Вселенский ум и теория систем

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Вселенский ум и теория систем

Теперь давайте вернемся к физике, где мы можем говорить, что то, каким образом частицы компенсируют друг друга, представляет собой своего рода симметрию или уравновешивание. Уравновешивающая симметрия в поведении частиц делает неприменимой идею локальности. То, как частицы отражают друг друга и заигрывают друг с другом, обусловлено их сцепленностью в сфере ненарушенной целостности. Частицы спарены или взаимосвязаны. Они компенсируют друг друга, как будто их соединяет что-то вроде всемирного поля.

И люди, и частицы существуют в полях, обладающих системным характером, чем-то вроде собственного «разума» системы – тенденции к равновесию, целостности и самокомпенсации.

В пользу системных идей в науке недавно выступал Фритьоф Капра. Он цитирует Иммануила Канта (1790) как одного из первых философов, использовавших термин «самоорганизация» для объяснения природы живых организмов: «Мы должны думать о каждой части (таких систем) как об органе, создающем другие части (так что каждая часть взаимно порождает другую). Вследствие этого, (организм) будет как организованным, так и самоорганизующимся существом»8.

Эта идея сходна с гипотезой самоорганизации, которую предложил Джеймс Лавлок в книге «Эпохи Гайи». Его гипотеза Гайи предлагает свидетельство в пользу совместной эволюции живых организмов, климата Земли и ее коры. Вся Земля стремится к самосохранению. В более недавнее время биолог-холист Руперт Шелдрейк постулировал идею нефизического «морфогенетического» поля, порождающего системный разум, в качестве действующей причины развития и сохранения биологической формы9.

Лавлок использует термин «Гайя», который происходит от древнегреческого слова, означающего «мать-земля»; это антропная и мифологическая концепция, которая предполагает существование всеохватывающего человекоподобного ума. Лавлок предполагает – не объясняя в точности, как это может быть, – что наш мир обладает антропной природой, человекоподобной формой.

Если мы соединяем явно разумную, взаимосвязанную человеческую систему с гипотезой Гайи, то расширяем теорию Лавлока, включая в нее все поле взаимоотношений между всеми взаимодействующими чувствующими существами. Тогда мир, в котором мы живем, приобретает особое качество. Он становится единым целым, наполненным заигрывающими партнерами; все заигрывает со всем. Сам мир становится человекоподобным самоорганизующимся умом.

Каковы организующие начала этого ума? Возможно, этот вопрос лежит в самой основе теоретической физики; он составляет ядро теологии и столь же важен для психологии. Исходя из того, что мы узнали до этого, мы можем сказать, что в качестве одного из принципов этого вселенского ума выступает его симметрия. На уровне квантовых объектов эта симметрия проявляется как равновесие, то есть как «сохранение спина». В психологии она проявляется в нашей тенденции компенсировать поведение друг друга – не обязательно в тот же момент, но со временем обязательно. Другой аспект той же симметрии – это относящийся к НОР принцип отражающегося качества квантового заигрывания, тенденция партнеров взаимодействовать так, что мы не знаем, какой из них инициировал обмен в сфере НОР Такие явления заигрывания дают начало чувству нелокальности.

Еще один аспект симметрии вселенского ума можно назвать «равным доступом ко всем частям во времени». Позвольте мне объяснить. Всем нам известно, что значит быть самим собой. Я – Арни, и я отождествляю себя определенным образом. Но я много грежу об Эми и заигрываю с ней. В квантовом заигрывании я не могу определить местонахождение ее или моих сигналов. Я не могу определить, находится ли она внутри или вне меня; она и там, и там. В то же время я в достаточной степени Арни, чтобы иметь общее представление о ситуации. С этой точки зрения я могу видеть, что иногда я – Арни, но иногда я также отождествляю себя как подобного Эми. Эта имеющаяся у меня потенциальная возможность быть и самим собой, и другим, моя способность иметь общее представление, включающее в себя и Арни, и Эми, – это личное переживание в НОР того, на что должен быть похож вселенский ум. Но поскольку Эми обладает теми же способностями, вселенский ум есть в нас обоих.

Экстраполируя эти мысли, можно сказать, что в общем случае я – это я, но я – также и вы; на самом деле, я – это все вещи, которые я замечаю и которые замечают меня. Кроме того, я – вселенский ум и действую в соответствии с принципами симметрии. Я стремлюсь знать все части себя самого и хотеть, чтобы они знали друг друга, общались друг с другом, ценили друг друга и компенсировали друг друга. Симметрия проявляется в тенденции к внутренней демократии, то есть к обращению со всеми разными частями меня как с одинаково важными; нет никаких «первостепенных» и никаких «второстепенных» частей в абсолютном смысле.

