4.4 Распознавание пути к Божьему предначертанию

4.4 Распознавание пути к Божьему предначертанию

Мудрый меняла знает полный вес монеты. Поэтому он также знает, сколько веса не хватает в лежащей перед ним монете в результате стирания, откалывания, выгибания. Меняла распознает разницу между настоящей монетой и подделкой. Если перевести это в область духовности, распознавание позволяет увидеть разницу между реальным состоянием людей и их полным ростом в глазах Бога. Писание называет этот вид распознавания «испытанием».

«Быть испытываемым» в Писании

Библейское испытание говорит о различении, проводимом в жизни человека. Здесь взаимодействуют друг с другом несколько действий: проникновение в суть чьего-либо поведения вплоть до его сокровенной истины (исследование), сопоставление этой истины с реальным поведением человека (проверка), исследование и смещение границ индивида (испытание) и отделение истинной сути от реального состояния человека (очищение). Эти четыре действия тесно взаимосвязаны и дополняют друг друга.

Проверка

При проверке реальное поведение человека подвергается критическому сравнению с его истинной сутью [1707] . Учитель мудрости «проверяет» данный аргумент с помощью основных принципов истины (Иов 34:3). Когда братья Иосифа сказали «наместнику Египта», что они пришли за хлебом, он усомнился в их словах: «Вы соглядатаи». Чтобы доказать правдивость своих слов, в следующий раз они вынуждены были взять с собой своего брата Вениамина: «Поэтому слова ваши должны быть проверены, чтобы узнать, говорите ли вы правду» (Быт 42:16). Слова взвешиваются в свете истины (Пс 7:10; 19:2; 138:23). Это болезненный процесс сортировки и отделения (Зах 13:9, Притч 17:3). Особенно больно, когда проверяют сердце (Иер 11:20; 17:10; 20:12, Притч 17:3, Пс 7:10; 16:3; 25:2), включая его склонности (Иер 12:3), размышления (Пс 138:23), его слова (Иов 12:11, Быт 42:16), его рассуждения (Иов 34:3), его поведение (Иер 6:27; 17:10, Иов 23:10). При проверке человек подвергается воздействию огня (Зах 13:9), опускается в плавильную печь (Притч 17:3), ввергается в ночную тьму (Пс 16:3), ведется в пустыню (Пс 80:8), проходит через воду и огонь (Пс 65:10–12). Эти пороговые испытания направлены на обнажение истинной сути. Истина и ложь распутываются, разделяются (Иер 6:27). Цель проверки — сохранность истины: «Сущий — тот, кто, сохраняя, испытывает»* (Иер 20:12, см. также Пс 7:10).

Измерение глубины

Измерить глубину значит увидеть сквозь поверхность [1708] . Например, мы видим поверхность земли, но не видим ее оснований (Иер 31:37). Мы видим опушку леса, но не различаем, что скрывается за ней (Иер 46:23). Чтобы дойти до сути, надо обладать неким чувством «инфраструктуры» земли и того, что таится в лесной чаще. Старатель исследует землю, чтобы узнать, не сокрыт ли драгоценный металл где-то в основании горы (Иов 28:3). Докопаться до истины особенно трудно в сфере человеческих отношений, поскольку люди обладают способностью скрывать свои замыслы. Трудно увидеть что-то сквозь маску самолюбия (Притч 28:11), хитрой тяжбы (Притч 18:17), искусного спора (Иов 32:11), замешательства (1 Цар 20:2) и раскрыть их истинный смысл. Когда мы исследуем слова, мы распознаем, что фактически говорится мною, другим, что написано в тексте, что диктует Zeitgeist. Хорошо сказано в книге Иова: «Вот, что мы дознали; так оно и есть; выслушай это и заметь для себя» (Иов 5:27). Процесс распознавания вводит нас в то, что реально и подлинно. Мудрые люди всегда готовят себя «к испытанию и исследованию своих путей» (Плач 3:40), то есть к тому, чтобы добраться до сути своего поведения, до того уровня, где оно обретает истинный характер, следуя примеру того Единого, который истинен, который «проникает сердце» человека (Иер 17:10) и «знает тайны сердца» (Пс 43:22; 139).

