1. Методологические основы анализа источников и движущих сил развития общества

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

1. Методологические основы анализа источников и движущих сил развития общества

Как отмечалось[270], в рамках исторического материализма существуют два основных взаимосвязанных подхода к объяснению истории общества — естественноисторический и субъектный. Поэтому и решение вопроса о причинах развития общества с позиций каждого из этих подходов имеет свою специфику.

С точки зрения первого подхода история рассматривается в плане соотношения различных срезов человеческого общества, социальных факторов, к которым относятся и производственные отношения, и деятельность субъектов исторического развития: индивидов, социальных групп, классов. Этот подход и следует считать формационным, или естественноисторическим.

Что касается субъектного подхода, то он имеет целью выяснить вопрос, является ли история результатом деятельности отдельных выдающихся личностей или деятельности народных масс — творцов истории, ее движущих сил. Как известно, исторический материализм исходит из признания народа творцом истории. Но такое решение данного вопроса в конечном счете определяется первым подходом. К. Маркс и Ф. Энгельс, выдвинувшие положение о всемирно-исторической роли пролетариата, определили и роль отдельных личностей, связав с различными аспектами и характером их деятельности все преобразования в сфере материального производства и социально-политических отношений. Субординация сфер деятельности и складывающихся в них отношений в итоге определяет социальную функцию, историческую роль тех или иных социальных групп и отдельных личностей в общем историческом процессе.

Субъектный подход, как видно, обусловлен естественноисторическим подходом. Он предполагает рассмотрение субъектов исторического процесса (индивидов, социальных групп, производственных коллективов, классов, народностей, наций, народов) как целостных явлений, каждое из которых характеризуется всей системой общественных факторов (той или иной деятельностью, общественными отношениями и т. д.). Тем самым реальный исторический процесс как бы охватывается с двух сторон — объективной и субъективной. Субъектный подход реализуется при исследовании социальной жизни общества.

Таким образом, оба подхода — естественноисторический (формационный) и субъектный — диалектически обусловливают друг друга. Причем понятие естественноисторического характера развития общества не исключает, а предполагает исторически преобразующую, революционную деятельность людей. «Совпадение изменения обстоятельств и человеческой деятельности, — писал К. Маркс, — может рассматриваться и быть рационально понято только как революционная практика»[271].

Вместе с тем активное участие человека в историческом процессе не выводится марксизмом из неких «вечных» свойств человека. Признание «вечных» свойств индивидов в качестве объясняющего принципа исторического развития послужило основой появления антропологизма, субъективной социологии, идеалистической интерпретации истории. Хотя люди и выступают творцами своей истории, их воля и интересы не образуют простую сумму. Как отмечал Ф. Энгельс, история складывается из столкновений преследующих свои цели и интересы людей. Но в ходе этих столкновений проявляются непреложные законы истории.

Исторические законы имеют причинно-следственный характер, в их основе лежит целая система причин, которые сталкиваются, пересекаются и значение каждой из которых не всегда очевидно. Эта система причин имеет объективный характер, что обусловливает и объективный (естественный) характер исторического процесса. Но это не является их единственным свойством. Причины общественного развития обладают спецификой, поскольку присущи только социальной форме движения, общественному организму, находящемуся в постоянном процессе превращения[272]. Необходимым условием существования общества является его органическая связь с природой, но оно развивается по своим законам, отличным от законов природы. К. Маркс писал, например, что «природа в такой же мере источник потребительных стоимостей (а из них-то ведь и состоит вещественное богатство!), как и труд, который сам есть лишь проявление одной из сил природы, человеческой рабочей силы»[273]. Социальный детерминизм, таким образом, учитывает природные основы общества, но он исходит из того, что качественная особенность общественной формы движения материи связана прежде всего с системой социальных причин развития общества.

Одним из достижений исследования социального детерминизма за последние годы является расчленение социальных причин развития общества на источники и движущие силы этого развития[274]. Но такое расчленение не всегда проводится однозначно. В литературе встречаются по крайней мере три рода такого расчленения, которые нельзя смешивать друг с другом, хотя они и связаны между собой. Эти три рода расчленения обусловлены соответственно тремя разными подходами, два из которых нами обозначены и которые с самого начала присущи историческому материализму.

