Влияние на социальный и образовательный успех

Йеѓошуа бен Перахья учил: сделай себе учителя, приобрети друга и суди всех людей благосклонно (Пиркей Авот, 1:6)

Мудрецы неслучайно соединили в этом высказывании три, казалось бы, несвязанные, отмечая их особую связь. Отсюда мы учим, что «добывание» (и сохранение) наставника в образовании, а также верного друга в огромной степени зависит от нашей способности и желания судить людей благосклонно.

Сделай себе учителя и суди о нем благосклонно

Если мы хотим лучше понимать Тору, нам нужно искать учителя, который направлял и вдохновлял бы нас на пути. Когда мы понимаем, что нашли того самого человека, мы «назначаем» его на выполнение данной работы. И тогда должны быть осторожными и всегда судить о нем благосклонно. Ведь если мы подозреваем его в каком-то неправильном поступке, его авторитет в наших глазах умаляется, и подрывается доверие к нему. Результатом станет не только отчуждение между нами, но и отдаление от нашей первоначальной цели – найти руководство и вдохновение. Это правило относится к педагогам любого рода: раввинам, ребе, учителям в школах и. т. д.

Наш урок по Гемаре с главой ешивы начинается ровно в девять утра. Вчера на дорогах были очень большие пробки, я едва припарковал машину и понесся в класс. Подбежав к двери, я обнаружил, что она заперта. Я посмотрел на часы – 9:05. Никто из нас не осмеливается стучаться, если дверь уже закрыта. Мы знаем, что это его правило: ровно в 9 часов двери закрывают, и он начинает учить. «Почему он так делает? ? думал я. ? Неужели не понятно, что иногда приехать вовремя – невозможно?»

Позже в тот день он сделал мне замечание за отсутствие на уроке. Про себя я подумал: «Почему просто не оставить дверь незапертой всего на несколько минут дольше? Это бы облегчило жизнь стольким из учеников!»

Наверное, я так сердился еще и потому, что этот случай для меня был не первый. Рош ешива дает урок на другом конце города каждую пятницу. Обычно у меня не получается приезжать, но несколько недель назад я даже пропустил обед ради этого урока. Я так долго мечтал попасть туда; я шел очень быстро, но, подойдя к классу, услышал, как ключ повернулся в скважине прямо у меня перед носом. Дым пошел у меня из ушей: «Как же можно закрывать двери, когда мы идем туда ради Торы, трепеща перед Небесами? Где же справедливость? Так вы относитесь к ученикам?!»

Успокоившись, я вспомнил слова из Мишны о том, что, избрав себе рава, необходимо судить о нем благосклонно. Может быть, глава нашей ешивы пытается преподать нам необходимый урок ради нашего же блага; урок, который нам лучше выучить, пока мы молоды, о важности пунктуальности (если, конечно, мы хотим преуспеть в жизни, в Торе, в профессии, в семье и отношениях с друзьями). Может быть, он даже выходит за границы своего «я», чтобы только научить нас этому. Все мы избрали его себе в раввины, доверили ему вести нас по жизни в любых из ее аспектов. Мы поручили ему работу и он – всего лишь честно выполняет ее.

Этот принцип можно применить не только по отношению к раввину, но и к любому человеку, причастному к нашему образованию.

Весь первый год работы в престижной школе для девочек я испытывала буквально священный трепет перед директором. Она была известной и многоуважаемой фигурой, за ее плечами были годы опыта в системе образования, и абсолютно все: и учителя, и родители, и дети смотрели на нее одинаково восторженно. Сотрудники пытались научиться от нее как можно большему – в профессиональном и личном планах. Мы следили за каждым движением нашей директрисы и дорожили редкими моментами личного общения с ней.

Однажды после сложного и утомительного утра я поднялась в ее офис, чтобы обсудить свои трудности. Мы поздоровались, и вскоре я изливала душу о раздражителях, сделавших мой день столь проблематичным. Она слушала, не изменяя своей обычной непоколебимой концентрации на собеседнике.

