимей.

Особенность ритмического дыхания заключается в том, что оно отражает тип энергообмена, присущий живым формам с низкой организацией (растений, насекомых, низших хордовых). Эти организмы не обладают внутренним диалогом, поскольку их психические процессы предельно элементарны (если вообще правомерно говорить об их наличии).

Кроме того, известно, что даже у высших млекопитающих ритмическое дыхание рефлекторно связано с пониженной реактивностью всей системы (сон, оцепенение, созерцательный покой и т. п.).

Сознательно культивируя ритмическое дыхание, человек активизирует те энергоструктуры, которые в филогенезе соответствуют этим низшим формам, чьи рудиментарные фрагменты, безусловно, продолжают функционировать в человеческом организме. В результате длительной практики ритмического дыхания внутренний диалог останавливается естественным образом даже в том случае, если эту технику использовать в изолированном виде. Надо лишь учитывать, что человеческая психика обладает хорошо развитой способностью к адаптации и легко строит новые рефлекторные связи. Поэтому ритмическое дыхание для остановки внутреннего диалога надо практиковать: а) регулярно и достаточно долго (от получаса до полутора часов), б) сочетать это прием с расфокусировкой зрения и сознательной установкой (намерением) на достижение "безмолвия".

Интересно, что ритмическое дыхание имеет еще один полезный эффект: оно активизирует более полный и гармоничный энергообмен с внешним полем, поскольку, как мы уже заметили, является рудиментом низших жизненных форм, у которых нет развитого тоналя, создающего множество психоэнергетических и перцептивных блоков на пути естественного энергообмена. Низшие формы «дышат» всей поверхностью энергетического тела, благодаря чему получают от планетарного поля гораздо больше энергии, чем человек.

3. Не-делание и делание.

Делание и не-делание на определенном уровне абстракции вполне можно рассматривать как два универсальных принципа целенаправленной работы по дисциплинированию внимания и осознания. Выражаясь лаконично, цель не-делания — перестать понимать, что воспринимаешь. А цель делания — создать (имитировать) перцептивный образ, не соответствующий принятому описанию мира.

В той или иной форме эти универсальные принципы используются почти везде; вы легко обнаружите их в процедурах энергетической подпитки кокона, в техниках целенаправленного нарушения схемы тела, в методах усиления энергообмена через точки и каналы ЭТ и др. Даже базовая методика остановки внутреннего диалога в определенном смысле может быть причислена к техникам не-делания.

К не-деланию, сосредоточенному непосредственно на процессах восприятия, относятся следующие техники:

а) устранение паттернов "фон — образ", "тень — объект", "силуэт — трещина", "близко — далеко".

Перцептивное не-делание в большинстве случаев связано с пристальным созерцанием, поскольку именно визуальная информация требует самой объемной интерпретационной работы тоналя. Множество объектов, существующих постоянно в поле нашего восприятия, получают свой однозначный статус внутри описания мира благодаря тому, что аппарат тоналя выделяет их на фоне окружающих сенсорных сигналов, исходящих от среды, немногим отличающейся в визуальном отношении от избранных объектов. В этом заключается один из видов «делания», каждую минуту совершаемого нашим восприятием.

Решив приступить к не-деланию, мы принимаем решение (т. е. формируем личное намерение) игнорировать во время восприятия те или иные категории тоналя, с помощью которых он вычленяет и идентифицирует объекты. Так, в данном случае мы игнорируем такие параметры, как различие между объектом и фоном, объектом и тенью от него, его силуэтом и трещиной в его текстуре, а также реальные размеры созерцаемого предмета, связанные с расстоянием до него (все знают, что близко расположенные объекты кажутся больше своих реальных размеров, а далекие — меньше. Здесь мы как раз имеем в виду попытку игнорировать эти пространственные критерии, т. е. воспринимать далекие и близкие предметы как находящиеся на одном расстоянии).

б) изоляция детали и деформация объекта — прием, опирающийся на разрушение указанных выше паттернов. Используя сознательно измененное соотношение фона и объекта мы можем, например, сделать произвольно выбранную деталь предмета существующей как бы отдельно от всего остального. Мы можем заставить свое внимание создать несуществующие границы вокруг этой детали и тем самым еще раз убедиться, что отдельность всякого объекта есть продукт особой работы нашего воспринимающего аппарата.

Тем же способом производится деформация предмета: мы изменяем принятые "описанием мира" границы между объектами и, скажем, включаем часть «фона» в изолированную перцептивную единицу. Так, тень может стать «частью» своего источника, беспорядочные световые блики собираются в некоторую растущую из объекта структуру и т. д. Здесь нет предела фантазии и творчеству. Любая выдумка может «столкнуть» точку сборки с ее насиженного места.