Третий подход является наиболее общим. Он порожден скорее соображениями, связанными с пониманием природы категорий диалектического материализма, и опирается на идею особой роли противоречий в развитии. Так, иногда полагают, что противоречия — источник развития, а движущие силы — способ их разрешения[275]. Данный подход, хотя и является шагом вперед в изучении источников и движущих сил, не дает четких критериев для их различия. На этом общеметодологическом уровне скорее можно увидеть общее между понятиями источников и движущих сил, связав их с противоречиями. Как известно, в работах классиков марксизма-ленинизма противоречия рассматривались в качестве и источника, и движущей силы. Так, В. И. Ленин, характеризуя различие между метафизической и диалектической концепциями развития по вопросу о противоречиях, писал:

«При первой концепции движения остается в тени самодвижение, его двигательная сила, его источник, его мотив (или сей источник переносится во вне — бог, субъект etc.). При второй концепции главное внимание устремляется именно на познание источника „с а м о“ движения»[276]. В. И. Ленин, как видим, ставил рядом понятия «двигательная сила» и «источник», подчеркивая общее в них при характеристике противоречий.

Различие между ними возникает на уровне выяснения особенного, т. е. когда анализируются функциональные характеристики тех или иных противоречий или каких-либо факторов. Но едва ли это функциональное различие состоит в том, что источники есть противоречия, а движущие силы — способы их разрешения. Во-первых, в этом случае противоречие интерпретируется очень узко, только как препятствие, которое надо преодолевать, в то время как В. И. Ленин видел в противоречии источник самодвижения, саморазвития явления, т. е. двигатель прогресса[277]. Во-вторых, если речь идет о социальных явлениях как движущих силах, то вряд ли мы найдем такое явление, которое само не было бы противоречивым и его внутреннее противоречие в свою очередь не требовало бы разрешения. В таком случае каждое явление пришлось бы рассматривать, с одной стороны, как движущую силу, а с другой — как источник развития, что и делают авторы, которые рассматривают эту проблему на общеметодологическом уровне[278].

Вероятно, общий подход, неучитывающий особенного в социальных явлениях, мешает видеть различие между источниками и движущими силами, их особенные моменты наряду с общими. Диалектика общественного развития требует учитывать не только общее, но и особенное конкретных форм движения материи, что в конце концов должно найти свое обобщение и на общефилософском уровне[279].

Таким образом, общий подход к конкретным проблемам источников и движущих сил необходим, но он недостаточен. Вероятно, ограничение исследовательских задач при решении проблемы источников и движущих сил развития общества общеметодологическим подходом является одной из причин, не позволивших отдельным авторам провести действительное различие между ними.

Мы остановимся прежде всего на подходе, связанном с пониманием развития общества как естественноисторического процесса и анализом социальных явлений как причинных факторов. Но прежде чем перейти к анализу причин общественного развития, следует сделать одно общеметодологическое замечание. Причина (или следствие) — это не просто какой-то фактор или явление, а его функция, свойство, которое проявляется в отношении к другим факторам или явлениям. Каждый социальный фактор может выступать в одном отношении причиной, а в другом — следствием. Точно так же если речь идет о системе причин, то всегда нужно иметь в виду, какой объект или общественный фактор анализируется. Безотносительно к объекту невозможно говорить о том, что тот или иной социальный фактор выполняет функцию причины. Строгое выделение объекта воздействия позволяет увидеть и разную роль причин, и их разделение на источники и движущие силы. Например, можно говорить о причинах развития производительных сил, производственных отношений, базиса, надстройки.

В этом случае речь идет об определенных явлениях, что позволяет найти критерии, по которым одни причины выполняют роль источника, другие — движущей силы. Но если говорить об обществе в целом, то тут теряется определенность, так как общество обладает множеством сторон, на которые воздействуют разнообразные причины. И тогда возникают реальные затруднения в делении причин развития на источники и движущие силы.

