Эгоизм

Эгоизм

В «Словаре иностранных слов» дается такое разъяснение слова «эгоизм»: слово французское, происходит от латинского ego, означающего «я».

Эгоизм — это себялюбие, то есть предпочтение личных интересов интересам других людей, склонность к самозамыканию человека в самом себе, к постановке себя в центр мира, к противопоставлению себя миру.

Эгоизм предосудителен. Он осуждался и осуждается всегда и везде во все времена и у всех народов. О чем свидетельствует это осуждение? О том, что себялюбивое эгоистическое поведение противоречит очень важному нравственному инстинкту (нравственной интуиции) человека. Эгоистическое поведение противоречит нашей совести, немолчному голосу Бога в нашей душе. Всеобщее осуждение эгоизма является, как мне кажется, ярким и убедительным доводом в пользу реального бытия Бога: если в нашей душе постоянно слышен голос некоей Высшей Инстанции, Которая говорит нам о том, «что такое хорошо, и что такое плохо», то эта Высшая Инстанция, то есть Бог, несомненно, существует!

Итак, Бог вполне однозначно говорит нам, что эгоизм, то есть замыкание человека внутри самого себя, в рамках исключительно своих интересов, это плохо. Но зададимся вопросом: что именно Бог считает несомненно плохим и заслуживающим осуждения? Что нам говорит об этом Библия? Библия говорит, что Бог несомненно плохим и заслуживающим осуждения считает только одно — грех! Отсюда ясно, что эгоизм — это грех. Но какой грех лежит в основе всех других грехов? В основе других грехов лежит гордыня — первичный (по сути) грех, который заключается в отгораживании человека от Бога и от других людей.

Грех гордыни первичен не только по сути, но и по времени: грехопадение наших предков — это нечто большее, чем срывание плода с запретного дерева. Их грехопадение — это, если можно так выразиться, первый случай проявления гигантского греха гордыни, из которого, как из корня, растут и будут расти до конца времен все остальные грехи.

Почему мы можем так думать и говорить? Потому что запретное древо в раю («древо познания добра и зла») означает тот предел, который напоминает человеку о его сотворенности и подчиненности Богу. Отсюда ясно, что в катастрофическом для нас факте грехопадения выразилось желание человека «стать равным Богу», по существу сатанинское желание. Сатанинскую природу этого желания олицетворяет змей-искуситель. В грехопадении люди отвернулись от Бога и возвели на престол поклонения собственное гордынное «я». То есть вместо Бога стали служить идолу своего «я». Именно в этом суть греха гордыни.

Итак, гордыня уводит человека от Бога. А Бог — это высший и единственный Источник добра, красоты и истины. Значит, отход человека от Бога — это путь во зло, безобразие и ложь. Человек, живущий вне Бога, зол, безобразен и лжив. Отгородившись от высшего Источника истины и ума, подобный человек, естественно, впадает в духовное безумие, которое является источником всех прочих видов безумия. Впасть в такое состояние но и утратить веру Бога, то есть стать атеистом, — это по существу одно и то же. Именно об этом говорит в 1-м Псалтири (Пс. 13:1) царь Давид: «Сказал безумец в сердце своем: „нет Бога“».

Итак, эгоизм — это конечный источник безумия, сумасшествия. О этом же неоднократно говорил и Лев Толстой. «Сумасшествие — это эгоизм», — многократно в частных беседах повторял Лев Николаевич. Что в данном случае он подразумевал под словом «эгоизм»? Конечно же, не совсем то же самое, что мы имеем в виду, когда говорим об эгоизме в обычном житейском смысле слова.

В повседневной жизни эгоистом принято считать того, кто в своих жизненных обстоятельствах считается прежде всего со своими интересами, а не с интересами других людей. Мы имеем в виду, что для данного человека центральным и самым любимым существом мира является он сам. А что имел в виду Толстой, когда говорил, что сумасшествие — это эгоизм? Понятие эгоизма для него — это сведение мира к своему, так сказать, раздувшемуся в размер всего мира «Я».

Таким образом, под эгоизмом мы обычно понимаем постановку себя в центр мира, а Толстой — сведение мира к своему «Я» — весь мир «сокращается» до размеров «Я». Можно сказать, что из толстовского смысла слова «эгоизм» следует наш обыденный смысл, но не наоборот.

Так, человек вполне может быть эгоистом в нашем понимании и не быть таковым в толстовском понимании. Но «дорожка» от эгоизма в житейском смысле слова к эгоизму в толстовском философском смысле прочерчивается вполне прямая и ясная. Это — «дорожка» в безумие, если не в клиническое, то в безумие духовное. Путь житейского эгоизма скользок и опасен! Он в высшей степени печален, причем это — черная печаль, печаль-отчаяние, печаль-уныние. Человек, который избирает для себя путь эгоизма, обречен на жизненное поражение: он хочет для себя «счастья», а получает горе, которое не смягчено ни любовью и сочувствием к нему других людей, ни его любовью и сочувствием к другим людям, ибо он неспособен искренне и бескорыстно любить других людей. А на любовь со стороны других людей ему также невозможно рассчитывать: «как аукнется, так и откликнется». Но путь покаяния и возвращения к Богу, к полноте жизни и счастья в Боге, не заказан и эгоисту.