Короткие притчи о воинах

Короткие притчи о воинах

Притча о трех бойцах

Когда-то давно, когда Китай назывался Поднебесной, со всех концов страны на турнир съехались самые сильные и талантливые бойцы, чтобы померяться силой.

Судить поединки выбрали великого китайского мудреца.

Наконец после тысяч и тысяч боев мудрец выбрал трех самых достойных, самых сильных воинов.

Собрав их перед собой, он попросил каждого из них рассказать, в чем заключается секрет их тренировок.

Поднялся первый боец, внешность которого напоминала огромного свирепого тигра. Он сказал:

– Каждый день я ломаю камни, деревья и всё, что попадется на моем пути. Вокруг моего дома на целый день пути вся местность напоминает пустыню.

– Прекрасно! – сказал великий мудрец и обратился ко второму бойцу: – А что скажешь ты?

Поднялся второй боец – высокий, худой мужчина, внешним видом походивший скорее на монаха-аскета, чем на непобедимого воина. Он ответил:

– Целыми днями я практикую медитацию. Она заключается в том, что силой воли и разумом я беру свое тело под контроль и заставляю его быть легким, легче перышка, и таким же быстрым, как мысли человека.

– Прекрасно! – сказал великий мудрец и обратился к третьему бойцу: – Теперь твоя очередь раскрыть секреты тренировок.

– А я вообще не тренируюсь, – сказал третий боец. – Я стараюсь присутствовать во всем, что делаю.

Поднялся ничем не примечательный внешне, самый обычный человек. Сначала мудрец удивился, увидев его среди бойцов, претендующих на звание лучших, но затем, во время поединков, этот человек показал такое мастерство, что мудрец понял, как иногда обманчива бывает внешность. Если бы этот человек совсем недавно не выиграл тысячу поединков, никто бы не подумал, что это – великий воин.

– А я вообще не тренируюсь, – сказал третий боец. – Я стараюсь присутствовать во всем, что делаю.

Идущий путем дао

Однажды император Поднебесной решил отправиться на охоту. Следует сказать, что в те варварские времена дичь и зверя поднимали своеобразным способом – поджигали высокие травы и другую растительность перед собой. Свита императора так и поступила, и сам он стал ждать, когда огонь погонит дичь и зверя вперед.

Внезапно невдалеке от императора из расщелины небольшой скалы показался человек. Находясь в центре пламени, он то взлетал вверх вместе с дымом, то опускался вниз вместе с пеплом. Все решили, что это демон У, поднявшийся из ада на землю. Когда пожар закончился, человек как ни в чем не бывало, как будто и не было огня, в котором он горел, спокойно отправился дальше.

Сильно удивившись, император приказал догнать человека и привести к нему.

Стража кинулась выполнять приказ, и вскоре незнакомец стоял перед императором.

Внимательно оглядев его, он спросил:

– Кто ты, незнакомец? На демона ты не похож. Об этом явно говорят формы твоего тела, семь отверстий в голове и дыхание. Следуя какому пути ты живешь в камне и можешь проходить сквозь огонь?

Однако незнакомец, не сказав ни слова, спокойно удалился, и никто из свиты и охраны императора не сумел его удержать.

Тогда император обратился к своему мудрецу:

– Я вижу, что это обычный человек, но попробуй объяснить мне, как он все это проделал?

Мудрец, подумав, ответил:

– Ваше величество, мой Учитель рассказывал мне, когда я только начинал постигать учение дзен, что человек, идущий путем дао и пребывающий в гармонии со всем внешним миром, совершенно таков, как всё окружающее его. Ничто не может ранить его, заразить или причинить вред. Он одинаково легко проходит сквозь камень и металл, пронизывает огонь и воду.

Три вида храбрости

Однажды богатый купец приехал в некий город на ярмарку. Выгодно продав свой товар, он решил задержаться еще на один день, чтобы посмотреть на праздник, устроенный в честь большой ярмарки.

