Мы вступаем в XXI век

Мы вступаем в XXI век

Человечество вступает в третье тысячелетие нашей эры. И хотя это событие носит в значительной степени условный характер, реальная обстановка в современном мире складывается таким образом, что рубеж между XX и XXI веками должен стать в известной мере переломным. Поэтому вполне естественно задуматься над тем, каким может оказаться для земной цивилизации в целом и для России, в частности, грядущее столетие.

К сожалению, основные футурологические концепции XX века – как марксистская, так и либерально-демократическая, оказались несостоятельными в своих попытках прогнозировать будущее. Главные исторические повороты завершающегося столетия они предвидеть не смогли. Что же касается реального положения дел, то приходится признать, что современная цивилизация не обеспечивает в глобальном масштабе ни нормальных условий жизни человека, ни устойчивости существования жизни на Земле. Вот к чему пришло человечество в итоге нескольких тысяч лет своего развития.

Стало очевидным, что необходимо избрать какой-то иной путь технологического развития, обеспечивающий выживание человечества, иначе земная цивилизация потерпит крах в глобальном масштабе.

Вне всякого сомнения, наиболее привлекательным из всех выглядит «ноосферный сценарий», предложенный в свое время академиком В.И. Вернадским. По мнению известного российского ученого академика Н.Н. Моисеева, если высшим научным достижением XVII столетия можно считать создание классической механики Ньютоном, а XIX столетия – создание эволюционной теории Ч. Дарвиным, то в XX столетии – это разработка В. Вернадским учения о ноосфере…

Характерными особенностями этого учения являются рассмотрение в органическом единстве социального и экономического факторов, а также анализ мировой истории и развития мировой системы как единого социоэкологического комплекса. Основной функцией антропосферы, возникшей с появлением человека, является, по Вернадскому, креативная, а в наше время производственно-техническая и научно-техническая деятельность, изменяющая, преобразующая и эксплуатирующая окружающую среду. Ноосфера – это сфера разума, преобразовательные возможности которой сравнимы с геологическими факторами…

Особо следует подчеркнуть, что в то время как все утопические системы прошлого манипулировали не с живыми людьми, а с некоторой абстракцией человека (например, с человеком «коммунистического завтра» или с «идеальным человеком» и т.п.), Вернадский старался поставить во главу своей системы интересы обычного живого человека. И устойчивость ноосферы он рассматривал в связи с творческим потенциалом каждого отдельного человека и интересами социума как целостной системы. Это делает учение Вернадского особенно жизнеспособным и привлекательным.

Впрочем, справедливость требует отметить, что некоторые ученые считают учение о ноосфере мечтой, весьма далекой от реальности. Чем вызвано такое расхождение во мнениях? По-видимому, с одной стороны, незавершенным характером самой теории, а с другой – ее недостаточным экологическим обеспечением. Прояснить ситуацию позволяет синергетический подход.

С точки зрения синергетики, основная функция ноосферы состоит в креативной, творческой, научно-производственной и адаптирующей деятельности в интересах расширения гомеостаза, то есть устойчивости этой системы и освоения новых экологических ниш. При этом, однако, эффективность техногенной деятельности не должна превышать адаптационных возможностей биосферы в целом и региональных биоценозов в частности. И еще – необходимо добиваться того, чтобы скорость перестройки информационных структур не отставала от скорости развития техносферы.

Как мы уже знаем, устойчивость биосферы обеспечивается так называемым принципом Ле Шателье – Брауна, согласно которому при любых внешних воздействиях внутри системы начинают действовать факторы, компенсирующие возникающие изменения. Однако с развитием креативной деятельности человечества эта «охранная функция» принципа «Ле Шателье – Брауна» фактически была ликвидирована. Из этого следует, что если мы хотим обеспечить устойчивую совместную эволюцию (коэволюцию) социума и природы, то должны ввести в эту систему искусственные обратные связи, способные предотвратить «раскачку» возникающих неустойчивостей и предохранить от разрушения окружающую среду…

В современной «теории катастроф» есть «принцип хрупкости хорошего». Все «хорошее» должно удовлетворять набору каких-либо требований. Если хотя бы одно из них не выполняется – «хорошее» превращается в «плохое». Это и означает, что «хорошее» хрупко – его очень легко разрушить. При этом нарушения устойчивости, как правило, происходят скачкообразно. Как утверждает теория катастроф, плавные изменения параметров системы в какой-то момент могут вызвать резкий скачок в ее состоянии – катастрофу.

В XIX столетии в Америке утвердилась капиталистическая формация. И в настоящее время в единой глобальной мировой системе она занимает ведущие позиции. Этой системе, однако, присущи многие противоречия. Но главным, так сказать системообразующим противоречием, то есть таким противоречием, которое формирует капитализм как живую развивающуюся систему, является противоречие между двумя сторонами капитала: капиталом как функцией и капиталом как субстанцией. С одной стороны, капитал – это все, что можно продать: товар, овеществленный труд, производительные силы и т. д. С другой – это производственные отношения, государство, политические партии и т. п. При этом функционализация капитала всегда обгоняла субстанциональный фактор. В конечном счете именно это и превратило капитализм в мировую систему. В настоящее время на долю транснациональных корпораций приходится около 40% производства общепланетарного продукта и около 90% вывоза капитала.