Испытание

Если нужно преодолеть противоречие между моим фактическим состоянием и моим предначертанием, я должен расширить границы своего реального опыта. Писание называет это «испытанием» [1709] . Перед сражением с Голиафом Давиду дали доспехи Саула (1 Цар 17:38). Но Давид никогда прежде не надевал эти доспехи. После неловкой попытки надеть их он пришел к выводу: «Я не могу двигаться в этом снаряжении. Я не испытал его»** (1 Цар 17:39). Подобным образом мудрец испытывает границы и возможности человеческого сердца (Екк 7:23, Сир 6:39). Царица Савская пришла к Соломону, чтобы испытать границы его мудрости (3 Цар 10:1). Проверить, значит «испытать»: где границы выносливости человека (Прем 2:10–20)? Как далеко

простирается эта дружба (Сир 6:7)? На самом ли деле среди нас Бог или нет (Исх 17:7)? Когда Бог испытывает свой народ, он хочет в действительном опыте определить глубину его веры (Быт 22:1-14, Исх 15–16; Втор 8:1–5; 16). Такие проверки осуществляются в экстремальных ситуациях (Быт 22:14, Исх 17:1–7, Прем 3:5, Сир 2:1-18). В этих суровых испытаниях Бог на практике исследует пределы нашей мудрости, нашей дружбы и нашей верности, а также то, как они могут быть изменены.

Очищение

Цель таких испытаний состоит в том, чтобы посредством пересечения границ привести человека к его истинному предназначению. Для этого необходима «переплавка» [1710] : процесс дифференциации в приложении к человеку с тем, чтобы золото его существа могло выйти на поверхность во всей его чистоте. Как золото переплавляется в огне, так и образ Бога переплавляется в процессе очищения (см. Иер 9:7, Зах 13:9). Единственный, кто может со всей ответственностью проводить эту дифференциацию, — это сам Сущий: «Плавильня — для серебра, и горнило — для золота, а сердца испытывает Сущий*» (Притч 17:3). Он спасает своих людей из огня и переплавляет мое существо (Пс 26:2; 17:3). «Переплавляясь», люди участвуют в «совершенстве Бога»; они «совершенны, как Отец их Небесный» (Мф 5:48). Они участвуют в его безраздельной праведности [1711] — праведности, которая созрела, которая «совершенна» (Ис 18:5), «цельна» (см. Ис Нав 3:17; 4:10), «без изъяна» (Лев 22:21). Поэтому не будут пропущены ни фальшивые монеты, ни обломанные края, ни темные стороны. Это совершенство безраздельно полное: оно утрачивает себя в самоотречении, — правая рука не знает о том, что делает левая рука; все это осуществляется в тайне; оно не видит себя. Это происходит в совершенной простоте (см. 2 Цар 15:11), как если бы человек был полностью захвачен игрой (см. 3 Цар 9:4; 22:3–4), безраздельный в своем рвении, самоотверженный, целостный, совершенный, — как Отец, Авва, абсолютное Благо.

Возрастание в совершенстве

Традиция предлагает два отличия, которые присущи возрастанию совершенства. Первое обнаруживает разницу между исходным состоянием (сотворение по образу и подобию Божьему) и завершающим состоянием (полное соответствие Богу). Духовная жизнь протекает между двумя этими полюсами.

Второе отличие обнаруживает разницу между тем, что в пределах человеческих возможностей (чистота сердца), и тем, что дается Богом (созерцание).

Сотворенный по образу и подобию Божьему

По Оригену, духовная жизнь начинается с осознания того, что люди созданы по образу Бога. Познать себя значит познать, что ты создан по образу Бога и что эта созданность «по образу Бога» составляет нашу суть [1712] . Образ Божий — это «динамичная сила, источник, который побуждает людей стремиться к обожению, к подобию»96 — к подобию, в котором люди соединяются с Богом «в процессе еще более глубокого, еще более личного и более экзистенциального уподобления»97. Между самосознанием, которое постигает, что человек был сотворен по образу Божьему, и тем, чтобы Бог узнал человека в совершенном подобии, лежит процесс преображения, в котором проявляется стремление к охвату все новых и новых уровней и аспектов человеческой природы. Таким образом, суть заключается не «в расстоянии между двумя конечными пунктами, а в духовном процессе, который развивается по спирали, захватывая все уровни и аспекты человеческого существования»98.