Выйдя утром на площадь, купец с радостью окунулся в атмосферу веселья, царившего на ней. Пройдя мимо театральных подмостков, на которых уличные актеры давали представление, он заметил человека, из-за пазухи которого выглядывала голова ядовитой змеи.

Купец подумал: «Интересно, наверно, этот человек фокусник. Но как, как он не боится держать на груди змею?» и, подойдя поближе, купец спросил:

– Наверно, вы очень, очень храбрый человек, если не боитесь держать ядовитую змею за пазухой?

– Видишь ли, – ответил фокусник, – однажды, когда я только обучался своему мастерству, мне в руки попался трактат, по-видимому, написанный еще в средневековой Японии. Прочитав его, я многое понял. Думаю, что написан он был для воинов-самураев.

– Так расскажите же скорей, что вы прочитали в трактате? – спросил купец, сгорая от любопытства.

– В нем рассказывалось о трех видах храбрости. Первый вид – когда храбрец не представляет масштаб опасности и поэтому не чувствует страха. Второй – когда храбрец представляет масштаб опасности, но силой воли пересиливает свой страх. А третий вид храбрости – это храбрость знания, когда благодаря знанию ты не боишься, а человек, не посвященный в тонкости дела, считает тебя храбрецом. Поэтому я и не боюсь.

Нужно ли словами передавать смысл

О великих наставниках Шаолиньского монастыря рассказывают много легенд. Эта легенда – о наставнике Чаошуе, великом Мастере боевых искусств, чье имя еще при жизни стало легендой.

Как-то раз к наставнику Чаошую приехал в гости его бывший ученик, который благодаря своим способностям занял высокую должность старшего наставника по боевым искусствам в одном из соседних монастырей.

Решив тонко намекнуть на свою преданность ушу, гость сказал:

– Учитель, я целый день, с восхода солнца и до его заката, преподаю монахам ушу, и, кажется, мне неплохо удается донести до них суть этого великого искусства.

– Неужели? О, да вы счастливый человек! – воскликнул наставник Чаошуй. – Вот уже полвека по мере моих скромных сил я занимаюсь ушу, но так и не сумел найти слова, способные выразить смысл этого. Впрочем, кажется, я когда-то знал это, да потом всё позабыл!

Слава Шаолиня

Слава боевого искусства Шаолиня давно перешагнула границы Китая. Вот одна из легенд, посвященных уникальному боевому искусству.

Однажды в монастырь Шаолинь пришел юноша, который с детства мечтал обучаться шаолиньскому боевому искусству.

Наставник юноши сразу же приступил к его обучению.

– Вот тебе две деревянные кадки, отправляйся к горному ручью за водой, – сказал Наставник, – когда доверху наполнишь водой этот огромный чан, будешь хлопать по ней руками.

Разочарованный тем, что вместо изучения цюаньфа его заставляют заниматься какой-то ерундой, ученик молча подчинился и поплелся за водой. Только через три часа ему удалось наполнить этот огромный чан водой. Мокрый, голодный и уставший от таскания воды юноша принялся хлопать по ней ладонями. Проходило время, но юноша только и делал, что хлопал ладонями по воде. Когда вода в чане заканчивалась, он снова доливал ее и продолжал свои тренировки. Так прошло два года. Однажды Наставник отпустил его домой – повидаться с семьей.

Дома родственники и друзья стали умолять показать свое искусство. Юноше было стыдно признаться в том, что на протяжении двух лет он только и делал, что хлопал ладонями по воде. Поэтому он отнекивался и говорил, что не научился никаким боевым искусствам.

Вечером на званый ужин пришли соседи и тоже стали упрашивать юношу продемонстрировать свое мастерство. Устав уже в который раз подряд повторять, что ничему не научился, он с досадой хлопнул ладонью по столу. Удар был такой силы, что крепкий дубовый стол разлетелся не пополам, а на несколько кусков.

Все убедились, что слава шаолиньского боевого искусства не приукрашена, а юноша понял, что два года не были потрачены впустую, что он обязательно вернется в Шаолинь и дальше постигать мастерство, даже если Наставник заставит его еще два года хлопать ладонями по воде.