В литературе вопрос об источниках и движущих силах оказался наиболее разработанным, по нашему мнению, применительно к производительным силам как объекту воздействия целой системы социальных факторов. Это было обусловлено дискуссией 50-х годов, в ходе которой были тщательно проанализированы функции и роль многих социальных факторов, воздействующих на производительные силы[280]. В итоге дискуссии была сформулирована концепция источников и движущих сил развития производительных сил, которые расчленялись по принципу непосредственных и опосредованных факторов их развития[281]. Впоследствии эта точка зрения нашла поддержку и дальнейшую разработку у ряда авторов[282]. В I томе «Материалистической диалектики» она получила общеметодологическое оформление[283], поскольку нашла свое подтверждение и в сфере биологических объектов[284]. На необходимость расчленения причин развития на источники и движущие силы в общеметодологическом плане указывали и другие авторы[285].

Общеметодологической основой разделения причин развития общества на две основные группы служит положение В. И. Ленина о раздвоении единого и познании противоречивых частей его как сути диалектики[286]. Эта мысль В. И. Ленина относится к любым процессам материального мира, включая причинность.

Поскольку речь идет о системе причинных факторов, постольку «раздвоение» единой системы причинности на противоположные части есть безусловное требование диалектики при познании этой причинности. При этом, однако, возникает вопрос: по какому критерию осуществлять такое «раздвоение»? Критериев может быть много, несомненно одно: если «раздвоение» осуществлено правильно, то такому «раздвоению» должна удовлетворять целая система критериев. Важно также найти исходный критерий. Он, по-видимому, должен указывать на основное, противоположное различие в функциях, ролях двух групп причинных факторов. Нами берется в качестве исходного критерий непосредственной и опосредованной роли причинных факторов по отношению к определенному объекту, изменения в котором рассматриваются как следствия.

Чтобы анализ проблемы непосредственных и опосредованных причинных факторов был предметным, обратимся к наиболее разработанной в литературе системе причинных факторов развития производительных сил. Поскольку этот анализ не раз воспроизводился, кратко перечислим непосредственные (источники) и опосредованные (движущие силы) факторы развития производительных сил. К источникам их развития относятся конкретный труд; естественноисторическая дифференциация труда; образование (подготовка кадров); наука. К движущим силам — производственные отношения; потребности; классовая борьба в антагонистических формациях, морально-политическое единство и сплоченность при социализме; капиталистическая конкуренция и социалистическое соревнование; материальный и моральный интерес; профессиональный и научный интерес и др.[287]

Разделение причинных факторов развития производительных сил (включая человека, науку, технику) на две группы по принципу непосредственного и опосредованного характера причинности, осуществленное, в свое время на основе простого сопоставления функций, в действительности имеет под собой глубокое основание и традиции в марксизме. Это основание лежит в двойственном характере труда, открытом К. Марксом. В письме Ф. Энгельсу он писал по поводу «Капитала»:

«Самое лучшее в моей книге: 1) подчеркнутый уже в первой главе двойственный характер труда, смотря по тому, выражается ли он в потребительной или в меновой стоимости (на этом основывается все понимание фактов)…»[288]

Идея о двойственном характере труда[289] может служить важным методологическим основанием для разделения причин развития производительных сил на непосредственные, связанные с конкретным трудом, и опосредованные, связанные с абстрактным трудом. Именно конкретный труд является главным источником развития производительных сил, а образование, наука как виды деятельности, которые являются историческим результатом дифференциации самого процесса труда, находятся в определенной субординации по отношению к нему. Абстрактный труд органически связан с существованием производственных отношений, характер которых и обусловливает качественную специфику общества. Этим и определяется роль производственных отношений как главной движущей силы производительных сил. Остальные движущие силы либо прямо порождаются конкретной формой производственных отношений (например, классовая борьба при капитализме, морально-политическое единство народа при социализме), либо находятся в прямой зависимости от них (потребности, профессиональный, научный интерес).

