Текст XIV. Запредельное знание. Фрагменты из Восьмитысячника[262]

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Текст XIV. Запредельное знание.

Фрагменты из Восьмитысячника[262]

0. Сказал Господь достопочтенному Субхути, старейшине[263]: «Объясни теперь, о Субхути, так, чтоб это стало ясным для Бодхисаттв, великих Махасаттв, как они Бодхисаттвы-Махасаттвы отправляются в Запредельное Знание!» Тогда достопочтенный Шарипутра так подумал про себя: «Будет ли достопочтенный Субхути излагать Запредельное Знание сам, только от себя и посредством своей собственной силы или (сверхъестественной) мощью Будды[264] будет он излагать и объяснять Запредельное Знание?» Но достопочтенный Субхути, который уже постиг посредством мощи Будды то, что достопочтенный Шарипутра подумал про себя, сказал достопочтенному Шарипутре: «Чему бы ни учили, о Субхути, ученики Господа, все это — работа (самого) Татхагаты. Ибо в Дхарме Татхагаты искушают они себя, постигают ее истинную природу, твердо устанавливают ее в своем сознании. Оттого ничто из того, чему они учат, не противоречит истинной природе Дхармы. Да и само объяснение ими Дхармы — это не более чем выплеск объясненного Татхагатой...»

Тогда достопочтенный Субхути силой Будды[265] вот что сказал Господу: «Если кто в разговоре о Бодхисаттве скажет «Бодхисаттва», то что это слово будет значить? Что до меня, о Господи, то я не вижу такой дхармы, как Бодхисаттва, ни дхармы, называющейся «Запредельное Знание». Но если я не знаю, ни что такое Запредельное Знание, ни что такое Бодхисаттва, то каково мне будет наставлять Бодхисаттв в Запредельном Знании? Но все же, о Господи, раз Бодхисаттва непоколебим в своем решении, бесстрашен, сердце его не дрогнет, умом он не усомнится, то такой Бодхисаттва и должен быть наставлен в Запредельном Знании. Но даже обретаясь в нем, он таким образом должен себя упражнять, чтобы никогда не появилось у него гордости за возникшую прежде Мысль Пробуждения, с которой и начался его путь Бодхисаттвы[266]. Ибо эта мысль есть не-мысль, так как (любая) мысль является чистой, просветленной и пробужденной по своей природе».

I. Шарипутра: Но эта мысль, которая есть не-мысль, есть ли она или нет?

Субхути: Но можно ли, говоря о состоянии не-мысль, говорить о «есть» или «нет»?

Шарипутра: Нет, так невозможно говорить.

Субхути: Отсюда и невозможность говорить о не-мысли как существующей или не существующей.

Шарипутра: Что же тогда есть не-мысль?

Субхути: Это — состояние неизменяемости и неразличения.

II. Субхути: Эта дхарма, таковость Татхагаты объясняется как не-наблюдение всех дхарм (ведь наблюдается только то, с чем что-то происходит, чему есть препятствия), а эта дхарма беспрепятственна, оттого не оставляет следов. Она — то же, что пространство. Оттого неизменяема. Оттого нет у этой дхармы ни противоположной ей другой дхармы, ни тождественной. Она — одна без другой. У нее не было причин или условий ее становления, возникновения. Она невоспроизводима в будущем и нет следов, ведущих к ней в прошлом. Значит, нет и пути, ведь его не заметишь.

III.  Шакра[267] (и другие боги): По образу Господа рожден этот старейшина Субхути. Ибо какую бы дхарму он ни объяснял, всегда начинает с Пустоты.

Субхути: Теперь я научу тебя, о Шакра, как Бодхисаттва устанавливает себя в Запредельном Знании. Только имея в своем основании Пустоту, пребывает он в Запредельном Знании. Ни в телесной форме не основывается он, ни в чувствах, ни в восприятии, ни в воле, ни в сознании, ни в зрении, ни в слухе, ни в запахе, ни во вкусе, ни в осязаемом, ни в объектах ума. Никакой идеи не должен придерживаться Бодхисаттва. Ни идеи «это — чувство», ни идеи «это — Бодхисаттва». Так стоит он в Запредельном Знании, но ведь Бодхисаттва не имеет своего места нигде, значит, негде ему стоять. Подобно Татхагате, который нигде не стоит, ни здесь ни там, ни вместе, ни отдельно.