И, вы, наверное, можете представить себе мое изумление, когда она вдруг вытащила из ящика своего стола освежитель дыхания! Я все еще продолжала говорить, и мне потребовалось все мое самообладание, чтобы продолжать, словно ничего не происходит, когда на другом конце стола она широко открыла рот и брызнула туда несколько раз из флакона.

Я была поражена, если не сказать больше. Насколько еще невежливее можно было себя повести, ведь личная гигиена – очень интимная вещь! Для себя я решила, что, оказывается, я все время представляла ее себе неправильно. И, хотя я никогда никому не говорила об этом случае, мое личное уважение к ней ослабло. Шло время, и тот случай поблек в памяти – но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что он значительно уменьшил мое желание советоваться с ней.

Несколько месяцев спустя по школе пошел слух, что наша дорогая директриса оказалась в больнице с приступом астмы. И только тогда я поняла, что ее «освежителем дыхания» был на самом деле кислородный баллончик! Как же я могла так горько ошибиться?!..

Для маленьких детей авторитетными являются две категории людей – их родители и учителя. И, если большую часть времени дети проводят с учителями, то наша родительская обязанность – поддерживать авторитет людей, занимающихся образованием наших детей. Судить о педагогах благосклонно – значит, повышать уважение к ним наших детей.

Как мы уже упоминали, попытка благосклонного суждения не препятствует выяснению обстоятельств. Это – наш долг перед детьми. Однако они должны видеть, что мы всегда с уважением говорим с их учителями и об их учителях.

Проведя свой первый день во втором классе, моя дочь вернулась домой в слезах: «Не хочу учиться у этой учительницы. Одной девочке нужно было в туалет, а она не разрешила ей выйти из класса. А потом девочка набила себе шишку, а учительница не разрешила ей плакать».

Первое, что мне хотелось сделать – посочувствовать. Но потом я попыталась собрать всю мою способность к благосклонному суждению и продемонстрировать это дочери. «Ну, сегодня ведь был только первый день занятий, и учителю нужно быть строгим, иначе дети сядут ей на голову». Но моя девочка была непреклонна. Я даже начала думать, что это будет очень сложный год для нас – год борьбы с этим педагогом. Но вслух я этого не сказала. Вслух я сказала: «В вашу школу берут только хороших учителей. Может быть, она была чем-то расстроена сама или у нее что-нибудь случилось». – «Нет, мамочка! Позвони ей! Позвони директору!»

Мне удалось сохранить спокойствие, и я сказала: «Мы подождем несколько дней. Я уверена, что она хорошая. После первого дня в школе этого просто не видно. Ты должна дать ей шанс тебе понравиться!» Мне не удалось полностью убедить дочку, но, к счастью, она отвлеклась на что-то еще (сказать честно, я и сама не была уверена на все 100%, но очень надеялась, что мои слова верны).

Вернувшись из школы назавтра и пообедав, моя девочка подошла ко мне и сказала: «Мам, а знаешь, что?» – «Нееет, что?» – «Наша учительница – на самом деле добрая. Она много интересовалась мной сегодня, и я правда думаю, что вчера она просто была чем-то огорчена».

Недовольство учеников учителем – вовсе не доказательство некомпетентности последнего. И, хотя мы должны испытывать сочувствие, прислушиваясь к опасениям наших детей, мы должны быть и мудрыми, не принимая эти сведения за неоспоримую истину. Не прояснив ситуации, мы рискуем оказаться в ловушке осуждения и нанести педагогам вред. Один мудрый учитель имел обыкновение предупреждать родителей в начале каждого учебного года: «Давайте, заключим с вами соглашение: если вы пообещаете не верить всему, что ваши дети будут говорить вам обо мне, я не буду верить всему, что они будут говорить мне о вас!»

Или, как говорила одна очень опытная мама, когда ее старшая дочь стала учителем, у младших детей просто открылись глаза, и все они поняли, что у любой истории всегда есть другая сторона!

Приобрети себе друга и суди о нем благосклонно

Если мы не стараемся благосклонно относиться к нашим друзьям, сможет ли дружба длиться многие годы? Ведь даже между друзьями (и, особенно, близкими), существует множество поводов для непонимания. Чем ближе мы друг другу, тем больше недостатков замечаем, тем больше проходим испытаний.