в) не-делание собственного тела — довольно эффективный прием. Проще всего заниматься этим упражнением лежа, на фоне глубокой релаксации — но это не самый лучший метод. Более значительные и интересные результаты можно получить во время прогулки или спокойного созерцания пейзажей. Поскольку в обычном режиме восприятия эти состояния крайне редко сопровождаются нарушением схемы тела, тональ бывает буквально потрясен. Очень помогает яркое воображение: попробуйте, например, почувствовать себя лежащим, в то время как ваше тело сидит, летящим — когда вы просто гуляете, и т. п. Я не говорю уже о простом «выключении» ощущения тела.

Перцептивное делание может стать неожиданно очевидным в те моменты, когда тональ из плохо идентифицируемого комплекса сигналов автоматически создает образ, не имеющий никакого отношения к реальности. Все мы можем в определенных случаях стать жертвами иллюзий и даже галлюцинаций. Но если вы регулярно практикуете остановку внутреннего диалога и "ходьбу Силы", вполне возможно, что с подобными демонстрациями делания вы будете сталкиваться регулярно. Я однажды стал жертвой очень яркого нарушения нормального делания в состоянии остановки внутреннего диалога и несколько минут, с расстояния не более полутора метров, наблюдал за удивительно большой белой птицей, изучая особенности ее строения и повадок. Когда ошибочное делание прекратилось, было очень странно обнаружить на месте птицы причудливо скомканный газетный лист.

Конечно, в делании иллюзий нет ничего особо необычного. Поражает в таких случаях особая, я бы даже сказал, нарочитая грубость ошибок тоналя — при хорошем освещении и на совсем небольшом расстоянии превратить скомканную бумагу в птицу, у которой были не только крылья и перья, но даже глаза! Как вы помните, Кастанеда таким же способом «превратил» куст в умирающее животное.

Перцептивное делание может касаться не только внешней среды. Очень часто оно отталкивается от нашего тела. Вы можете концентрировать внимание на выдуманных энергетических потоках (полях, тепловых или иных волнах), соединяющих вас и некоторые внешние объекты, либо протекающих внутри организма. Легче всего «почувствовать» поле между протянутыми ладонями и каким-нибудь предметом. Интересно, что когда мы вовлекаем свое энергетическое тело в делание такого рода, новые силовые поля и каналы энергообмена формируются довольно быстро. Благодаря этой особенности некоторые экстрасенсы обучают желающих своему искусству.

К этому же виду делания относятся различные техники визуализации. Их, конечно, также можно использовать, хотя на первый взгляд они не имеют отношения к учению Кастанеды. Потренируйтесь в визуализации простых предметов: например, попробуйте «увидеть» с закрытыми глазами на расстоянии вытянутой руки от себя яблоко или стакан. Доведите делание до совершенства — подключите тактильный канал. Для этого мысленно «ощупайте» визуализируемый объект. Следуя тому же принципу, визуализируйте какое-то место, оглядитесь в нем и постарайтесь запомнить как можно ярче. Имейте в виду, что при каждом делании, вовлекающем в себя элементы вашего энергетического тела, будут возникать временные полевые формации, в той или иной степени соответствующие качествам визуализируемого объекта или явления. Например, визуализация яркого источника энергии прямо над головой, как правило, активизирует канал энергообмена, идущий вверх из сердцевины кокона. Так создаются вполне реальные «вихри», «экраны», "потоки излучения" из любой точки ЭТ. Многие из этих приемов делания знакомы восточной и европейской магии.

К наиболее продуктивному и полезному деланию в области энергетического тела относится сознательный перенос перцептивного внимания на кокон. Культивируя ощущение поля вокруг себя, его элементов — оболочки, основных каналов и т. п., можно сдвинуть точку сборки и одновременно научиться манипулировать обычно неосознаваемыми процессами в энергетическом теле. Можно даже научиться ощущать зону вокруг точки сборки и определять характер ее деформации в результате того или иного ее смещения. К сожалению, почувствовать саму точку сборки невозможно, поскольку она сама является собирателем, а значит — генератором всех доступных нам ощущений. Так человеческий глаз не может увидеть самого себя.

4. Смысловое разрушение описания мира.

Чтобы использовать эту технику сдвига точки сборки, лучше всего самому составить список ключевых идей тоналя по поводу мира, в котором он живет. Каждый формулирует эти идеи по-своему, хотя сущность их почти у всех повторяется.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.