Связь производственных отношений с абстрактным трудом, конечно, не означает, что точно так же с ним связаны любые человеческие потребности. Последние не являются формой деятельности человека, а выступают стимулом к получению тех или иных благ либо через труд, либо через какие-то другие действия человека.

Среди движущих сил развития производительных сил имеются детерминанты системного порядка и индивидуальные. Будучи объективными движущими силами, они по-разному осознаются людьми. Детерминанты системного порядка (производственные отношения), хотя и выражают качественную особенность общественной формы движения материи и являются в этом смысле определяющими, главными, например, по отношению к человеку, как правило, им непосредственно не осознаются. Но в силу своего объективного характера они заставляют человека действовать, исходя из существующей системы производственных отношений. Лишь на теоретическом уровне возникает сущностное понимание действия детерминант системного порядка.

В отличие от них индивидуальные детерминанты (например, индивидуальные материальные и духовные потребности) непосредственно осознаются человеком и выступают побудительными мотивами его действий и поступков. Эмпирическое осознание этого факта иногда дает повод говорить о них как о главных детерминантах человеческой деятельности[290]. Однако следует сказать, что вне общественных отношений не может быть ни человеческой деятельности, ни человеческих потребностей. Основной, движущей детерминантой в том и другом случае выступают производственные отношения, являющиеся специфической субстанцией общественной формы движения материи.

Преувеличение роли потребностей по сравнению с таковой у производственных отношений в развитии общества, которое иногда проникает в литературу, объясняется определенным преувеличением эмпирического факта существования и эмоционального переживания потребностей человеком. Идея же о производственных отношениях, выражающая системный характер общества, есть результат не только и не столько эмпирического, сколько теоретического мышления[291]. Как видно, среди движущих сил развития производительных сил существует субординация, в которой производственные отношения выступают его главным опосредованным фактором.

Противоречивое взаимодействие источников и движущих сил является конечной причиной (causa finalis) развития производительных сил. Вместе с тем материалистическая диалектика требует указания на такое взаимодействие, в котором есть определяющая и определяемая стороны противоречия, находящиеся в отношении субординации. Анализ показывает, что источники развития производительных сил, рассматриваемые как содержание системы причинности, первичны, выполняют определяющую роль, являясь непосредственным фактором развития. Движущие силы развития — это форма, вторичный, определяемый фактор, выполняющий роль опосредованной системы причин развития. Но как всякий вторичный фактор, движущие силы выполняют управляющую и направляющую функции, а источники развития — управляемы и направляемы. Например, направленность развития производительных сил в интересах определенных классов, в мирных или агрессивных целях и т. д. объективно обусловлена системой движущих сил, и прежде всего характером производственных отношений. Потребности же определяют конкретные формы потребительных стоимостей, которые создаются в материальном и духовном производстве, т. е. также задают известную направленность в развитии производства.

Таким образом, источники и движущие силы развития разнофункциональны, что выражается в «раздвоении» не только самих факторов, но и их функций.

Как можно видеть, источники развития выступают первичными и определяющими, однако подвержены управляющему и направляющему воздействию движущих сил — вторичных, определяемых факторов. Такая диалектика взаимодействия определяющего и определяемого имеет универсальный, всеобщий характер. Она указывает на активный, управляющий, целеполагающий, целенаправляющий характер формообразующих, вторичных, определяемых факторов.

Подобная разнофункциональность источников и движущих сил развития производительных сил позволяет не только увидеть противоречивое взаимодействие между ними как источник и «конечную» причину развития, но и решить вопрос о причинности с позиций материалистической диалектики (что первично, а что вторично; что определяет, а что определяется и т. д.). Слово «конечный» мы ставим в кавычки, так как это не единственная конечная причина, а система взаимодействующих причин, и поэтому словосочетание «конечная причина» до некоторой степени условно, относительно.