У Иринея Лионского задействована та же динамика [1713] . Бог создал человека таким образом, чтобы через рост и развитие человек смог двигаться вверх по направлению к полноте, то есть к полному преображению в Боге. Ритм этого преображения определяется божественным Ваятелем [1714] .

Кассиан заимствует у отцов церкви такое понимание этого процесса и вносит его в западную духовность. Процесс распознавания, рассматривая фактическое состояние человека, видит в нем божественные возможности развития, проявляющие себя в каждый момент. «Все люди проходят через личное развитие в соответствии с обстоятельствами своего жизненного пути. Однако они не ограничены определенными фазами развития. Скорее, каждое сиюминутное состояние — это фаза созревания, в которой они могут расти и которая ведет их дальше, по направлению к самой высокой фазе, к завершению в любви» [1715] . Это завершение в любви превосходит наш рост, поскольку не является частью наших человеческих возможностей. «Господь расценил как наивысшую добродетель не выполнение какой-то работы, пусть даже и достойной похвалы, а истинно простое и единое созерцание Его самого…» [1716] .

Люди созданы по образу Бога и призваны созреть до совершенного подобия Ему. Это самое главное отличие, исходя из которого, все великие духовные авторы после Кассиана описывали духовный путь. Например, в случае такого влиятельного автора, как Гийом де Сен-Тьерри, человека, который преодолел ошибочное направление новейшего периода, мы наблюдаем аналогичное основное отличие. Началом и главным принципом является осознание того, что человек создан по образу Бога. Духовное путешествие заключается в приведении всего — внешнего построения жизни человека, его разума, чувств — в гармонию с этим основополагающим динамизмом нашего бытия. Таким образом, воля Бога постепенно входит в нашу жизнь, вначале снаружи, а затем и изнутри, до такой степени, что надо всем возобладает любовь Божья, которая обоживает человеческое бытие10*.

Чистота сердца и созерцание

Божественно-человеческий процесс преображения определяется тем основополагающим фактом, что люди сотворены по образу Бога и стремятся соответствовать Его подобию. Духовный путь, который является промежуточным звеном между двумя этими полюсами, подчиняется различию между практической задачей (скопос), состоящей в чистоте сердца, и конечной целью (тэлос), заключающейся в созерцании. Чистота сердца, — «блаженны чистые сердцем», — представляет собой одну сторону того процесса, обратной — благодатной — стороной которого является созерцание: «они узрят Бога». Это созерцание блаженно, но описывает себя как плод чистоты сердца, «практической задачи, в которой заключен желанный плод» [1717] . Все шаги — это шаги, направленные к практической задаче чистоты. Созерцание — как ее блаженное следствие — является ее плодом, Царством Божьим. «Цель всех наших усилий… — это Царство Божье, или Царство Небесное, но задача, или скопос, — это чистота сердца, без которой никто не может достичь цели» [1718] .

Чистота сердца касается всей жизни человека. Не только так называемые «плотские» аспекты человеческого бытия (тело, инстинкт, потребности), но и аспекты духовной жизни (молитва, стремления, внутренняя направленность) нуждаются в очищении. «Волнению подвержены не только естественные («плотские») порывы, но и сверхъестественные импульсы» [1719] . Как плотская, так и духовная сторона обременены эгоистичностью. Чистота сердца сосредоточивает все на Боге и, становясь восприимчивой, открывается Ему. «Поэтому всему, что ведет нас к этой цели, а именно к чистоте сердца, нужно отдавать все свои силы, но всего того, что удерживает нас от этого, следует избегать как опасного и вредного» [1720] . Реальная точка, на которой сосредоточена чистота сердца, — это созерцание, момент, когда возобладает внутренняя работа Бога. «По мере духовного продвижения люди все больше ощущают в своих мыслях, устремлениях и поступках поддержку Божьей благодати и тем самым обретают свободу» [1721] . Именно на этот момент перехода уповает чистота сердца, это — истинный момент распознавания. Обретение человеком собственной весомости посредством благодати сообщает ему «прозрачность» в соответствии с его реальным «весом». «Победа над собственной внутренней косностью воли, которая мешает человеку идти к Богу, у Кассиана описывается даже как первый импульс, направленный на формирование истинного discretio»im. Мы можем сказать, что чистота сердца, когда оно отдается внутренней работе Бога, создает истинный момент распознавания: чистота сердца помещает все то, что осуществимо (аскеза), в правильную перспективу развития и релятивизирует ее (перспективу) по отношению к тому, что неосуществимо посредством созерцания (мистицизм). Вследствие этой своей «прозорливости» чистота сердца дает свет процессу распознавания на всех этапах духовного пути. Поэтому все духовные движения в пустыне подобны концентрическим кругам, расходящимся вокруг этой озаряющей перспективы1 ш. Чистота сердца — это стрелка компаса для каждого движения в процессе духовного пути.