Господь: Глубоко сказанное тобой о Пустоте, о Субхути. Ведь Пустота — это синоним Беззнаковости, неотмеченности, бесстрастия. Синоним не-рождения, не-существования, прекращения, ухода, Нирваны. Пустота — это синоним всех дхарм (в их не-различении).

Шакра: О чем бы ни говорил Благородный Субхути, он ни к чему не прицепляется, ни за что не зацепляется, ничего не задевает в своем движении в Пустоте, как стрела, летящая в воздухе.

Господь: Это так, именно так, даже Пробуждения он не достигает, ибо в Пустоте возможно ли достижение чего-либо?

IV. Субхути: Оттого, что он не рожден, рожден старейшина Субхути по образцу Татхагаты, таковость Субхути есть таковость Татхагаты. И так есть с самого начала, ничто не приходило, не уходило, не придет. По образу Татхагаты — значит по образу таковости Татхагаты, которая та же, что и таковость Субхути, и та же, что и таковость всех дхарм. Но эта таковость, она же есть и не-таковость, и по ее образу рожден Субхути. Тогда таковость и не-таковость есть одно без второго, одно несотворенное, неизменное — оно всегда таковое, таковость, что никогда не будет не-таковостью. И хотя кажимость дуальности можно усмотреть в идее, что Субхути является сверхъестественно (волшебно) произведен из таковости Татхагаты, то и тогда таковость осталась абсолютно той же. Ведь никак невозможно помыслить что-то или кого-то, могущего нарушить целостность, полноту и неделимость таковости. Тогда правильным будет сказать, что таковость Субхути не есть только его таковость, а не Татхагаты. Как и в случае Будды, таковость которого, когда он был Бодхисаттвой в прежних рождениях, и по достижению Полного Пробуждения — одна таковость, не две. Оттого и название «Так ушедший, Татхагата».

V. Господь: Необратимым зовется Бодхисаттва, который навсегда отвратился от пути Учеников и Пратьекабудд и пошел по пути Всезнания[268]. Сначала он вступает в первую, вторую, третью и четвертую дхьяны и в них пребывает. Там он становится совершенным мастером дхьян, но его будущее рождение никак не определено их кармическим эффектом (т.е. прекращением кармических эффектов, происходящим в созерцании[269]). И свое следующее рождение он основывает на дхармах чувственной сферы, к ним направлено его сознание. Приходит ли он или уходит, он остается в обратном вспоминании[270]. Живя жизнью домохозяина, он, как и другие, пользуется приятными для чувств вещами, но особенно их не любит, не привязывается к ним, не жаждет их, просто их имеет. Так и живут Бодхисаттвы жизнью домохозяев, проникнутые энергией Запредельного Знания — таков еще один признак необратимости Бодхисаттвы. «Необратимый» здесь значит, что Бодхисаттва, достигший Полного Пробуждения, уже никогда не возвратится к прежнему состоянию.

VI. Субхути: Если Бодхисаттва достигает Полного Пробуждения, то происходит ли это вследствие первой мысли о Пробуждении или вследствие последней мысли о Пробуждении[271]?

Господь: Как ты думаешь, Субхути, загорается ли фитиль масляной лампы от первого момента его зажигания или от последнего, перед тем как ему вспыхнуть?

Субхути: Ни от первого, о Господи, ни от последнего, ни в какой-либо зависимости от них обоих, ни совсем независимо от них.

Господь: Но фитиль-то все ж таки загорелся, не так ли?

Субхути: Загорелся, о Господи.

Господь: Таким же образом Полное Пробуждение достигается ни первой и ни последней мыслью о Пробуждении, ни без них, ни в связи с возникновением каких бы то ни было мыслей о пробуждении, ни без связи с этим возникновением. Но оно все ж таки достигается, Полное Пробуждение, вот оно.

Субхути: Сколь глубоко и трудно для понимания Взаимообусловленное Возникновение[272]!

Господь: Скажи, Субхути, возникнет ли вновь во второй мысли первая мысль, тотчас же прекратившаяся после своего первого возникновения?