Как достичь цели

Наставник дзен Ян Ху часто повторял своему ученику Чжао, что достичь поставленной цели можно только тогда, когда отбросишь всё второстепенное.

Чжао прекрасно запомнил наставления Яна Ху, но никак не мог понять, как отличить важное от не являющегося необходимым. Наставник же никогда не объяснял смысл урока, настаивая на том, что жизнь сама покажет, как это сделать.

Однажды, когда Чжао сопровождал своего Наставника в соседний монастырь, расположенный в горах, на них напала разъяренная рысь. Ян Ху со спокойным видом сошел с тропинки, а рысь погналась за Чжао. И хотя за поясом юноши висел меч, он даже не предпринял ни одной попытки атаковать, а в панике бросил и меч, и котомку и кинулся спасаться бегством, даже не замечая, что продирается сквозь колючие кустарники. Увидев перед собой высокое дерево, он молниеносно вскарабкался по его ветвям наверх. Чжао знал, что рыси умеют взбираться на деревья, но его дерево было таким огромным, что зверю вряд ли удалось бы влезть.

Следует научиться прежде всего правильно выбирать цель, а затем уже что-то отбрасывать для ее достижения.

Вскоре рысь убежала, но Чжао в страхе всё еще продолжал сидеть на ветке. Он бы так и сидел, если бы не заметил своего Наставника, спокойно направляющегося к нему.

Оглядев поцарапанного Чжао с остатками кимоно на теле, Ян Ху засмеялся и сказал:

– Ну вот, мой мальчик, ты и научился отбрасывать всё, что не является необходимым для достижения цели, и этим спас свою жизнь.

– Учитель, но как вам удалось не потерять ни меча, ни одежды, вы даже не попытались убежать, а рысь вас не тронула? Почему так случилось? – спросил озадаченный Чжао.

– Я просто отбросил свой страх, и рысь меня не заметила, так как это и было моей целью. Вот и тебе следует научиться прежде всего правильно выбирать цель, а затем уже что-то отбрасывать для ее достижения, – сказал Ян Ху и добавил: – Если это вообще окажется нужным.

«Бестолковый» ученик

У великого Мастера Мацумуры Сокона по прозвищу Буси, основателя стиля сюритэ, за всю его жизнь было множество учеников. Многие из них были талантливы или трудолюбивы, но один сильно выделялся на их фоне своей редкостной бестолковостью. Звали его Кенсаку. Как ни пытались Учитель и старшие ученики объяснить ему комбинации приемов, способы нападения и защиты, всё было без толку. Кенсаку только и делал, что с утра до вечера молотил по соломенной макиваре, а на остальное не обращал внимания и никого не слушал.

Когда Мацумура Сокон умер, его лучшие ученики отправились в разные города, чтобы и дальше развивать стиль сюритэ, основателем которого был их Учитель. В Сюри, что расположен на острове Окинава, осталось всего несколько человек.

Однажды король пригласил их в свой замок и объявил, что желает посмотреть поединок между представителем школы сюритэ и знаменитым бойцом Ёсимой Минору, не проигравшим ни одного поединка.

Ученики Мацумуры Сокона пригорюнились, так как слава Ёсимы как великого бойца простиралась далеко за пределы Японии, а правила боя были таковы, что не гарантировали проигравшему жизнь и могли оставить калекой. Расстроенные, они все же решили не посрамить честь школы Мацумуры и собирались тянуть жребий, как вдруг вперед вышел всеми давно забытый Кенсаку. Он сказал:

– Не надо тянуть жребий, я выйду на поединок с Ёсимой.

Когда наступил назначенный день, посреди главной площади города соорудили помост, вокруг собралась огромная толпа любопытных.

Ученики Мацумуры ожидали, что поединок закончится быстро и, возможно, Кенсаку не пострадает. Схватка действительно закончилась, едва успев начаться.

