АТМАН

АТМАН

Многие из присутствующих, вероятно, читали знаменитую книгу Макса Мюллера «Три лекции по философии веданты»,[213] а кое-кто, возможно, и знаком с немецкой книгой профессора Дейссена[214] на ту же тему. На Западе религиозная мысль Индии, как правило, преподается по одной из ее школ, по адвайтизму, представляющему монистическое направление, поэтому подчас создается впечатление, будто монизм покрывает собой все учение Вед. Однако индийская религиозная мысль проходила в своем развитии через различные фазы, среди которых недуализм, возможно, оказывается в меньшинстве. В Индии с древнейших времен существовали разные философские школы, разные религиозные секты. Отсутствие организованной церкви или группы людей, которые формулировали бы доктрины, обязательные для всех, открыло большой простор для развития философской мысли в различных направлениях. Именно этим объясняется наличие в Древней Индии такого большого количества философских школ. Не могу сказать, сколько их насчитывается в настоящее время, так как их число увеличивается год от года. Кажется, будто Индия обладает неисчерпаемым запасом религиозной энергии.

Однако все это многообразие может быть разделено на две категории — на ортодоксальную и неортодоксальную философию. К ортодоксам относятся те, кто рассматривает Священное писание индусов, Веды, как вечное откровение истины; других же, кто отвергает Веды в этом качестве, признавая иные авторитеты, следует считать гетеродоксами. Крупнейшими неортодоксальными школами индуизма в новейшее время надо считать джайнизм и буддизм. Ортодоксальные школы делятся на те, что ставят Веды выше разума, и те, кто полагает, что следует использовать лишь рациональную часть Вед, откинув остальное.

Из трех ортодоксальных направлений, представленных сторонниками санкхьи, ньяи и мимансы, два первых хотя и существовали как философские школы, но не дали начала каким-либо сектам. Одна секта, которая действительно охватывает всю Индию, — это секта сторонников поздней мимансы, или ведантистов. Их философия называется ведантизмом.

Все школы индийской философии основываются на веданте, на Упанишадах, но монисты считают, что название «ведантизм» принадлежит только им, поскольку их теология целиком строится на веданте, и больше ни на чем. Однако с течением времени веданта получила такое распространение в Индии, что сегодня все существующие там философские школы могут быть сочтены связанными с ней. Тем не менее между школами сохраняется ряд различий.

В современной веданте есть три основных направления. Сходятся все они на вере в Бога. Все они рассматривают Веды как откровенное слово Бога, хотя и не вполне в том смысле, как рассматривают откровение христиане и мусульмане. Они рассматривают Веды как выражение знания Бога, а поскольку Бог вечен, то знание его вечно с ним, следовательно, Веды — вечны. Существует и еще одно общее основание веры: вера в цикличность бытия, в то, что творение исчезает и затем проявляется вновь, что после сотворения все сущее идет вначале путем огрубления, затем приобретает все большую тонкость, после чего наступает период покоя. Этот процесс бесконечно повторяется. Ведантисты постулируют существование вещества, именуемого акаша, сопоставимого с тем, что ученые называют эфиром, и энергии, носящей имя прана. С точки зрения веданты вселенная возникает из колебаний праны. К концу каждого цикла проявления природы становятся все тоньше и растворяются в акаше, субстанции невидимой и неощутимой, являющейся, однако, материалом для всего, что существует. Силы, наблюдаемые нами в природе, такие, как сила тяготения, силы притяжения и отталкивания, равно как и мысль, ощущение и нервная энергия, — все они растворяются в пране, а колебания праны затухают. В состоянии покоя и пребывает она до начала следующего цикла. Затем вновь возникают колебания праны, которые воздействием на акашу начинают новый цикл.

