К. МАРКС СМЕЩЕНИЕ МАК-КЛЕЛЛАНА

К. МАРКС

СМЕЩЕНИЕ МАК-КЛЕЛЛАНА

Смещение Мак-Клеллана! — таков ответ Линкольна на избирательные победы демократов.

Газеты демократов заявили с полнейшей уверенностью, что избрание Сеймура губернатором штата Нью-Йорк немедленно повлечет за собой аннулирование прокламации, в которой Линкольн провозгласил отмену рабства на сецессионистской территории с 1 января 1863 года. Но не успела высохнуть типографская краска на их пророчествах, как их любимый генерал — любимый за то, что «наряду с серьезным поражением он ничего так не боялся, как решительной победы», — был лишен поста командующего и удалился от дел.

Читатели помнят, что на эту прокламацию Линкольна Мак-Клеллан ответил контрпрокламацией — приказом по своей армии, который, хотя и запрещал какие бы то ни было выступления против распоряжения президента, но в то же время содержал в себе следующие роковые слова: «Задача граждан — воспользоваться избирательной урной для исправления ошибок, допущенных правительством, или для оказания воздействия на его политику». Таким образом, Мак-Клеллан, командовавший главной армией Соединенных Штатов, апеллировал от президента к предстоящим выборам. Он бросил на чашу весов авторитет своего высокого положения. Если не считать пронунциаменто в испанском стиле, он не мог более вызывающим способом проявить свою враждебность к политике президента. Поэтому после победы демократов на выборах у Линкольна оставался только один выбор — либо самому опуститься до роли орудия партии компромисса, сочувствующей рабовладельцам, либо отнять у нее опору в армии, удалив Мак-Клеллана.

Смещение Мак-Клеллана в настоящий момент является, таким образом, политической демонстрацией. Но и помимо этого оно стало неизбежным. Commander in chief Галлек в докладе военному министру обвиняет Мак-Клеллана в прямом неповиновении. Дело в том, что 6 октября, вскоре после поражения конфедератов в Мэриленде, Галлек отдал распоряжение о переправе через Потомак — именно потому, что низкий уровень воды в Потомаке и его притоках создавал в то время благоприятные условия для военных действий. Вопреки этому приказу Мак-Клеллан не двинулся с места, сославшись на невозможность для его армии выступить в поход вследствие недостатка провианта. В вышеупомянутом докладе Галлек доказывает, что это была пустая отговорка, что восточная армия в отношении снабжения пользовалась большими привилегиями по сравнению с западной и что недостающая часть провианта с таким же нетерпением ожидалась к югу, как и к северу от Потомака. К этому докладу Галлека присоединяется второй доклад, в котором комиссия по расследованию дела о сдаче конфедератам арсенала Харперс-Ферри[359] обвиняет Мак-Клеллана в том, что он с непостижимой медлительностью стягивал к этому арсеналу находившиеся поблизости унионистские войска, приказав им двигаться со скоростью всего лишь 6 английских миль (около 11/2 немецких миль) в день. Оба доклада— доклад Галлека и доклад комиссии — были в руках президента еще до победы демократов на выборах.

О командовании Мак-Клеллана так часто говорилось на страницах нашей газеты [Главнокомандующий. Ред.], что здесь достаточно будет напомнить о том, как он пытался заменять тактическое решение задачи стратегическим обходом и как он был неутомим в подыскании высших соображений штабной мудрости, мешавших ему либо использовать победу, либо предотвратить поражение. Непродолжительный мэрилендский поход окружил его имя незаслуженным ореолом. Следует, однако, иметь в виду, что общие указания о порядке наступления он получал от генерала Галлека, которым был составлен и план первой кампании в Кентукки, и что победой на поле боя унионисты были обязаны исключительно храбрости нижестоящих командиров, в особенности павшего в бою генерала Рено и генерала Хукера, еще не вполне оправившегося от полученных ран. Наполеон писал когда-то своему брату Жозефу, что опасность на поле битвы повсюду одинакова и что самый верный способ угодить ей в пасть — это пытаться избежать ее. Мак-Клеллан, очевидно, усвоил эту аксиому, но не извлек из нее того практического вывода, который Наполеон хотел внушить своему брату. За всю свою военную карьеру Мак-Клеллан ни разу не появился на поле боя, ни разу не побывал в огне — особенность, которую резко подчеркнул генерал Керни в одном из писем, опубликованных его братом уже после того, как Керни пал, сражаясь под командованием Попа в одном из боев под Вашингтоном.

Мак-Клеллан умел скрывать свою посредственность под маской сдержанной серьезности, лаконической молчаливости и полной достоинства замкнутости. Самые его недостатки обеспечивали ему непоколебимое доверие демократической партии на Севере и «лояльное признание» со стороны сецессионистов. Среди высшего офицерства он приобрел многочисленных сторонников тем, что создал генеральный штаб таких размеров, каких до него не знала летопись военной истории. Часть старших офицеров, воспитанников академии в Уэст-Пойнте, служивших в прежней армии Союза, находила у него поддержку в своей ревнивой неприязни к новоявленным «генералам из штатских» и в своих тайных симпатиях к «товарищам» в лагере противника. Что же касается солдат, то они знали о его военных достоинствах только понаслышке, но относили на его счет все заслуги интендантства и отзывались с большой похвалой о его сдержанной обходительности. Из необходимых для полководца качеств Мак-Клеллан обладал только одним — умением обеспечить себе популярность в армии.

Преемник Мак-Клеллана, Бёрнсайд, слишком мало известен, чтобы о нем можно было высказать какое-либо суждение. Он принадлежит к республиканской партии. Зато Хукер, к которому переходит командование группой войск, находившихся под личным командованием Мак-Клеллана, бесспорно является одним из самых способных вояк Союза. «Fighting Joe» («рубака Джо»), как его называют в армии, сыграл крупнейшую роль в победах в Мэриленде. Он — аболиционист.

Те же американские газеты, из которых мы узнали о смещении Мак-Клеллана, сообщают о решительном заявлении Линкольна, что он ни на йоту не отступит от своей прокламации.

«Линкольн», — справедливо замечает «Morning Star», — «показал себя медлительным, но твердым человеком, который действует чрезвычайно осторожно, но никогда не отступает назад. Каждый шаг его правительственной деятельности был правильным, и каждый свой шаг он энергично отстаивал. Исходя из решения об уничтожении рабства в территориях, он пришел, в конце концов, к главной цели всего «антирабовладельческого движения», к искоренению этого чудовища на всей земле Союза, и уже сейчас ему принадлежит та великая заслуга, что он снял с Союза всякую ответственность за дальнейшее существование рабства».

Написано К. Марксом 24 ноября 1862 г.

Печатается по тексту газеты

Напечатано в газете «Die Presse» № 327, 29 ноября 1862 г.

Перевод с немецкого