Если теперь с позиций концепции источников и движущих сил развития поставить вопрос о том, что первично — общественные отношения или деятельность[292], то на него можно ответить следующим образом. Деятельность, труд является источником развития производительных сил, т. е. первичным фактором. Как известно, производственные отношения, являясь главным компонентом общественных отношений, играют роль движущих сил. Взаимодействие между ними и есть конечная причина. Материалистическое же решение вопроса о природе этого взаимодействия состоит в утверждении, что развитие производительных сил осуществляется при определяющей роли деятельности и соответственно управляющей функции общественных отношений. Система источников и движущих сил, обеспечивающая «самодвижение» производительных сил, представляет собой систему объективных факторов. Но объяснение «самодвижения» было бы неполным, если бы мы не учли роли субъективного фактора, который при социализме начинает играть принципиально иную, более активную роль по сравнению с той, какую он играет при капитализме[293].

Субъективный фактор выступает здесь в качестве управляющего, направляющего и в этом смысле выполняет функцию движущих сил производительных сил. Но это движущая сила особого рода. В отличие от движущих сил объективного характера, которые действуют независимо от того, осознаны они или неосознаны, движущая роль субъективного фактора проявляется в тем большей степени, чем более он связан с глубоким пониманием законов общественного развития, с интересами прогрессивных сил. Субъективный фактор при социализме выражается в осознанной, основанной на самой передовой общественной науке — марксизме-ленинизме деятельности Коммунистической партии, социалистического государства, общественных организаций, а также широких масс трудящихся, вдохновляемых идеалами борьбы за мир, социальный прогресс, коммунистическое будущее человеческого общества. Роль субъективного фактора проявляется в воздействии на всю систему источников и движущих сил развития производительных сил, которые играют роль объективных причин. Как подчеркивал Ф. Энгельс, общество достигает высшей ступени свободы, когда все причины общественной истории поступают под контроль человека[294].

Взаимодействие между объективным и субъективным факторами выступает источником (основанном на противоречии) развития производительных сил и общества в целом, как и взаимодействие в рамках объективного фактора — между источниками и движущими силами развития производительных сил, а в определенном смысле и общества в целом.

Мы коротко рассмотрели вопрос о системе причин развития производительных сил. Но поскольку их развитие является высшим критерием общественного прогресса, постольку можно сказать, что субординация между указанными причинными факторами приобретает моменты абсолютного значения в отношении других социальных явлений и процессов и общества в целом. Мы говорим о моментах абсолютного, так как исключения возникают тогда, когда какой-либо из факторов, рассматривавшийся как причинный, анализируется как следствие воздействия других факторов. Например, производственные отношения, которые выполняют роль главного двигателя развития производительных сил в сложной системе социальных причин, не рассматриваются как таковые, когда их собственное развитие анализируется как следствие действия других причин. Роль главного двигателя в системе причин развития производственных отношений играет какой-то другой фактор. Это может быть надстройка, выступающая в качестве управляющего и направляющего фактора.

Вообще все, что связано с действием субъективного фактора, очевидно, следует считать движущей силой общественного развития, например надстроечные явления. С этой точки зрения противоречие внутри способа производства, т. е. между производительными силами и производственными отношениями, есть источник развития общества, а движущими силами являются другие стороны общественной жизни. Например, в условиях антагонистических формаций классовая (и экономическая, и политическая) борьба служит движущей силой развития производственных отношений в рамках формаций (экономическая борьба) и смены общественно-экономических формаций (в результате высшей формы классовой борьбы — революции). Революции — это локомотивы истории, писал К. Маркс[295].

Как говорилось, потребности людей в качестве движущей силы развития особо проявляются в ходе истории. Они выступают необходимой предпосылкой деятельности людей, поэтому можно сказать, что они суть условия исторического развития общества. Однако деятельность людей определяется не только их потребностями, но и закономерным ходом классовой борьбы, расстановкой классовых сил, которая определяется в конечном счете ступенью развития материального производства.

При социализме надстройка выступает и движущей силой. Хотя производственные отношения в своем развитии подчиняются закону соответствия уровню и характеру производительных сил, надстройка регулирует их развитие. Например, распределение осуществляется не просто по труду, в результате чего могли бы удовлетворяться потребности, развитые односторонне (например, потребности в вещах), а с учетом необходимости развития человека и первостепенного удовлетворения его самых насущных потребностей. Такое распределение предполагает использование общественных фондов потребления, регулируемых государством в интересах развития человека, а не только в целях удовлетворения материальных потребностей. Именно поэтому общественные фонды предназначены для обеспечения бесплатного образования, медицинской помощи, для организации отдыха и т. д., одним словом, для развития человеческой личности.