Первое направление, о котором я намереваюсь рассказать вам, считается дуалистическим. Дуалисты утверждают, что Бог — создатель вселенной и ее владыка — вечно отделен от природы и вечно отделен от человеческой души. Бог вечен, природа вечна, как и все души. Но природа и души проявляются и изменяются, а Бог остается неизменен. Дуалисты рассматривают Бога в личностном плане, он наделен качествами, но, разумеется, не телесной оболочкой. Бог обладает человеческими атрибутами: Он милосерд, Он справедлив, Он всемогущ, к Нему можно обратиться, Ему можно возносить молитвы, Его можно любить, и Он может ответить любовью на любовь. Иными словами, речь идет о Боге, представляемом в виде человека, с той лишь разницей, что Он несопоставимо больше человека и свободен от дурных человеческих качеств. По определению, «Он есть вместилище бесчисленного множества благословенных свойств».[215]

Богу нужен материал для творения, этим материалом является природа, из которой Он созидает вселенную. В Индии есть школа дуализма, не связанного с ведантой, так называемая школа атомизма,[216] приверженцы которой смотрят на природу как на бесконечное скопление атомов. Воля Бога, воздействуя на эти атомы, приводит к акту творения. Сторонники веданты отвергают атомную теорию как совершенно нелогичную: неделимые атомы подобны геометрическим точкам, лишенным объема, но от бесконечного умножения чего-то, не обладающего объемом, ничего не произойдет. Сложением любого количества нулей невозможно получить число. Следовательно, поскольку атомы неделимы и не обладают объемом, из них невозможно сотворить вселенную. Дуалисты ведантистского толка утверждают, что Бог творит вселенную из того, что они называют недискретной, или нерасчлененной, природой. Индийцы в большинстве своем придерживаются дуалистических взглядов. Человеку обыкновенно бывает трудно постичь более высокие структуры. Процентов девяносто верующих на земле, какую бы они ни исповедовали религию, тоже стоят на позициях дуализма. Дуалистичны все религии Европы и Западной Азии, они и не могут быть иными. Простому человеку с трудом дается восприятие неконкретного, он, естественно, тянется к тому, что доступно его интеллекту, то есть он воспринимает высокие духовные идеи, низводя их до собственного уровня, внося конкретность в абстрактные представления. Другой религии на массовом уровне быть не может. Массы верят в такого Бога, который достаточно удален от них, в некое подобие великого царя или могущественного монарха, но они наделяют Его большей чистотой, чем та, которой способен обладать земной властитель, они наделяют Его всеми добрыми качествами и освобождают от дурных. Как будто добро может существовать в отсутствие зла, как будто концепция света возможна без концепции тьмы!

Первейшая трудность любой дуалистической теории заключается в следующем: откуда столько зла в мире, которым правит милосердный и справедливый Бог, вместилище бесчисленных добрых качеств? Этот вопрос возникает во всех дуалистических религиях, но в отличие от всех других индусы так и не изобрели Сатану в качестве ответа на него. Индусы единодушно возлагают вину на самого человека, что сделать весьма легко. Почему? Да потому, что, как я вам только что сказал, они не верят, будто души сотворены из ничего. Жизнь учит нас тому, что человек может формировать свое будущее, каждый из нас сегодня планирует завтрашний день, завтра мы будем планировать послезавтрашний и так далее. Логично было бы обратить этот процесс и в прошлое. Если мы своими действиями определяем свое будущее, то почему бы и не прошлое? Если в бесконечной цепи попеременно повторяются схожие звенья, то, объяснив себе одну группу звеньев, не получаем ли мы объяснение всей цепи? Рассматривая бесконечно продолженное время, мы можем выделить, объяснить и понять его отрезок, и если природа действительно единообразна, то наше объяснение пригодно для всей цепи времени. Если верно, что мы определяем собственную судьбу на короткое время, если верно, что у всего есть причина, то наше настоящее должно быть следствием всего нашего прошлого, а посему человек сам определяет судьбу человечества, и нет нужды вводить еще одно действующее лицо. Зло в мире сотворили мы сами, никто иной. Мы и есть причина всего зла, мы постоянно наблюдаем, как дурные поступки приводят к страданиям, значит, беды мира в значительной степени являются последствиями дурных поступков человечества в прошлом. Соответственно человек сам во всем повинен. На Боге нет вины. Он, извечно милосердный отец, ни в чем не виноват. Мы пожинаем то, что сами посеяли.