Но сейчас, когда происходит переход к информационно-технологическому укладу, основной функцией становится информация. Развертывается процесс функционализации субстанции. Тем самым системообразующее противоречие капиталистической формации постепенно снимается. И если в недавнем прошлом кризисы, которые переживал капитализм, носили структурный характер и поэтому со временем преодолевались, то ситуация, складывающаяся в настоящее время, выглядит намного серьезнее. Ибо, лишившись системообразующего противоречия, капитализм как формация обречен на исчезновение. Любопытно, что «могильщиком» капитализма оказался не пролетариат, как предсказывал Маркс, а научно-технический прогресс. Таким образом, тот самый научно-технический прогресс, который был стимулирован капиталистической системой, привел к отрицанию его системообразующего противоречия. И это должно привести к преобразованию капиталистической системы в нечто иное, но во что именно, мы пока не знаем…

Что можно в сложившейся ситуации сказать о ближайшем будущем человечества, в том числе и России? С точки зрения синергетики, ключом к пониманию будущего являются так называемые параметры порядка. От них зависит поведение социальной системы. К их числу относятся энергетический и экологический параметры, а также материальное благополучие населения. Что касается энергетического параметра, то в настоящее время в России производится около 6 киловатт на душу населения. Это меньше, чем в США, но сравнимо с производством энергии в европейских странах. Однако положение дел не столь благоприятно, как может показаться на первый взгляд. Дело в том, что уровень необходимого производства энергии в немалой степени зависит от размеров страны и среднегодовой температуры. Если учесть эти факторы, то, как показывают расчеты, в России должно производиться около 16 киловатт на душу населения.

Поскольку человечество представляет собой неустойчивую систему, то возможны различные сценарии его обозримого будущего. Это справедливо и для нашей страны. И если учесть ту ситуацию, в которой сейчас находится Россия, то далеко не все возможные сценарии ее развития в XXI столетии являются благоприятными для нас. В частности, нельзя исключить превращения России в сырьевой придаток более развитых стран, или в государство «третьего мира» и даже сползание к средневековью. Возможен в принципе и распад Российской Федерации на отдельные независимые образования. Например, специалисты в США подсчитали, что в современной России существует 79 очагов потенциальных конфликтов.

Поскольку в ноосфере могут возникать различные неустойчивости, то ее фундаментальным свойством должен стать сложный режим автоколебаний. И задача ситуационного управления будет заключаться в том, чтобы удерживать амплитуду подобных колебаний в разумных пределах. В противном случае вся система может «пойти вразнос».

Если попытаться применить все сказанное к России, то прежде всего необходимо оценить, какие из тех реформ, которые сейчас обсуждаются, отвечают «ноосферному подходу»?.. Прежде всего, необходима радикальная военная реформа – если ее не провести, нам никогда не найти средств, чтобы выполнить все остальное. И больше всех в осуществлении такой реформы заинтересована сама армия, ибо если ее не провести, то у нее не будет ни техники, ни здоровых солдат, ни денег. Нужна также реформа государственного управления. Сокращение численности аппарата, который за время существования РФ увеличился по сравнению с тем, что было в Советском Союзе. Необходима децентрализация управления, делегирование ряда управляющих функций на уровень регионов. Речь должна идти и о кардинальной реформе системы образования, поддержке науки и культуры, об аграрной реформе, реформе здравоохранения и об эффективных мерах по защите окружающей среды. При этом особое внимание должно быть уделено системе образования. Не будет образования – не будет ничего. Только образованные люди способны обеспечить реальное продвижение в сторону ноосферы. Что же касается науки и культуры, то без их дальнейшего развития бессмысленно говорить и о системе образования.

Ноосфера – это принципиально новый уклад. И переход к нему реален лишь при условии, что будет обеспечен соответствующий технологический рывок. Россия обладает колоссальным научно-техническим потенциалом, который мы еще не успели потерять, и если мы сумеем воспользоваться существующим «заделом», то сможем реально приступить к движению по ноосферному пути.

Еще один фактор, угрожающий существованию земной цивилизации, – загрязнение атмосферы, Мирового океана и вообще накопление вредных отходов, а также сокращение площади лесов, полей и степей и наступление пустынь. По данным специалистов, ежегодно на Земле в результате действия этих факторов исчезает не менее одного вида животных и одного вида растений. Подобная скорость исчезновения видов живой природы примерно в 10 000 раз выше, чем в эпоху исчезновения динозавров. Все это вместе взятое может привести к таким изменениям внешней среды, что не останется ниши для обитания человека.

Наконец, четвертым фактором нарастающей опасности является комплекс внутренних противоречий. В недрах капиталистической формации происходят крупные структурные изменения – в развитых странах это становление информационно-технологического уклада.

Растет роль транснациональных корпораций (ТНК). В настоящее время около 400 тысяч таких корпораций обеспечивают выпуск около 40% мирового валового продукта.

Происходит интенсификация хозяйственной деятельности, наблюдается свободное перетекание капиталов из одних стран в другие. Менее развитые страны при этом теряют капиталы, ресурсы, а также талантливых людей.

Как считает Лесков, существует целый ряд фактов, которые свидетельствуют о том, что капитализм завершил свою историческую миссию и у него больше нет «точек роста». Достигнув точки «бифуркации», эта система теряет устойчивость. И надвигающийся кризис можно преодолеть только путем качественных изменений. Наступает время «постиндустриальной цивилизации».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >