Глава 5 Иллюзия вторая: проституция

Глава 5

Иллюзия вторая: проституция

1

Ощущение, что от одиночества можно откупиться за деньги, постоянно является к нам, покидает и возвращается вновь. Но деньги — это единственное вещество, дарующее свободу, оказываются бессильны уничтожить одиночество. Оно приходит, как смерть, в час, назначенный судьбой, и лишь напряжение духа способно вырвать его трагическое жало. Свадьба и брак пытаются разрушить одиночество, обходя напряжение духа, и это смутно чувствуют все. Стихия денег противостоит браку. Деньги создают вокруг человека круговорот энергий и воль, который приводит к иллюзии духовного движения и свободы. Однако деньги дают лишь независимость и власть, очерченные миром вещей.

Деньги позволяют приобрести другого человека, как вещь, и владеть им, окружив голосами вещей. В нашем мире такая покупка, как правило, делается мужчиной по отношению к женщине[15]. Говорящая вещь, добровольная рабыня, наполненная купленной нежностью, становится проституткой.

2

Проститутка продает не только свое тело, но и свое одиночество. По большому счету проституция — не просто желание выйти за пределы нищеты наиболее простым способом, но и жажда убежать от одиночества, продав его.

3

Покупатель проститутки как говорящего орудия также стремится преодолеть одиночество-нереализованность в мире мужчин и женщин. В отличие от проститутки-продавца, которая живет во власти получаемых денег, мужчина-покупатель всегда желает абстрагироваться от них. Он бессознательно пытается убедить себя в том, что в данной ситуации деньги являются чем-то эфемерным и недействительным. Мужчине всегда хочется верить, что он как тело и личность интересен проститутке.

Но эта невинная фантазия разрушается каждой мелочью общения с проституткой. Одиночество неожиданно выпускает когти, словно хищное существо, когда мужчина видит, что его покупка, наделенная ролью возлюбленной, бросает взгляд на часы или пересчитывает смятые купюры…

4

Одиночество, порожденное семейной жизнью, только усугубляется проституцией. Переживание одиночества становится все более всеохватывающим и метафизическим. Одиночество превращается в некий вопль, который пытаются заткнуть бесконечной сменой партнеров и партнерш. Однако он не замолкает, а становится только более придушенным и ужасным.

Точно так же, как каждый вдох и выдох приближает нас к физической смерти, точно так же каждый новый купленный и покупающий партнер неотвратимо приближает ужасный миг ощущения одиночества, которое разверзнется перед ними как инфернальная бездна.

5

Одиночество проститутки — это одиночество смятенной или, точнее, смятой души среди множества тел.

Знаменитые куртизанки прошлого и настоящего, продающие мужчине не столько тело, сколько душевные способности, еще более одиноки. Они продают не целостность души — ее невозможно продать, а некоторые кусочки себя, которых ждут от них и которые они более или менее удачно выдают за целое. Это приводит к одиночеству себя среди множества собственных ролей. Странный лес воздвигается в душе такой женщины, где каждое дерево претендует на то, чтобы быть ею. Но за этими деревьями не видно истинного леса, который мог бы дать отдых и успокоение; в краткие моменты самосознания Я бродит между ними заблудившейся тенью, страдая от собственной ненужности…

6

Высший уровень проституции — это продажа не только тела, но и душевных способностей — понимания, фантазии, чувства юмора. И одновременно — это самая низкая форма проституции. Чудовищное соединение высоты и низости делает такую проститутку наиболее дорогой, свободной и одинокой — оно делает ее гетерой.

Покупатель гетеры напоминает дьявола, ибо он покупает и душу гетеры. Однако он отличен от дьявола тем, что его покупка исчерпывается временем действия денег. И главное — ему не нужна ее настоящая душа. Покупатель гетеры покупает игру в душу…

7

Настоящая проститутка никогда не бывает одна. Но ее общество — общество случайных мужчин — требует от нее только игры. Никого не интересует ее экзистенция, ее переживания и кризисы. За те деньги, которые она получает, проститутка должна быть всегда весела, сексуальна, красива и в меру оригинальна. От этой меры зависит величина ее заработка. Однако это наигранная оригинальность, и каждая проститутка глубинно переживает трагичность этого. Мужчинам, покупающим ее, нужна кажимость, очень похожая на бытие — этого требует кратковременность общения. Никому не важно, какова она бывает в одиночестве.

И проститутка стремится все больше сокращать физическое время одиночества. Однако оно врывается в нее как метафизическое время — состояние-процесс непонятности и ненужности ее сокровенного.