Любопытным аспектом дуалистической доктрины является положение о том, что каждая из душ рано или поздно придет к спасению. Никто не останется обделенным. Через препятствия, через муки и радости — все придет к концу, к освобождению. К освобождению от чего? Все индусы верят, что любая душа должна освободиться от вселенной, выйти из нее. Ни та вселенная, которую мы воспринимаем органами наших чувств, ни та, которую мы воображаем, не может быть подлинной, ибо является смешением добра и зла. Дуалисты утверждают, что за пределами вселенной есть обитель, где существует лишь добро и счастье. По достижении этого места исчезает необходимость снова и снова рождаться на свет и умирать снова и снова — идея весьма привлекательная. Там нет ни болезни, ни смерти. Там царит вечное блаженство, и попавшие туда будут жить вечно в присутствии Бога. Дуалисты верят, что все живое — от неприметнейшего червяка до ангелов и богов — рано или поздно окажется в этом мире, где нет места страданию. Но ведь наш мир никогда не прекратит существование, он вечен в своей цикличности. Бесчисленно количество душ, которым предстоит усовершенствоваться до освобождения: души растений, души животных, души людей, души богов, — но все они, даже души богов, несовершенны, а потому порабощены. В чем их порабощенность? В необходимости снова рождаться и снова умирать. Даже боги умирают. Что такое боги? Это определенные состояния души, наделенные определенными функциями. Например, Индра, царь богов, — это его функция: некоторая душа достаточно высока, чтобы занять такое место в данном цикле, после же завершения цикла она родится снова на земле в человеческом облике, а человек, достигший высокой степени совершенства, в следующем цикле займет ее место на небесах. Кто творит добро в этом мире и помогает другим, но в надежде на вознаграждение либо на небесах, либо на земле, тот после смерти пожинает плоды своих добрых дел, такие люди и становятся богами. Но это еще не освобождение, ибо нельзя освободиться, пока ждешь награду. Бог дает человеку все, чего тот желает. Люди желают власти, люди желают славы, люди желают наслаждаться, как боги, — и исполняют свои желания, но следствия этого невечны. Через некоторый промежуток времени они исчерпают себя, это время может измеряться эрами, но оно все равно кончится, боги опять родятся людьми, получая новую возможность достичь освобождения. Животные, поднимаясь все выше, станут людьми, а возможно, и богами, потом снова станут людьми, а может быть, и животными, и так будет продолжаться до тех пор, пока они не избавятся от всех желаний, от жажды жизни, от привязанности к «я и мое». Вот это «я и мое» — самый настоящий корень мирового зла. Если спросить у дуалиста: «Это ваш ребенок?» — он ответит: «Ребенок Божий! Все, что у меня есть, принадлежит Богу!» Все должно считаться Божьим.

Индийские дуалисты — ярые приверженцы вегетарианства, страстные проповедники неубиения животных. Но их мотивация в корне отлична от буддийской. Если спросить буддиста, почему он против убиения животных, то он скажет, что ни у кого нет права отнимать жизнь. Если этот же вопрос задать дуалисту, то его ответ будет другим: животные принадлежат Богу. Иными словами, для дуалиста «я и мое» возможно только для Бога. Когда у человека не остается ничего своего, когда он все отдает Богу, когда он полон любви ко всему и готов пожертвовать жизнью ради животного, когда он не ждет никакой награды, тогда сердце его исполняется чистоты и в чистое сердце входит любовь к Богу. Всякая душа тянется к Богу, и дуалист говорит: иглу, покрытую глиной, не притягивает магнит, но стоит лишь отмыть ее, и она потянется к магниту. Бог — это магнит, а человеческая душа — иголка, но она покрыта пылью и грязью дурных поступков. Очистившись, иголка проявит естественное тяготение к Богу и пребудет с ним вечно, вечно оставаясь отличной от Него. Душа, достигшая совершенства, может занять любую оболочку по своему выбору, может занять хоть сотню тел или вообще отказаться от тела, если пожелает. Такая душа почти всемогуща, но она не способна творить, это прерогатива одного только Бога. Сколь бы совершенна ни была душа, она не может управлять вселенной, это дело Бога, но совершенная душа пребывает в вечном блаженстве и в вечном общении с Богом. Так считают дуалисты.