Когда жестоко избитого Ёсиму выносили с помоста, он только бормотал своим секундантам:

– Как же я мог победить, если я только пытался нанести удар кулаком, как противник бил по руке, будто пытаясь обрубить, а если я пытался нанести удар ногой, то происходило то же самое – он будто обламывал мою ногу!

А Кенсаку в ответ на вопросы своих товарищей, как ему удалось выиграть, отвечал, пожимая плечами:

– Когда Учитель обучал нас, я хорошо освоил только одно: наносят тебе удар рукой – перебей эту руку. Бьют тебя по ноге – перебей эту ногу. Вот я и бил, как по макиваре…

Если бы не этот человек, я бы не стал тем, кто я есть сейчас

В Нанкине на одной из старинных улочек этого города располагалась аптека, в которой торговали лекарствами народной медицины.

Владельцем аптеки был злой и жестокий человек. Сколько бы помощников он ни нанимал, ни один из юношей надолго не задерживался – да и кто бы выдержал каждодневную изнурительную и самую грязную работу, а также частые побои?

Однажды к аптекарю пришел наниматься на работу некий юноша. Он был хорошо наслышан о жестокости владельца аптеки, но юноша с детства мечтал стать врачом и был готов постигать науку даже через грязный труд и побои.

Через две недели такой жизни юноша понял, что его мечтам не суждено будет осуществиться, если он не придумает, как бороться с жестоким аптекарем.

Однажды, спеша ранним утром на работу, юноша обратил внимание на небольшую вывеску на стене одного из домов. На ней было написано: «Школа боевых искусств». «Вот и нашелся выход из сложившейся ситуации», – подумал юноша и, переборов смущение, отправился записываться в школу.

Изучая искусство самозащиты, юноша каждый вечер находил время для отработки приемов. А падая от усталости на циновку для сна, каждую ночь мечтал о том дне, когда сможет отомстить аптекарю за жестокие побои.

Прошло время, юноша возмужал, из простого ученика аптекаря он превратился в выдающегося мастера боевых искусств, а также стал известным врачом и владел больницей. Однажды мастер прогуливался со своими учениками. Навстречу им шел тот самый аптекарь – уже старик. Мастер вежливо поздоровался и сказал своим ученикам:

– Помните, я рассказывал вам о жестоком аптекаре, у которого постигал все премудрости медицины? Это с ним я сейчас поздоровался.

Ученики пришли в ярость и собрались уже кинуться вдогонку за стариком, чтобы отомстить за своего любимого учителя, но Мастер остановил их и сказал:

– Если бы не этот человек, я бы не стал тем, кто я есть сейчас.

Высшая сила – обладание разумом

Когда-то в Японии ходила легенда о бойце Сабуро, наделенном необычайной силой. Он без труда выкорчевывал с корнями вековые деревья, переносил через овраги лошадей вместе с телегами, одной рукой разбивал большое количество самых разных предметов. В дни ярмарок Сабуро устраивал представления на центральной площади, где с легкостью выполнял любое пожелание собравшихся зевак. Никто не отваживался вступить с ним в борьбу.

На что Мастер спокойно ответил:

– Человек – это не груда черепиц, которая не может оказать сопротивления, а существо, которое движется и обладает разумом!

Решив, что он самый сильный и непобедимый во всем мире, Сабуро вызвал на поединок Мастера Осаму, который в совершенстве владел техникой и тактикой ведения боя. Сначала тот отказывался, но Сабуро продолжал настаивать, и Мастеру пришлось согласиться.

Бой завершился поражением силача в считаные секунды. Зрители были потрясены увиденным.

– Как вы сделали это, Мастер Осаму, – спросил пришедший в себя Сабуро, – ведь мой вес в несколько раз превосходит ваш, я могу сдвинуть с места то, что оказывается не под силу даже десятку юношей, груда черепиц крошится от одного прикосновения моих пальцев?

На что Мастер спокойно ответил:

– Человек – это не груда черепиц, которая не может оказать сопротивления, а существо, которое движется и обладает разумом!

