XLII

XLII

Путь рождает Одно,

Одно рождает Два,

Два рождает Три,

А Три рождает всю тьму вещей.

Все вещи несут в себе Инь и обнимают Ян,

Пустотное дыхание приводит их к согласию.

То, чего люди не любят, –

Это быть «сиротой», «одиноким», «беспомощным»,

Но так называют себя цари и князья.

Посему тот, кто теряет, порою приобретает,

А кто приобретает – тот теряет.

Чему люди учили, я тоже учу:

«Злой и сильный умрет не своей смертью».

Пусть это будет мне отцом моих поучений.

Примечания к переводу

1. Первые три строки всегда считали ключевой формулой космогонического учения «Дао дэ цзина», но смысл их объясняли по-разному. Янь Цзунь отождествляет Путь с «пустотностью пустоты» (а равно с «отсутствием отсутствия» и «животворением живого»), из которой происходит пустота, или единое. Из единого посредством пустоты возникает два как универсальный порождающий принцип. Из двойки посредством вездесущности неналичия появляется три как принцип разнообразия сущего, а тройка дает жизнь всем вещам. Ученый сунской эпохи Сыма Гуан истолковывал данную схему в свете главы XL, отождествляя рождение единицы с переходом от неналичия к наличию, а от двух к трем – с переходом от наличия к вещам. Многие комментаторы отождествляют единицу с «бесформенностью» как промежуточным состоянием в процессе перехода от Пути к миру форм, или с «единой», «изначальной энергией» мироздания, двойку – с силами Инь и Ян, а три – с порождающей структурой мира, где «пустотное дыхание» приводит к согласию Инь и Ян, а также с триадой «трех начал» вселенной: Неба, Земли, Человека. Наконец, от Чжуан-цзы и Ван Би идет еще одна традиция истолкования указанной триады: единица принимается за бесконечность бытийствования, двойка – за суждение об этой бесконечности, а тройка – за порождающую структуру существования.

Ван Цинцзя предлагает иное прочтение первых трех фраз по образцу толкования концовки главы XXV, предложенного Ли Юем. Объединяя три знака: единица, двойка и тройка в единое словосочетание, он получает следующую версию: «От Пути возникает одно как одно, возникает два как два, возникает три как три и возникает вся тьма вещей».

2. По поводу 5-й строки Янь Цзунь замечает: «Все вещи берут начало в пустоте и неналичии, отворачиваются от Инь и обращаются к Ян».

3. Комментарий Хэшан-гуна к 6-й строке гласит: «Во всех вещах есть изначальное дыхание, и благодаря ему обретаются согласие и мягкость. Это подобно тому, как в теле есть внутренние органы, в костях есть костный мозг, в деревьях и травах есть полость внутри. Они могут сообщаться с дыханием, и оттого долго жить».

4. Вежливые самоназвания правителя, приводимые в 8-й строке, упоминаются также в главе XXXIX. Уничижительные прозвания земных владык трактуются здесь как некая аналогия процесса «порождения живого», в котором, благодаря взаимному «самоопустошению» сил Инь и Ян в «едином дыхании» мира, созидается вселенская гармония.

5. Строки 10 и 11 заставляют вспомнить некоторые формулы «Книги Перемен», например: «Потеря и приобретение, наполнение и опустошение случаются в согласии со временем». Комментарий Хэшан-гуна: «Влеки его к себе – и не схватишь, отталкивай его от себя – и непременно вернется; кто лезет вверх, обязательно скатится вниз, а кто ревнует о богатстве, не избежит горя».

6. Изречение, цитируемое в 13-й строке, приводится в древнем памятнике «Шо юань». По преданию, оно было вырезано на железной статуе, стоявшей во дворце правителя Чжоу. Впрочем, в древнем Китае оно было образчиком расхожей мудрости, о чем прямо сказано в тексте «Дао дэ цзина».

7. Строка 12 в некоторых древних списках читается так: «Чему люди учат, тому я тоже учу людей».

8. Последняя строка в мавандуйском списке А (список В почти не поддается прочтению) несколько отличается от традиционного текста. В ней сказано: «сделаю отцом своего учения». Слову «отец» здесь дается глосс «образец», «руководство».

9. В этой главе рифма отсутствует.

Комментарии

Всякая оппозиция возникает на фоне некоего единства, но эта единая сущность предполагает и нечто неопределимое: нерожденное, непреходящее, бесформенное. Та же оппозиция становится творческим началом и способна порождать все вещи, когда ее члены начинают взаимодействовать друг с другом.

В мире, где ценятся только видимые успехи, размышление о начале вещей помогает осознать, что во всем, что мы считаем своими приобретениями, мы теряем, быть может, самое важное в нашей жизни. В минуту необычайного духовного просветления мы способны ощутить присутствие бездны извечно отсутствующего и забытого, но тем не менее делающего возможным всякое существование. И если наш дух достаточно мужествен, мы способны принять эту бездну как глубочайшую реальность нашей жизни.

Тогда в нашем сознании происходит переворот, и мы начинаем ценить как раз все то, чему раньше не придавали значения. Это не значит, что мы идем наперекор миру. Отсутствие само отсутствует в себе и не дает точки опоры для того, чтобы мир перевернуть. Мы возвращаемся ко всему неизбывному, вечно живому в нашем опыте, даже если эта подлинность жизни предстает рутиной повседневности и всеобщностью людского мнения. Мудрец привлекает к себе не утонченностью знания, а искренностью души.

«Превращения Пути»: так именуется эта глава в традиции. Это значит: наши собственные превращения.

Комментарий Ван Би: «Десять тысяч вещей имеют десять тысяч форм, но все они восходят к единице. Как же они достигают единицы? Благодаря вечноотсутствующему. Единица возникает из вечноотсутствующего, и ее можно назвать вечноотсутствующим. Если единица уже названа, может ли не быть слово? А если есть отсутствующее и единица, как может не быть двойка? Когда есть единица и двойка, получается и тройка. Когда от отсутствующего переходим к наличному, число на этом исчерпывается. Все, что имеется далее, уже не относится к Пути. Все вещи рождаются, и мы можем знать, кто их господин. Хотя вещи имеют десять тысяч форм, их пронизывает одно дыхание пустоты. У народов разные устремления, в разных странах неодинаковые обычаи, но правители всюду царствуют потому, что владеют единым. Как можно отказаться от единого? Чем больше счет, тем дальше мы отходим от него, а чем меньше счет, тем ближе к нему. Когда доходим до конца потери, мы достигаем предела. Сказать “один” – значит уже подразумевать “три”. Тем более как могут приблизиться к Пути те, кто не ищет основу в единице?»

Хуан Чжэньжэнь: «Лао-цзы сказал, что Путь рождает одно. Но что есть в Пути? Он пуст – и только. Однако внутри пустоты приходит в действие единое дыхание, и тогда рождаются Небо и Земля. Так рождаются два начала. В человеке же это соответствует сосредоточенности, что соответствует Инь и семени, и раскрытию, что соответствует Ян и энергии (ци). Согласию энергий Инь и Ян в подлинной воле соответствует рождение трех из двух. Отсюда рождается вся тьма вещей – вот что такое рождение всех вещей из трех».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.