Сара приезжала в поселение Л. много лет подряд, а Рахель оказалась там впервые. Вот рассказ Сары:

Рахель очень хотела, чтобы мы стали подружкам с прошлого лета, но Рахель, будучи новенькой, похоже, очень хотела, чтобы я дружила с ней. Она всегда заходила ко мне выпить кофе, предлагала помощь или приглашала куда-нибудь вместе пойти. Мы много времени проводили вместе, и наша дружба крепла.

Рахель очень нравилась мне, я к ней очень привязалась. Через несколько недель мы были неразлучны. Оглядываясь назад, я вижу, что стала очень зависимой от нее …или даже одержимой новой подругой.

Представьте наше поселение в очень знойный субботний день, когда лучшее – сидеть дома с включенным кондиционером. В такую погоду редко кого увидишь на тамошних извилистых улицах. Было 4:30 дня, время начала субботнего урока. Я вышла на веранду посмотреть, нет ли кого на улице, хотя мне совсем не верилось, что кто-то отважится выйти из дому в такую жару.

Я постояла на веранде несколько минут и вдруг вдалеке заметила Рахель. Мы пожелали друг другу доброй субботы, но она шла дальше. Сначала я хотела остаться дома, но передумала: зачем пропускать хороший урок? Поэтому вернулась на веранду и окрикнула Рахель: «Ты идешь на урок?» Но она не ответила.

Я снова крикнула: «Подожди, я тоже пойду». Но она снова не ответила и даже не обернулась на мои крики. «Что такое происходит?…» ? не могла я понять.

Я быстро переоделась и побежала в зал, где раньше Рахель обычно сидела и ждала меня. Но вошла и увидела, что вместо этого моя «лучшая подруга» шепчется о чем-то с другой женщиной.

Комок подступил к горлу; я понимала, что если не уйду оттуда как можно быстрее, то разрыдаюсь при всех. Прибежав к себе в бунгало и, еле успев захлопнуть дверь, я залилась горькими слезами, давая выход всей боли и страданиям.

Даже перестав плакать, я все никак не могла успокоиться: что такого я сделала ей? И это что – подруга? Чувство горечи и обиды переполняло меня; я знала, что больше не смогу смотреть ей в глаза.

Назавтра я вела себя очень отстраненно и… Рахель все поняла. Что-то изменилось, наша дружба перестала существовать. Это лето оказалось для меня таким печальным. Все наше веселье с ней, все доброе, пережитое вместе, вся близость – исчезли.

Поселение – весьма небольшая территория, и избегать ее полностью не получалось. А быть рядом и даже не здороваться было слишком больно. Нужно ли мне было просто собрать вещи и уехать домой? Но как я могу так подвести детей из моей группы? В конце концов, передумав все возможные варианты, я решила, что мне нужно собраться с силами, взять себя в руки. Продолжать так было невозможно, поэтому я решилась поговорить с Рахелью.

Однажды днем, когда ребятишки играли на улице, я постучала в ее дверь. Открыв, она очень удивилась и смущенно впустила меня внутрь.

Я не знала, с чего начать разговор, потому невнятно пробормотала что-то вроде: «Мне просто хотелось узнать, почему ты игнорировала меня и не ответила на мой вопрос, когда шла на субботний урок. Я же спросила тебя, не туда ли ты идешь, и попросила подождать меня».

Рахель удивленно взглянула на меня: «Сара, я не знаю, смеяться мне или плакать. Может, я о чем-то замечталась в тот момент или просто была очень далеко от твоего бунгало… Но, Сара, я совсем не слышала, что ты меня звала!»

Уже тысячи лет еврейский народ исполняет эту заповедь, оттачивая качество, улучшающее наше эмоциональное и физическое здоровье, обезвреживающее злословие, усмиряющее гнев и унимающее обиды! Эта заповедь дала нам то, чего пытается достичь вся планета: общественный порядок, успех в образовании и мир между людьми. Быть частью народа хотя бы ради нее одной – это уже огромная честь и гордость!