Невозможно изменить судьбу

Во время одного из сражений великий японский полководец по имени Нобунага решил атаковать противника, хотя его численность в десятки раз превосходила число солдат Нобунаги. Он был уверен, что одержит победу, но его воины пребывали в сильном сомнении.

По дороге полководец остановился у синтоистской святыни и сказал своим людям:

– После того, как я поклонюсь святыне, я брошу монетку. Если выпадет решка – мы проиграем, если орел – победим. Мы все в руках судьбы.

Нобунага вошел в храм и молча помолился. Выйдя, он подбросил монетку и показал своим людям выпавшего орла. Воодушевленные солдаты так рвались в бой, что легко одолели сопротивление противника и выиграли битву.

– Невозможно изменить судьбу, – сказал слуга полководца после сражения.

– Конечно, нет, – ответил Нобунага и показал слуге монетку, у которой с обеих сторон был орел.

Сила бойцовского духа

Цзи Синцзы занимался тем, что растил и готовил бойцовских петухов.

Однажды император попросил Синцзы подготовить хорошего петуха. Через некоторое время император поинтересовался:

– Готов ли петух к поединку?

– Нет, ваше величество, – ответил Синцзы, – еще не готов. Петух и ходит заносчиво, и то и дело впадает в ярость.

Прошло еще какое-то время, и снова император задал тот же вопрос.

– Пока нет, ваше величество, – ответил Синцзы. – На каждый звук и на каждую тень он бросается в атаку.

Минуло еще какое-то время, и император вновь спросил о петухе.

– Пока еще нет, – последовал ответ. – Петух смотрит гневно и все норовит силу показать.

Спустя какое-то время император снова задал вопрос о готовности петуха.

Посмотришь издали – словно статуя из камня. Жизненная сила в нем достигла завершенности.

Цзи Синцзы на этот раз ответил:

– Почти готов, ваше величество. Даже если рядом появляется и кричит другой петух, ваш не беспокоится. Посмотришь издали – словно статуя из камня. Жизненная сила в нем достигла завершенности. Другие петухи боятся выходить с ним на поединок. Только завидят, как тут же бегут прочь.

Секрет мастера

Рассказывают, что во времена правления третьего сёгуна Токугавы в город Эдо прибыл монах из Китая по имени Чэнь Юаньбинь. У себя на родине он прославился необычайной ученостью, слыл хорошим поэтом и владел различными стилями каллиграфии. Его внешний облик – скромный, тихий, отнюдь не богатырского телосложения мужчина с кожей цвета яшмы – сразу же располагал к себе.

Поселившись в храме Кокудзи, Чэнь Юаньбинь вел уединенный образ жизни, изредка встречаясь только с несколькими учениками, которым преподавал каллиграфию и поэзию.

Хотя его ученики были людьми знатного происхождения, занимавшими важные посты при дворе, сам Юаньбинь не стремился к светской жизни, объясняя это тем, что монаху не пристало обращать внимание на мирские заботы этого мира.

Но, помимо поклонников и друзей в высшем свете, помимо сёгуна, который выказывал монаху милости, были и недовольные, в основном среди воинственно настроенных самураев. Они часто бурно выражали свое негодование:

– Зачем монах учит молодых людей красиво писать и складно сочинять стихи? Почему будущие воины вместо изучения воинского искусства должны посвящать свое время каким-то наукам? Победа в сражении достается мечом, а не кистью для каллиграфии.

Но Чэнь Юаньбинь, не обращая никакого внимания на упреки самураев, продолжал делать свое дело.

Недовольных становилось так много, что ученики, опасаясь за жизнь Учителя, попросили сёгуна приставить к монаху трех телохранителей.

Однажды, когда, закончив свои занятия, Юаньбинь в сопровождении телохранителей возвращался через лес к себе домой, на них напала большая шайка разбойников. И как отчаянно ни защищали жизнь Юаньбиня телохранители, силы были слишком неравны. Кольцо вокруг монаха неумолимо сжималось.