У них есть еще одна интересная идея — они считают невозможным просить Бога о милостях разного рода. С их точки зрения, это непозволительно. Если человек желает просить о материальных благах, ему следует обращаться с такими просьбами к существам не столь высокого порядка — к богам, или к ангелам, или к совершенным душам. Бога можно только любить. Молиться Ему — почти святотатство, особенно молиться о чем-то. Если человек устремлен к освобождению, он должен почитать Бога. Такова религия индийских масс.

Подлинная философия веданты начинается с ограниченного недуализма. Последователи этой школы утверждают, что следствие никогда не отличается от причины, следствие и есть причина в другой форме. Если вселенная есть следствие, а Бог — причина, то вселенная не может быть ничем иным, как самим Богом. Они начинают с того, что Бог является как действующей, так и материальной причиной вселенной, Он и ее творец, Он же и материал, из которого возникла вся вселенная. Строго говоря, слова «сотворение» в санскрите просто нет, ибо ни одна из индийских школ духовной философии не признает акта творения в том смысле, который вкладывает в это Запад, — нечто, возникающее из ничего. Возможно, что такая идея и выдвигалась когда-то, однако она быстро ушла в небытие. В настоящее время я не знаю школы, которая признавала бы акт сотворения мира. Когда индусы говорят о сотворении, они имеют в виду проявление того, что существовало ранее. Итак, вселенная есть Бог. Он является и ее материалом. Мы читаем в Ведах: «Как урнанабхи, паук, ткет нить из собственного тела, так вся вселенная вышла из Него».[217]

Если следствие есть модифицированная причина, то возникает вопрос: как можно считать, будто материальная, тупая, бессознательная вселенная появилась из Бога, который сам нематериален, но являет Собой вечное сознание? Если причина столь чиста и совершенна, может ли следствие так разительно отличаться от нее?

В ответ ведантисты выдвигают довольно своеобразную теорию. Они говорят, что все три формы существования: Бог, природа и душа — едины по сути. Бог и есть Душа, а природа и души являются Его телесным воплощением. Точно так же, как я обладаю и телом, и душой, так и вся вселенная, и все души являются телом Бога, Бог же есть Душа всех душ. Таким образом, Бог есть материальная причина вселенной. Тело подвержено изменениям, оно может быть юным или старым, сильным или слабым, однако души это не касается. Ее существование вечно, а через тело она проявляет себя. Тела рождаются и умирают, душа же остается неизменной. Природа есть тело Бога, в этом смысле природа есть Бог, но никакие изменения во вселенной не затрагивают Бога. Он из себя творит вселенную, и в конце цикла Его тело становится все тоньше, оно стягивается, в начале же цикла тело вновь расширяется, проявляясь в виде различных форм жизни.