Субхути: Не возникнет, о Господи.

Господь: Но мысль, которая уже возникла, не обречена ли она по самой своей природе на прекращение?

Субхути: Обречена, о Господи.

Господь: Но если что-то по своей природе обречено на прекращение, то может ли оно быть уничтожено?

Субхути: Не может, о Господи.

Господь: Тогда мысль, которая еще не возникла, обречена ли она по своей природе на прекращение?

Субхути: Нет, о Господи, ибо то, что еще не возникло, не может быть прекращено.

Господь: Но если какая-нибудь дхарма уже прекращена по своей собственной природе, то может ли она (опять) прекратиться?

Субхути: Не может, о Господи.

Господь: Может ли прекратиться истинная природа всех дхарм?

Субхути: Не может, о Господи.

Господь: Есть ли мысль в Таковости?

Субхути: Нет, о Господи.

Господь: Есть ли мысль то же, что и Таковость?

Субхути: Нет, о Господи.

Господь: Есть ли мысль что-либо иное, чем Таковость?

Субхути: Нет, о Господи.

Господь: Бодхисаттва, движущийся в Таковости, идет ли он в ней вглубь?

Субхути: Нигде он не движется, ибо нет в нем мысли о том, что он совершает, ни где он проходит.

Господь: Но где-то должен он быть, когда он — в Запредельном Знании?

Субхути: Тогда он — в Высшей Реальности.

Господь: В чем? Отмечена ли она, обозначена?

Субхути: Нет там никакого знака, о Господи[273].

VII. Шарипутра: Никаких усилий не совершает Бодхисаттва, чтобы в данном своем рождении достичь состояния покидания, оставления всех знаков. В том-то и состоит Великое Умение Пользования Средствами, что и зная знаки и понимая их смыслы, Бодхисаттва всецело предан Беззнаковости, т.е. такой дхарме, где не возникает и никогда не возникал знак[274]. Так в Запредельном Знании культивирует он три выхода в Освобождение: Пустоту, Беззнаковость и Бесстрастие. Не так ли? Думает об этом Бодхисаттва и днем и ночью во сне. Ибо не говорил ли нам Господь, что сон и бодрствование по существу одно и то же? И если кто совершает во сне действие, благое или дурное, то не добавятся ли его последствия к кармической сумме совершающего?

Субхути: Поскольку Господь сказал, что в конечном счете все дхармы подобны сну, то никакое действие, совершенное во сне, ничего не изменит в «кармическом балансе» совершающего. Однако же, с эмпирической точки зрения, здесь будут кармические последствия, если, проснувшись, он подумает об увиденном сне, в каком он, скажем, убил кого-то, и сознательно производит мысль о желании убить.

Шарипутра: Но тогда и в случае Будды, каждая мысль, будь то наяву или во сне, тоже может возыметь кармические последствия?

Субхути: Никак не может, о Шарипутра, ибо Татхагата уже покинул все рефлексии и отказался от всякого различения мыслей (и дхарм).

VIII. Субхути: Ни действие, ни мысль не могут возникнуть в пространстве сами по себе, ни пространство не может их произвести из себя самого. Действие или мысль могут возникнуть, только если у них будет объективная опора, т.е. опора в том или ином объекте. Так, опорой всех интеллектуальных действий являются объекты ума, т.е. дхарма-объекты, каковыми являются видимые, слышимые, мыслимые и т.д. вещи. Таким же образом, волевые импульсы[275] возникают с опорой на объекты.

Шарипутра: Господь говорил, что все объективные опоры являются отдельными, никак не соотнесенными ни с каким субъектом. Как же тогда может возникнуть волевой импульс, имеющий только объективную опору?

Субхути: Волевой импульс возникает с объективной опорой на то, что на самом деле (и сейчас) не существует, с опорой на знак чего-то. Таким же образом санскары, которые проявляются в волевых импульсах, обусловлены неведением[276]. Таким же самым образом (возникают) и другие факторы Взаимообусловленного Возникновения, вплоть до старости и смерти, обусловленных рождением.

IX. Субхути: Но как же тогда мысль, сама подобная иллюзии, мыслит Полное Пробуждение?

Господь: Видишь ли ты в мысли, подобной иллюзии, отдельную вещь, реальную, о Субхути?