И вдруг, к удивлению как защищающих, так и нападавших, тихий монах, гортанно крикнув, сам яростно бросился в атаку. Быстрее разъяренного тигра он ворвался в толпу разбойников и принялся наносить жесткие и быстрые удары руками, ногами и коленями. Завороженно смотрели телохранители на этот прекрасный, но смертельно опасный танец, состоявший из не виданных ими ранее приемов. За несколько мгновений поединка монах убил четырех разбойников. Остальные же, охваченные страхом, ринулись наутек и скрылись в темном вечернем лесу так же быстро, как и появились.

Самураи-телохранители, пораженные внезапной переменой старого монаха, подошли к нему и, в едином порыве преклонив колени, попросили:

– Мастер, умоляем, откройте нам секрет вашего боевого искусства!

Но Чэнь Юаньбинь, не проронив ни слова, лишь молча поклонился самураям и отправился домой. Подойдя к храму, монах с поклоном поблагодарил своих телохранителей и зашел в свою келью.

Всю ночь до самого утра простояли самураи перед кельей монаха, ожидая, когда он появится снова.

На рассвете, когда Юаньбинь вышел к ним, самураи, упав на колени, еще сильнее стали упрашивать его открыть им свой секрет.

Увидев, с каким благоговением эти воины смотрят на него, Юаньбинь сказал:

– Мое искусство подходит только подготовленным воинам. Чтобы его постичь, понадобятся время и тяжелый труд.

– Мы готовы ко всему, Учитель, – ответили самураи.

Тогда монах взял их к себе в ученики и многие годы обучал тому искусству, которое в совершенстве освоил у себя на родине. Каждому из троих учеников он передал различные виды боевого искусства: первый стал мастером цюаньфа (кулачного боя), второй – мастером цинна (китайского искусства заломов, захватов и удушений), а третий в совершенстве овладел искусством ударов по жизненно важным точкам на теле человека.

Закончив обучать самураев, Чэнь Юаньбинь отпустил их в мир, дав наказ передавать свои секреты, мастерство и боевое искусство только тем, кто всем сердцем желал встать на Путь воина.

Древние говорили, что так в Японии появилось китайское искусство кулачного боя.

Урок мудрого монаха

Однажды к знаменитому наставнику дзен Етану пришел некий мастер меча и спросил его:

– С самого детства я упражняюсь в воинском искусстве. За свою жизнь я повидал много знаменитых учителей и овладел искусством разных школ, но, несмотря на все мои старания, мне так и не удалось достичь просветления. Прошу вас, наставник, дать мне наставление.

Етан подошел к гостю поближе и тихим голосом сказал:

– То, что я сейчас скажу, крайне важно, поэтому прошу вас быть особенно внимательным, чтобы ничего из сказанного мною не ускользнуло от вас.

Мастер меча с готовностью наклонился к наставнику и… получил сильную затрещину, а затем еще более сильный удар ногой. Неожиданность ударов заставила фехтовальщика рухнуть на пол, после чего он тут же испытал сатори (полное духовное пробуждение).

По-видимому, урок Етана пошел на пользу мастеру меча, так как очень скоро он приобрел репутацию лучшего фехтовальщика своего времени. Когда его спрашивали, как он достиг такого совершенства, он всегда отвечал:

– Своими успехами я обязан только лишь необыкновенному искусству наставника Етана.

Слава о мудрости монаха быстро распространилась по всей Японии. Однажды три высокопоставленных самурая решили испытать мастерство Етана.

Прибыв в его уединенный храм, самураи долго расспрашивали наставника о смысле дзен. Затем один из них сказал Етану:

– Бесспорно, вы – величайший наставник дзен нашего времени, в этом мы не можем сравниться с вами. Но вот что касается истинной сосредоточенности, особенно важной для поединка, то здесь, осмелюсь утверждать, вам не превзойти нас.

– На вашем месте я не был бы так самоуверен, – ответил Етан. – Из своего многолетнего жизненного опыта я знаю, что прежде, чем что-то утверждать, сначала нужно испытать это в деле.

– Есть лишь один способ проверить это – поединок. Я вызываю вас сразиться со мной, – с готовностью предложил самурай.

– Разумеется, – ответил наставник, – пожалуй, это единственный способ проверить, соответствует ли действительности ваше высказывание.

Недолго думая, самурай вытащил из-за пояса боккэн и протянул Етану, но тот отказался его взять, пояснив:

– Я всего лишь старый монах и не могу носить оружие, даже если оно сделано из дерева. Пусть в этом деле мне послужит мой веер. Приступайте без колебаний. Если вам удастся всего лишь коснуться меня, то я признаю вас величайшим мастером.

Будучи полностью уверенным в своем превосходстве, самурай ринулся в атаку, стараясь все же действовать не слишком быстро.

Тот, кто достиг истинного видения, видит любую вещь такой, какая она есть.

Но каково же было удивление воина, когда острие его меча каждый раз пронзало пустоту. Раздраженный собственной несостоятельностью, самурай все ускорял и ускорял движения, однако Етан с легкостью уходил от молниеносных атак.

Видя, что самурай уже устал, наставник предложил остановиться и сказал, обращаясь к гостям:

– Почему бы вам не напасть на меня втроем? Для меня это послужит хорошей проверкой, для вас – возможностью победить.

Понимая, что другого способа сохранить лицо в этой неприятной ситуации не предвидится, самураи втроем набросились на Етана, но ни один из них так и не смог поразить старого монаха.

В конце концов они удалились, подавленные и пристыженные. Самураям пришлось долго путешествовать по стране, чтобы найти кого-нибудь, кто смог бы объяснить им сущность дзен…

После их ухода молодой ученик спросил наставника:

– Учитель, как вам удалось так долго противостоять искусству этих опытных воинов?

Етан улыбнулся и спокойно ответил:

– Когда развеяны все иллюзии и нет никаких стеснений, наш взор объемлет всё, в том числе и воинские искусства. Простые люди обращают внимание только на слова. Услышав нечто, они приходят к некоторому суждению и тогда оказываются привязанными к тени истины. Но тот, кто достиг истинного видения, видит любую вещь такой, какая она есть. Увидев меч, он сразу же знает, как ему противостоять. Он принимает все сущее – и ни с чем не соединяется.

Я научу вас не ходить по этим переулкам

Однажды к великому Мастеру боевых искусств пришли трое дерзких бойцов и стали, бахвалясь, насмехаться.

Первый сказал:

– У себя в провинции я самый сильный воин, даже если на меня нападут в темном переулке семеро разбойников, я перебью их всех! Ну и чему ты можешь научить меня?

Второй стал вторить первому:

– А я, если на меня нападут в темном переулке, смогу убить восьмерых! Чему ты можешь научить меня, Мастер?

Третий добавил:

– Что семеро или восемь – я смогу убить десятерых! Чему ты можешь научить меня?

Мастер спокойно посмотрел на трех бойцов и мягко ответил:

– Я научу вас не ходить по этим переулкам.

Чтобы выиграть поединок, важно сохранять равновесие в душе

В городе Сюри, что расположен на острове Окинава, жил мастер Фукуно, занимающийся вырезанием курительных трубок. Фукуно обладал огромной физической силой и был прекрасным мастером сюритэ, но в его жизни еще не было случая, который позволил бы ему прославиться как великому бойцу.

Однажды в его мастерскую зашел сам Мацумура Сокон – один из величайших мастеров боевых искусств, которому король Окинавы в знак признания его мастерства и храбрости добавил к имени приставку «Буси», что означает «Воин».

Впервые Фукуно имел возможность поближе познакомиться с основателем стиля сюритэ, который сам практиковал, – стиля, получившего свое название по названию его города – Сюри. Поэтому Фукуно с интересом разглядывал Мацумуру Сокона. Его поразило, что Великий Буси, как называли Мацумуру в народе, не выглядел таким грозным, то есть его воля и духовная сила не казались такими непоколебимыми и устрашающими.

Впечатление было таким сильным, что Фукуно, разочаровавшись, решил использовать эту встречу для приобретения славы мастера и вызвал Буси Мацумуру на поединок.

