Человек и миф

Человек и миф

В отличие от многих других мудрецов и духовных наставников древнего Китая о Конфуции, на первый взгляд, известно очень многое. Прежде всего, он обладает настоящей биографией – хроники донесли до нас и даты его жизни и описания странствий по Китаю от двора одного правителя к другому, по записям его учеников можно увидеть и характер Конфуция – строго ментора и тонкого наставника, человека страдающего и твердого, чувствительного и непоколебимого. И именно за счет этой кажущейся противоречивости и драматичности жизни этот человек, живший две с половиной тысячи лет назад, оказывается чрезвычайно обаятелен.

Не меньший драматизм образу Конфуция добавляет сама история его жизни, которая на первый взгляд, кажется абсолютно тривиальной для книжных людей того времени.

В сущности, он был одним из многих служивых людей – ши, происходивших в основном из числа «малых домов» – разорившихся аристократических семей, некогда славных, но ныне не обладавших ни особой властью, ни тем более богатством. Знаком их жизни становится само служение, причем смена господина, переезд от одного двора одного правителя к другому считалось нормой этого служения.

О себе Конфуций не любил рассказывать, а свой жизненный путь сумел описать в нескольких строках: «В пятнадцать лет я обратил свои помыслы к учёбе. В тридцать лет я обрёл самостоятельность. В сорок – сумел освободиться от сомнений. В пятьдесят лет я познал волю Неба. В шестьдесят лет научился отличать правду от лжи. В семьдесят лет я стал следовать желаниям моего сердца и не нарушал ритуала» (II, 4).

«Достигший высшей мудрости первоучитель Кун-цзы» – портрет канонизированного Конфуция из книги XIV в.

В этом высказывании – весь Конфуций как человек и как идеал традиции. Его путь от учёбы через познание «воли Неба» к свободному следованию «желаниям сердца» и добровольному соблюдению норм поведения, которые он считал священными, «небесными», стал нравственным ориентиром всей китайской традиции. Его учение весьма многогранно: оно включает в себя совокупность духовных и социальных норм, которые передавались из поколения в поколение на протяжении почти 2,5 тыс. лет.

Правила эти касались воспитания человека, определяли его поведение в семье, на службе и в обществе, устанавливали способ мышления. До сих пор именно конфуцианство служит тем источником, из которого исходит огромный духовный заряд, свойственный всей китайской нации.

Мэн-цзы (372–289 до н. э.), последователь учения Конфуция, поведал о многих несчастьях Учителя, который тот испытывал в своих странствиях

Но вот вопрос – откуда исходит эта удивительная мудрость Конфуция? Каким знанием должен был обладать этот человек, что его импульс не только сохранился на тысячелетия, но и стал государственной доктриной всего Китая? Один из крупных западных ученых, пытаясь дать ответ на вопрос о причинах возвышенного одиночества и величия Конфуция, пришел к парадоксальному выводу: он был крайне несчастен с женой (что можно прочитать меж строк некоторых его высказываний), а поэтому отправился в странствия со своими учениками, посвятив себя наставлениям и обучению.

Разумеется, можно и так объяснить величие Учителя, но если бы именно неудачливая женитьба была бы причиной рождения всякого мудреца, то Конфуций затерялся в толпе миллионов себе подобных неудачников-философов.

Порою мы бессильны логически объяснить успешность проповеди Конфуция, ее удивительную витальную силу. И как мы покажем, ответ на этот вопрос заключен не в том, что говорил Конфуций, а скорее в том, о чем он отказывался говорить.

Культ Конфуция создавался уже после его смерти – при жизни он не был особо почитаем и ценим. На месте его рождения был сначала воздвигнут небольшой алтарь, через много веков превратившийся в огромный храмовый комплекс. Однако впервые китайский император совершил на этом месте поклонение Учителю лишь в 195 г. до н. э., т. е. лишь через три века после его ухода из жизни, когда Конфуций стал уже превращаться в легенду. В 37 г. н. э. императорским указом его впервые жалуют посмертными титулами и чинами, т. е. по сути награждают не его, а задабривают духа предка, старясь правильно договориться с ним и перевести в разряд духа-защитника и покровителя. Наконец в 58 г. ханьский император Мин-ди, прославившийся своими предпочтениями к конфуцианским трудам, открывает особый школы, где изучались наставления учителя, а на следующий год приказывает совершать по всей стране жертвоприношения в честь Конфуция – скромный чиновник из Лу окончательно превратился в духа предка. Вскоре он действительно объявляется центральным духом государственного культа. Уже после своей смерти Конфуций стал продвигаться по китайской иерархической лестнице. Императорскими указами он был пожалован многочисленными высокими титулами, а в 1106 г. его стали даже именовать «правителем».