Как известно, В. И. Ленин отметил недостаточность указаний на то, что социалистическое производство служит удовлетворению общественных потребностей. Он писал, что для социализма характерна организация производства «не только для удовлетворения нужд членов, а для обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества»[296]. Ясно, что указанная цель требует организующего воздействия на процессы распределения материальных благ, но с учетом уровня развития производительных сил. В. А. Медведев отмечает, что «общество располагает большой степенью свободы выбора вариантов повышения благосостояния, понятно, в пределах имеющихся в его распоряжении ресурсов. Эта свобода и позволяет планомерно формировать структуру потребления таким образом, чтобы шаг за шагом приближаться к коммунистическому идеалу гармонически развитой личности»[297]. Таким образом, движущая роль социалистической надстройки состоит в том, чтобы придать историческому процессу направленность в интересах развития человека и всего общества.

Выделение источников и движущих сил развития всегда связано с тем, о каком явлении в обществе идет речь. Эти явления можно представить в виде определенных срезов общества, или сфер деятельности, жизни. Так, общество можно рассматривать по следующим срезам: 1) производительные силы; 2) экономический базис (система производственных отношений); 3) надстройка. Каждый из этих срезов имеет свою систему причин развития, причем в рамках материалистического понимания истории, как известно, формулируется закон об определяющей роли производительных сил по отношению к производственным отношениям и закон об определяющей роли базиса по отношению к надстройке.

Итак, разделение причин развития общества на источники и движущие силы имеет важное методологическое значение. Оно позволяет определить в качестве источников такие факторы, которые выражают момент движения, созидания, изменения, накопления тех или иных изменений, а в качестве движущих сил — те факторы, которые придают направленность этим изменениям, будь то движущие силы объективного характера или движущие силы, связанные с деятельностью субъективного фактора. Поэтому уже в самой причинности как системе социальных факторов заложены возможности определенной направленности общественного развития. Детерминация обусловливает и возможности, и действительный характер развития, которые рассматриваются под углом зрения вопроса, «как» совершается это развитие и «куда» оно направлено. Кроме проблемы источников и движущих сил развития общества важное место занимает вопрос об основном противоречии как источнике развития общества[298]. По этому вопросу существуют две точки зрения. Одни авторы считают основным противоречие между производительными силами и производственными отношениями[299], другие — между производством и потребностями[300].

В первом случае определяющую роль играют производительные силы в их воздействии на производственные отношения. В другом — определяющей стороной является производство по отношению к потребностям. Эти два вида противоречий не равнозначны по своим функциям. В них как бы сталкивается историческая активность человека с исторической закономерностью развития общества. Поэтому если вопрос об основном противоречии общества трактовать не в духе жизненной важности решения его для человека, т. е. что более и что менее важно для него с точки зрения гуманистических идеалов, а в том смысле, какое противоречие выступает источником закономерного развития всего общества, а это и является, на наш взгляд, единственно верным для понимания естественноисторического характера развития общества, то исторический материализм уже дал ответ на него. Материалистическое понимание истории, в основе которого лежит признание определяющей роли производства, указывает и основное противоречие, которое обусловливает характер других противоречий. Так, основное противоречие капитализма — это противоречие между общественным характером производительных сил и частным способом присвоения. Остальные противоречия — классовая борьба и т. д. — являются следствием основного противоречия.

Продолжая эту общеметодологическую идею применительно к социализму, можно сказать, что и здесь основное противоречие общества как объективный источник его развития заключено во взаимодействии производительных сил и производственных отношений. Но при социализме оно имеет неантагонистический характер, и это определяет неантагонистический характер производных от него противоречий (основанных, например, на существовании товарно-денежных отношений при социализме).