Фукуно чувствовал, что духовно стоит выше своего соперника.

Поединок был назначен на следующее утро, местом проведения выбрали уединенное горное ущелье, расположенное за городом.

Рано утром, еще до восхода солнца, Фукуно был уже на месте и, уверенный в собственной непобедимости, с нетерпением ждал Мацумуру Сокона. Великий Буси пришел, и поединок начался.

Фукуно решил атаковать первым, но, посмотрев в глаза противнику, заметил взгляд Мацумуры, который был тверд, как гранит.

Побледнев и мгновенно покрывшись липким потом страха, Фукуно ощутил, как слабость наполняет все его мышцы. Собрав остатки мужества, он снова собрался атаковать, но взгляд Мацумуры словно пригвоздил его к земле. За мгновение Фукуно подумал: «Теперь я знаю, что ощущает кролик под взглядом кобры, готовой к атаке».

Сегодня на рассвете вы сражались за свою славу, я – за жизнь. Ваши дух и решимость не могли сравниться с моими.

Не выдержав напряжения, он бессильно свалился на землю и подумал: «Это не должно было произойти! Я должен победить!» Фукуно поднялся, принял боевую стойку и страшно закричал. От этого крика с деревьев вспорхнули еще сонные птицы. Крик отразился от Мацумуры и, как гром, поразил Фукуно, ослабевшие ноги которого подкосились, и он снова опустился на землю. Чуть не плача от бессилия и пережитого позора, он сказал:

– Я не вынесу этого позора, вы должны убить меня! Но прежде объясните… Вчера, когда вы зашли в мою мастерскую, мне показалось, что слава о вашем мастерстве сильно преувеличена и что я смогу победить в поединке с вами. Не понимаю, что могло произойти за столь короткое время.

Мацумура спокойно и даже дружелюбно ответил:

– Вы хороший боец и обладаете большой силой воли и духом, чтобы победить даже самого сильного. И я объясню, почему вы проиграли. Вчера, когда я пришел к вам, я был выведен из равновесия, в моей душе не было гармонии, потому что король прогнал меня из замка за то, что в бою я сильно ударил его сына. Стыд и гнев боролись в моей душе, вы заметили это и расценили как слабость. Я же заметил и оценил ваши мускулы и дух бойца. Вы должны знать: мы, мастера, можем с одного взгляда оценить противника или союзника. Я понял, что поединок, в котором мне предстоит участвовать, может иметь только один исход: или смерть, или победа. Сегодня на рассвете вы сражались за свою славу, я – за жизнь. Ваши дух и решимость не могли сравниться с моими. Я никогда не был таким сильным, как сегодня. Уходите без сожаления и чувства позора.

Сила духа

Великий японский Мастер Осаму почувствовал приближение смерти. Он точно знал день и час, когда его душа покинет бренное тело. Доделав самые важные дела, Осаму созвал всех своих друзей, учеников и близких, чтобы подготовить их к этому событию и проститься. Сидя с соблюдением всех необходимых правил, Мастер попросил их:

– Не удивляйтесь и не печальтесь, когда я умру, так как от этого моей душе будет непросто обрести покой на небесах.

Увидев появление грусти на лицах дорогих ему людей, он попытался отвлечь их от невеселых мыслей, и они стали вспоминать о прожитых годах и о тех добрых делах, которые им удалось сделать вместе. Мастер Осаму старался задействовать всех в этом процессе, давая возможность каждому высказаться о запомнившемся ему моменте. Постепенно грусть исчезла с лиц людей, и ей на смену пришло умиротворение. Когда последний из собравшихся закончил свою речь, Мастер, стараясь обойти каждого своим взглядом, сказал:

– Я благодарю вас всех за помощь и преданность!

И после этого отошел в мир иной.

Люди не сразу заметили это, так как даже в смерти Мастер Осаму продолжал сидеть в совершенной позе сэйдза (на коленях). Несмотря на то что тело его умерло, дух продолжал жить!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.