Субхути: Нет, о Господи.

Господь: Видишь ли ты иллюзию как отдельную реальную вещь?

Субхути: Нет, о Господи.

Господь: Тогда, может быть, ты видишь... такую дхарму, которая знает Полное Пробуждение, которая сама есть не что иное, чем мысль об иллюзии?

Субхути: Нет, о Господи, не вижу. На какую дхарму мог бы я указать и сказать, «вот она, она есть» или «вот она, ее нет»? Ведь дхарме, которая абсолютно отделена (от чего угодно другого), невозможно приписать «она есть» или «ее нет», существование или несуществование. Абсолютно отделенная дхарма не знает Полного Пробуждения, ибо она не имеет существования. Как же тогда Бодхисаттва, пребывающий в абсолютно отделенном Запредельном Знании, может знать Полное Пробуждение, разве можно абсолютно отделенное познать через абсолютно отделенное?

Господь: Именно так, о Субхути, именно потому, что Запредельное Знание является абсолютно отделенным, через него и познается абсолютно отделенное Полное Пробуждение. Но если у Бодхисаттвы возникнет мысль, «Запредельное Знание абсолютно отделено», тогда это уже и не Запредельное Знание. Таким образом, совершенно ясно, что именно через Запредельное Знание Бодхисаттва знает Полное Пробуждение. Отделенное не познается через отделенное. Тем не менее Бодхисаттва знает Полное Пробуждение, которое он не мог бы знать иначе, чем через Запредельное Знание.

X. И вот наступил момент, когда Господь вернул в себя обратно свою чудодейственную магическую силу[277]. И тотчас же исчезли произведенные ею Татхагата Акшобхья[278] и другие Бодхисаттвы, Ученики и Будды этого Поля Будды[279]. Все они исчезли, перестали быть видимыми для собравшихся вокруг Господа. Сказал тогда Господь Ананде: «Смотри, Ананда, подобно тому, как сейчас исчезли произведенные (моей чудодейственной силой) видения, так же и дхармы не видимы не-дхармами. Так же и дхармы не видят и не знают не-дхарм. Ибо все дхармы по самой своей природе невидимы, непознаваемы и неспособны к какому-либо действию. Все дхармы не-активны, а оттого и непостижимы, так же абсолютно пассивны, как пространство. Все дхармы немыслимы и непредставимы, как непредставимы иллюзорные существа[280]. Дхармы невозможно найти, обнаружить, ибо они находятся не только в состоянии бездействия, но и в состоянии несуществования[281]».

XI. Господь: И еще, Субхути, Бодхисаттва, приближающийся к Запредельному Знанию, должен знать такие семь вещей:

(1) Приближающемуся к Запредельному Знанию не следует привязываться к дхармам, приникать к ним, быть связанным с ними.

(2) Приближающемуся к Запредельному Знанию не следует заниматься различениями дхарм, их чертами и особенностями.

(3) Надо помнить, что все дхармы не имеют происхождения, источника.

(4) Твердо знать, что все дхармы неизменяемы и самотождественны.

(5) Помнить, что все разговоры о дхармах не имеют к самим дхармам никакого отношения. Все это — только слова и чисто условное выражение «того, что само не есть дхармы». Все дхармы — за пределами слов и языка.

(6) Знать, что, дхармы не рождаются и не исчезают. Их нерождение — абсолютно.

(7) Знать, что поскольку Таковость везде одна, все дхармы уже достигли Нирваны.

XII. Тогда Дхармодгата сказал: «Ясно, что Татхагаты ниоткуда не приходят и никуда не уходят. Ибо Таковость недвижна, а Татхагата есть Таковость. Невозникновение не приходит и не уходит, а Татхагата есть невозникновение. Может ли кто помыслить о пределе реального? Да ведь Татхагата является таким пределом. Им же являются Пустота, Беззнаковость и полная остановка в сфере пространства[282]. Но Татхагата никак не вне этих дхарм, он в них. Таковость этих дхарм и Таковость Татхагаты — это та же одна Таковость, не две, не три. Таковость не бывает всякой или разной, в ней нет делений и различий».