В 1008 император Чжэнь-цзун совершает пышный обряд поклонения Конфуцию, а через два года повелевает построить храмы Конфуция во всех городах и округах по всей стране. Он оказался обожествлен и как небожитель – «Старый наставник абсолютной мудрости», что поставило его в один ряд с даосскими бессмертными небожителями и народными героями.

Не сложно заметить, что речь идет уже не столько о человеке Конфуции, сколько о том особом духовном существе, которое занимает место предка-защитника всей китайской нации. Обедневший аристократ Кун Цюй из царства Лу столь же связан с обликом «мудрец Куна», сколь и отличен от него.

Великий неоконфуцинец Чжу Си (1130–1200). Именно он составил самое пространные комментарии на труд Конфуция и был одним из тех, кто изменил первоначальный смысл мистической проповеди Учителя

Существует вполне стандартное изложение основных взглядов, что проповедовал Конфуций. Это изложение его взглядов частично вытекает их трактовки сборника его высказываний «Лунь юй», но в большей мере – из значительно более позднего понимания роли Конфуция, суть которой была услужливо представлена более поздним поколениям, прежде всего группой философов-неоконфуцианцев. Безусловно, самой значимой фигурой в трактовке версии «Конфуций – философ» явился блестящий ученый Чжу Си (XIII в.), составивший пространные комментарии на каждый параграф «Лунь юя». И именно на эти комментарии, на менторские посылы о том, как надо понимать Учителя, и опирались все последующие поколения китайских ученых-книжников, западных переводчиков и европейских исследователей. Постепенно самой политической культурой Китая Конфуций методично был превращен из духовного наставника узкой школы в социально-политического мыслителя.

Что может служить источниками о жизни великого учителя? Если отложить в сторону многочисленные биографии, написанные через сотни, а то и тысячи лет после смерти Конфуция, и еще более многочисленные легенды, то таких источников немного.

Большинство историй о Конфуции носят довольно поздний характер. Естественно, это, прежде всего сборник его речений и поступков «Лунь юй» (обычно переводимый как «Суждения и беседы»). «Лунь юй» однако не представляет собой систематического и подробного изложения событий из жизни Конфуция. Много эпизодов можно почерпнуть из «Цзо чжуань» – «Хроник Цзо», подробных, но как всегда фрагментарных родовых записей из истории царства Лу, точнее – области Цзо, где родился и жил Конфуций. Часть историй и высказываний Конфуция вошла в большой компендиум «Ли цзи» – «Записки о ритуале», по своему содержанию частично повторяющие высказывания «Лунь юя».

Таким образом, число записей, непосредственно примыкающих к жизни Конфуция, не велико, а поэтому детальность его биографии лишь кажущаяся. Учитывая, что многие первичные источники переписывались, дополнялись и подправлялись, а образ Конфуция постепенно корректировался в соответствии с государственными запросами, то точность его биографии вообще должна вызывать большие сомнения. Впрочем, то же самое и порою даже в большей степени относится ко всем китайским духовным наставникам древности.

Немало преданий о Конфуции передает его последователь Мэн-цзы (ок. 372–289 до н. э.), причем по своему содержанию (хотя и не текстуально) они совпадают с «Лунь юем». На первый взгляд, его весьма подробную биографию предоставляет нам историк Сыма Цянь в его «Исторических записках» («Ши цзи», I в. до н. э.), но все же он скорее передает устные предания, которые по прошествии нескольких столетий с эпохи жизни Конфуция оказывались весьма неточны. Вообще, Сыма Цянь излагает скоре не точные факты, сколько комплекс преданий и мифов, рассказывающих о Конфуции именно как о наставнике и образчике для подражания.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

2. ЧЕЛОВЕК И БОГ

Из книги Слово о слове автора Елизаров Евгений Дмитриевич

2. ЧЕЛОВЕК И БОГ 2.1. Творчество и творение Две поставленные рядом категории – нравственность и творчество заставляют обратиться к такой форме общественного сознания, как религия, – ведь именно там они впервые были объединены. Больше того, именно эти понятия образуют


Человек истинный и человек трансцендентный

Из книги Очерки о традиции и метафизике автора Генон Рене

Человек истинный и человек трансцендентный Ранее нам уже приходилось говорить об «истинном человеке» и о «человеке трансцендентном», и здесь мы вернемся к этой теме, чтобы сделать несколько дополнительных уточнений; прежде всего следует отметить, что хотя «истинного