У большинства – если не у всех – людей есть эта тенденция самопознания и уравновешивания либо внутри самих себя, либо по отношению к миру в целом. Эта самоуравновешивающая тенденция не только обнаруживается между людьми во всем мире, но в той или иной форме присутствует во всех психологиях и духовных традициях. На каком-то глубинном уровне все мы содержим внутри себя все сущее.

Эти общие соображения делают весьма вероятным существование своего рода вселенского ума, в котором мы все соучаствуем, – гигантского человекоподобного существа, «антропоса», поля, в котором все мы живем и проявляемся как наши индивидуальные тенденции к полноте во времени. Это вселенский ум выступает не только как аспект отдельных людей, но и как уравновешивающий механизм в наших взаимоотношениях и сообществах, а также в окружающем нас так называемом материальном мире. До сих пор эта взаимосвязанность бросала вызов чувству линейного времени и локальности и была известна под многими именами, как, например, дежавю, синхронность и бог.

Антропос, или вселенский ум, – это фундаментальная схема, стоящая за всеми наблюдаемыми событиями, и гипотетическая основа для физики и психологии. Мы нуждаемся в подобной гипотезе для объяснения эксперимента Белла и взаимосвязей между людьми. Маргинализация ощущения вселенского ума заставляет нас чувствовать себя бездомными. Чувство возвращения домой, которое многие люди испытывают на пороге смерти, – это повторное открытие нашего места во Вселенной, во вселенском уме.

В моей книге «Кома, ключ к пробуждению», которую я написал вместе с Эми после того, как мы были свидетелями невероятного пробуждения перед самой смертью человека, находившегося в коме, я показывал, каким образом околосмертный опыт вызывает быстрое преобразование индивидуальной идентичности от отдельной самости в направлении вселенского ума. Многие люди – возможно, каждый человек – переживают эту взаимосвязанность НОР на пороге смерти.

Помимо симметрии, компенсации и нелокальности, вселенский ум должен обладать своего рода «замыканием». В главах 7 и 8 мы узнали, что в математике замыкание относится к тому факту, что все происходящее в числовом поле должно оставаться в этом поле. Замыкание означает, что все события остаются в поле, где события происходят по определенным правилам. Все восприятия ОР и НОР находятся в нашем поле восприятия. Это означает, что все переживаемое нами, все происходящее с вами, со мной, между нами или между всем остальным, происходит в одном и том же поле. Восприятия всех событий и взаимодействий происходят в одном и том же поле. Это «замкнутое» поле – наше поле осознания, поскольку все, что мы переживаем, развертывается в этом поле как опыт ОР или НОР, усиливаясь, уменьшаясь, возводя себя в квадрат и самоотражаясь. Иными словами, вселенский ум обладает характеристиками, аналогичными характеристикам поля комплексных чисел, описывающего события, которые можно измерять или переживать в НОР.

Возможно, мы никогда не будем способны проверить с позиции ОР гипотезы ненарушенной целостности, антропоса или вселенского ума, поскольку все мы – аспекты Вселенной. Мы никогда не сможем провести эксперимент с Вселенной в целом, часть которой мы составляем. Поэтому мы не можем получить никакого доказательства утверждения, касающегося всей Вселенной, по крайней мере в общепринятой реальности. С другой стороны, мы не можем и опровергнуть эти теории в ОР.

Мы можем судить о таких теориях только на основе их согласованности друг с другом и их способности давать объяснения и придавать какой-то смысл жизни в целом. Например, теория вселенского ума согласуется с мифологией. До сих пор люди проецировали вселенский ум на богов и богинь. Та же проекция обнаруживается в теории Гайи. У образов человекоподобных фигур, вроде Гайи, персонифицирующих Вселенную, долгая история. Такие гигантские человекоподобные фигуры широко распространены в мифологиях всего мира. У американских индейцев есть Мать Земля или Великий Дух. Средневековые христиане видели во Вселенной Христа. Ранее, германские племена персонифицировали Вселенную фигурами Йимира и Вотана; в китайских мифах Вселенной был Пан Ку, в индийских – Пуруша.

В главе 26, посвященной священной геометрии, мы увидим, что в подобных мифах говорится о богах, создававших мир для познания самих себя. Их часто изображают с симметричными качествами10. Они согласуются с симметрией и равновесием, обнаруживающимися за рефлексивным взаимодействием в том, что я назвал квантовым заигрыванием, математикой, стоящей за наблюдением в квантовой физике. Вселенский ум согласуется с гипотезой Гайи и с психологией межличностных взаимодействий. Мы почти можем говорить, что принцип симметрии – это божественный дух.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.