И дуалисты, и представители ограниченного недуализма сходятся на том, что душа по натуре чиста, однако загрязняется собственными поступками. Недуалисты выражают это красивее, чем дуалисты. Они говорят, что чистота и совершенство души сокращаются, чтобы потом снова проявить себя, поэтому задача человека — способствовать проявлению сознания, чистоты и силы, природно присущих душе. Души обладают множеством свойств, но всемогущество и всеведение не входят в их число. Всякий дурной поступок ущемляет природу души, всякий добрый — развивает ее, и все души являются частицами Бога. «Как мириады искр летят из пылающего огня, храня в себе все его свойства, так и души связаны с Бесконечностью, с Богом».[218]

Бог сторонников ограниченного недуализма тоже является Личностным Богом, вместилищем бесчисленного множества благословенных качеств, но Он проникает собой все сущее во вселенной. Он имманентен, Он во всем. И когда в священных книгах говорится, что Бог есть все, то имеется в виду, что Бог проникает собою все, речь ведь не о том, что Бог может стать стеной, но и в стене тоже есть Он. Нет во всей вселенной ни единого атома, в котором не было бы Бога. Души ограниченны, ибо не являются вездесущими. Когда души развиваются и достигают совершенства, они выходят за пределы рождений и смертей, они вечно живут с Богом.

Так мы приближаемся к адвайтизму, к тому, что мы считаем прекраснейшим цветком философии и религии всех времен и народов. Здесь человеческая мысль раскрывается в предельной полноте, освещая собой даже тайну, которая кажется непостижимой. Речь идет о недуалистической веданте, а не о религии для масс, ибо то, о чем я говорю, чересчур умозрительно и возвышенно для этого. Даже в Индии, где зародился адвайтизм, где он царит уже в течение трех тысячелетий, он не смог увлечь массы. Скоро мы с вами обнаружим, насколько труден адвайтизм для понимания, как бы вдумчив ни был человек и где бы он ни жил. Мы сами ослабили себя, мы сами принизили себя, и какие бы великолепные позы мы ни принимали, мы, естественно, ищем в чем-то опору. Мы похожи на слабенькие, хрупкие растения, которые нуждаются в поддержке. Сколько раз в жизни я слышал от разных людей, что им хочется найти «утешительную веру»! К истине стремятся очень немногие, еще реже встречаются те, кто осмеливается познать истину, и уж совсем редко — те, кто решается вынести практические последствия из приближения к истине. Это не порок людей, это их слабость, вялость их мозга. Всякая новая мысль, особенно мысль духовная, вызывает возмущение в мозгу, когда она, так сказать, пролагает себе канал через серое вещество, а это нарушает равновесие системы, сбивает человека с привычного пути. Человек привык к определенным представлениям, а тут требуется преодолеть массу укоренившихся предрассудков, освященных традицией, классовых предубеждений, предубеждений, связанных со страной и культурой, да и просто косность, присущую нам всем. Находятся, однако, отважные сердца, которые осмеливаются взглянуть в лицо истине, приобщиться к ней и до конца следовать путем истины.

В чем же суть адвайты? Последователь этого учения говорит, что если Бог есть, то Он должен быть как действующей, так и материальной причиной вселенной. Он и творец, и творение. Бог и есть вселенная. Как это может быть? Как может стать вселенной чистый дух? Видимо, может. То, что видят во вселенной невежды, на самом деле просто не существует. Но что есть в таком случае видимое нами? Самовнушение, ибо бытие Едино, Бесконечно, Вечно благословенно. А нам снятся сны. Все есть Атман, он за всем, он есть Бесконечность, он за познанным, он за познаваемым, в Нем и через Него видим мы вселенную. Нет иной Реальности. Атман все — вот этот стол, люди, собравшиеся здесь, стены. Он — все, за исключением имени и формы. Отнимите у этого стола его имя и форму, то, что останется, и есть Атман. Атман не мужского и не женского рода, у души нет пола, ибо и эти различия иллюзорны и порождены в нашем мозгу. Человек, который живет в этом заблуждении, который уподобился животному, видит перед собой мужчин и женщин, но живые боги не различают людей по полу, какое дело до половых различий тем, кто вышел за предел? Различия — в именах, в формах, в телах, но не в сути. Если снять различия, то вселенная предстанет единым целым, без двойственности. Мы с вами едины. Нет природы, нет Бога, нет вселенной, есть лишь Бесконечное Бытие, из которого все сотворено посредством имен и форм. Как познать Знающего? Он непознаваем. Как увидеть собственное «Я»? В своем отражении. Вселенная и есть отражение Атмана, и это отражение воспринимается хорошими или плохими отражателями, отсюда и хорошие или плохие образы. Убийца — это не плохая Душа, а лишь плохой отражатель. Святой — хороший отражатель. Душа чиста по своей природе. Единое Бытие отражено и в червяке, и в совершеннейшем из людей. Вселенная представляет собой Единство в физическом, умственном, моральном и духовном смысле. Мы же видим это Единство в многообразии форм и создаем на их основе образы. Существу, ограниченному жизнью в человеческом облике, Оно представляется человеческим миром. Существу более высокого уровня Оно может казаться небом. Но Душа во вселенной — одна, Она не приходит и не уходит, Она не рождается, не умирает, не перевоплощается. Как может Она умереть? Куда может Она уйти? Все эти небеса, все эти другие миры — всего лишь плод воображения ума. Они не существуют, никогда не существовали, никогда не будут существовать.