6. Человек

Из книги Введение в философию автора Ясперс Карл Теодор

6. Человек Что такое человек? Как тело он исследуется физиологией, как душа — психологией, как социальное существо — социологией. Мы знаем о человеке как о природном существе, природу которого мы познаем подобно природе других живых существ, и как об историческом


ЧЕЛОВЕК

Из книги Мелхиседек. Книга I. Мир автора Нюхтилин Виктор


Человек 2

Из книги Мелхиседек. Книга 2. Человек автора Нюхтилин Виктор

Человек 2 Исходя из всего сказанного до этого, мы должны, как представляется, прежде всего, отказаться от самой мысли придавать задачам человека какие-то цели по преобразованию материального мира. Во-первых, этот мир не цель, а средство, а во-вторых, он не вечен, а в третьих,


Бог и человек

Из книги Христианство и философия автора Карпунин Валерий Андреевич

Бог и человек Для того чтобы более доступно истолковать взаимосвязь между Богом и человеком, попробую обратиться к строкам из оды Гаврилы Романовича Державина «Бог».Ода — это поэтический жанр, который был распространен в русской поэзии XVII–XVIII вв. Одами назывались


Человек и миф

Из книги Суждения и Беседы автора Конфуций

Человек и миф В отличие от многих других мудрецов и духовных наставников Древнего Китая, о Конфуции, на первый взгляд, известно очень многое. Прежде всего, он обладает настоящей биографией – хроники донесли до нас и даты его жизни, и описания странствий по Китаю от двора


Человек Маркса и человек Достоевского

Из книги Инерция страха. Социализм и тоталитаризм автора Турчин Валентин Фёдорович

Человек Маркса и человек Достоевского Маркс в своей исторической теории рассматривал человека как существо экономическое. Однако успех его теории, несмот­ря на ее полную беспомощность в предвидении событий, дока­зывает как раз обратную истину: человек не есть


[B. Человек]

Из книги Воля к власти. Опыт переоценки всех ценностей автора Ницше Фридрих Вильгельм

[B. Человек] 659Тело как руководящая нить. Если даже допустить, что «душа» была той соблазнительной и таинственной идеей, с которой философы не без основания решились расстаться только после некоторого сопротивления, то не следует ли считать то, на что им приходится


Человек

Из книги Свобода от смерти автора Клюев Александр Васильевич


ЧЕЛОВЕК И БОГ

Из книги Быть честным перед Богом автора Робинсон Джон

ЧЕЛОВЕК И БОГ Если утверждения о Боге есть утверждения о конечном смысле личных отношений, то мы должны согласиться, что Фейербах был прав в своем желании перевести “теологию” на язык “антропологии”. Он хотел вернуть божественные предикаты с небес на землю, откуда, как


3. Человек

Из книги Итоги тысячелетнего развития, кн. I-II автора Лосев Алексей Федорович

3. Человек Однако совершенно небывалым и самым замечательным созданием первичного Отца является не Гермес и не Демиург, а Человек. Герметические тексты всячески изображают его красоту и его силу, которая с разрешения Отца производит переворот во всем космосе.


5. ЧЕЛОВЕК

Из книги ВЛАСТЬ, ПРАВЛЕНИЕ И УПРАВЛЕНИЕ (часть1) автора Городников Сергей

5. ЧЕЛОВЕК Предки человекообразных обезьян, приматы, принадлежали к отряду млекопитающих. Приматы развивались, как животные, приспособленные для жизни на деревьях. Одновременно листоядные, плодоядные и насекомоядные они стояли посредине пищевой цепи и ежегодно рожали


Человек

Из книги Контуры грядущего. Энгельс о коммунистическом обществе автора Багатурия Георгий Александрович

Человек Конечная цель коммунистического преобразования общества – освобождение и всестороннее развитие человека. Эта цель была поставлена уже предшественниками научного коммунизма (59, II, 463; 62, II, 218). Маркс и Энгельс дали материалистическое обоснование ее, определили


ЧЕЛОВЕК

Из книги Вселенная философа автора Сагатовский Валерий Николаевич

ЧЕЛОВЕК


VII Человек

Из книги Игры Майи автора Гусман Делия Стейнберг

VII Человек Человек – это существо, которое, возможно, более всех запуталось в играх Майи.Это происходит потому, что в человеке, если обратиться к эволюционной лестнице, есть одновременно и что-то от камня, и что-то от растения, и что-то от животного, и нечто, что определяет