Я вездесущ, я вечен. Куда я могу уйти, если я и так повсюду. Я читаю книгу-природу, переворачиваю страницу за страницей, и передо мной проходят сны жизни. Перевернута еще одна страница, промелькнул и исчез еще один сон. Когда я кончу книгу, я просто отложу ее, и все на этом кончится. В чем же смысл адвайты? Ее последователи утверждают, что адвайта низвергает с тронов всех богов, которые были или будут, и возводит на трон Душу человека, Атман, превосходящий солнце и луну, превосходящий небеса, превосходящий своим величием великую вселенную. Никакие книги, никакое священное писание, никакая наука не могут даже вообразить величие Души, предстающей в облике человека, величественнейшего Бога, единственного Бога, который был и который будет. Следовательно, мне не нужно поклоняться никому, кроме самого себя. «Я поклоняюсь собственной Душе», — возглашает последователь адвайты. Перед кем мне склоняться? Я воздаю почести моей Душе. У кого мне искать поддержку? Кто может помочь мне, Бесконечности во вселенной? Кто, когда мог кому помочь? Все это заблуждения, глупые мечтания, галлюцинации. Когда вы встречаете глупого человека, дуалиста, вымаливающего помощь у небес, помните, он просто не знает, что небеса в нем самом. Он просит помощи небес, и помощь приходит. Мы знаем, что она приходит, но только изнутри самого человека, ему же кажется, что она пришла откуда-то извне. Иной раз больному в его постели может послышаться стук в дверь. Он встает, открывает дверь, но никого не видит. Больной снова ложится в постель и снова слышит стук. Он снова открывает дверь — никого. В конце концов он обнаруживает, что собственное сердцебиение принял за стук в дверь. Вот так и тот, кто после тщетных поисков богов вне себя завершает цикл и возвращается к исходной точке — к человеческой душе. Он обнаруживает, что Бог, которого искал он на вершинах и в долинах, в храмах, церквах и на небесах, Бог, которого он воображал властителем мира, царствующим в небесах, — это его собственная Душа. Я — это Он, а Он — это я. Я всегда был Богом, а жалкий человечек никогда не существовал.

Но разве может Бог в его совершенстве заблуждаться? Он никогда и не заблуждался. А разве может Бог в его совершенстве видеть сны? Он никогда их и не видел. Истина не видит снов. Нелеп даже сам вопрос о том, откуда взялась эта иллюзия. Иллюзия возникает только из иллюзии, она не опирается на Бога, на Истину, на Атман. Вы никогда не заблуждаетесь — заблуждение в вас, перед вами. Вот облако — набегает другое и покрывает его, а потом и третье покрывает то, что набежало раньше. Как на вечно голубом небе появляются облака разного цвета и вида, заволакивают его на время, чтобы исчезнуть, оставив после себя все ту же сияющую голубизну, так и вы вечно остаетесь чисты и совершенны. Ведь каждый из вас и есть Бог вселенной. Неверно даже говорить «вы и я», надо говорить — «я». Это я ем миллионами ртов, как же я могу быть голоден? Это я работаю миллионами рук, как же я могу бездействовать? Это я живу жизнью всей вселенной, где же моя смерть? Я превыше жизни и превыше смерти. Где я могу найти свободу? Я свободен по натуре. Кто может остановить меня, Бога вселенной? Все священные книги мира — примитивные карты, предназначенные для того, чтобы очертить мое величие, величие единственного бытия во вселенной. Так что значат эти книги для меня?

«Познай истину, и ты мгновенно освободишься».[219] Рассеется мрак. Когда человек увидит себя Бесконечностью вселенной, когда исчезнет отделенность, когда все — мужчины, женщины, боги, ангелы, животные и растения, вся вселенная — сольется в Одно, рассеется всякий страх. Разве я могу причинить себе вред? Разве я могу убить себя? Разве я могу изувечить себя? Кого мне бояться? Исчезнет и печаль. Что может опечалить меня? Я ведь Единственная жизнь вселенной. Исчезнут ревность и зависть. К кому мне ревновать? К самому себе? Исчезнут все дурные чувства. На кого мне злиться? На самого себя? Ведь во всей вселенной нет никого, кроме меня.

И это, как говорят последователи веданты, единственный путь к Знанию. Уберите все различия, уберите нелепое представление о множестве. «Кто в этом мире множеств видит Единое, кто в этой массе несознания видит единственное Сознание, кто в этом мире теней улавливает единственную Реальность — Ему, и никому иному, открыт вечный покой, Ему, и никому иному».[220]

В этом и заключаются основные черты тех трех шагов, которые индийская религиозная мысль сделала по направлению к Богу. Мы видели, что она начинала с личностного, сверхкосмического Бога. Затем от внешнего космоса она перешла к космосу внутреннему, к имманентности Бога во вселенной, и подошла к отождествлению самой души с Богом, рассматривая единую Душу как единую суть многообразия вселенной. Это — последнее слово Вед. Веды начинаются с дуализма и через ограниченный монизм ведут к монизму совершенному. Мы знаем, сколь мало число людей в мире, способных целиком пройти этот путь или просто поверить в то, что он есть. Еще меньше число тех, кто смеет жить в соответствии с этим учением. И в то же время именно здесь мы находим объяснения всей этики, всей морали и всей духовности во вселенной. Почему мы постоянно требуем творить добро для ближнего? Почему все великие люди проповедовали всечеловеческое братство, а самые великие — братство всех форм жизни вообще? Потому что сознавали они это или нет, но за всеми их иррациональными или личностными предубеждениями сиял им вечный свет Души, опровергающий многообразие и доказывающий единство всего сущего.

Это последнее слово раскрыло перед нами единую вселенную, которую мы чувственно воспринимаем как материю, интеллектуально как душу и духовно как Бога. Для человека, окутанного покрывалами того, что мир зовет злом, вселенная меняется и принимает облик адского места; для другого, устремленного к радостям жизни, та же вселенная переменится в рай; для совершенного же человека все исчезнет и превратится в его собственную Душу.

При общественном порядке, существующем в настоящее время, необходимы все три стадии развития религиозной мысли, тем более что ни одна из них не перечеркивает другую, а, напротив, как бы является ее продолжением. Последователи адвайты или ограниченной адвайты не опровергают дуализм — это правильный подход, но подход низшего типа. Дуализм тоже ведет к истине, а потому каждому следует выработать собственное представление о вселенной в соответствии с собственными идеями. Никого не надо обижать, ничью позицию не надо отвергать, лучше протянуть руку помощи, помочь подняться на более высокую ступень постижения, но не разрушая того, что человек уже сам постиг. В конечном счете к истине придут все.

«Когда будут покорены все желания сердца, тогда бессмертным станет все, что сейчас смертно»,[221] и каждый станет Богом.