Распознавание предназначения человека

Если с методической точки зрения мы пристальней всмотримся в четвертый аспект процесса распознавания в том виде, в каком он проявляется в Писании и Предании, то поймем две вещи.

Распознавание наивысшего в человеке

В формальном смысле процесс распознавания — это постижение возможного в реальном, распознавание возможностей в жизни человека. Сейчас мы говорим не об объективно доступных возможностях, то есть возможностях, отделенных от данного конкретного человека, а о возможностях, непосредственно связанных с этим человеком. Они постигаются и реализуются в этом человеке в рамках и на основе реальной жизненной ситуации человека. Нам нужно сделать еще один шаг: возможное, воображаемое человеком, — это его наивысшая возможность и предназначение. В этом случае используются такие

слова, как «конечная цель», «идеал», «призвание», «суть», «совершенство» и «полная зрелость». Распознавание схватывает высшее предназначение человека. Говоря на духовном языке, это предназначение заключается в бо- жественно-человеческом преображении, которое, если рассматривать его с точки зрения наивысшей возможности, характеризуется следующими аспектами: (1) люди созданы по образу Бога для того, чтобы они созрели до конечного предназначения, заключающегося в полном подобии Богу; (2) фактическая человеческая суть деформирует эту основную возможность, но в преображении душа обращается к своему изначальному образу, и эта деформация может быть преобразована в соответствии с божественно-человече- ской формой; (3) соответствие божественно-человеческому опосредованию через эту форму дает возможность созревания в стремлении к Богу, не имеющему формы; (4) любовь, в которую вступает душа в результате этого самоотречения, представляет собой дорогу с беспримерными возможностями, как показывают мистики; (5) смерть, благодаря присутствию Бога, открывает бесконечную перспективу. Эти посылки очерчивают рамки возможностей. В жизни каждого человека эти возможности приобретают характерную конфигурацию, свойственную только данному индивиду. В процессе распознавания важно видеть божественно-человеческое преображение как возможное развитие, представляющее собой многоуровневый процесс.

Путь, шаги и переходы

Распознавание не только видит духовные возможности реального состояния человека, но также постигает путь, который связывает фактическое с возможным. Оно видит шаги, которые ведут к полному преображению. Есть шаги (особенно на начальном этапе), при которых акцент делается на человеческих возможностях: упражнения в добродетелях и духовные упражнения. Однако есть также шаги (особенно в случае достижения определенного продвижения), при которых людям следует довериться божественным возможностям. От распознавания зависит также преодоление препятствий. Например, в то время как на ранних стадиях необходимо усердие, на позднем этапе оно может стать непреодолимым препятствием для божественных возможностей.

Библиография

Albrecht В., Der Geist des Herm erfUllt die Kirche. Uber die Unterscheidung der Geister, Leutes- dorf a.R., 1987.

Benke C., Unterscheidung der Geister bei Bernhard von Clairvaux, Wurzburg, 1991. BezunarteaJ., Clare of Assisi and the Discernment of Spirits, St. Bonaventure, 1994.

Conroy М., The Discerning Heart. Discovering a Personal God, Chicago, 1993.

Dingjan F., Discretio. Les origines patristiques et monastiques de la doctrine sur la prudence chez saint Thomas dAquin, Assen, 1967.

Discernment of the Spirit and of Spirits, ed. C. Floristan, New York, 1979.

English J., Discernment and the Examen, Guelph (Ontario), 1985.

Foster K., Discernment. The Powers and Spirit Speaking, Ann Arbor (Michigan), 1991.

Frangipane F., Discerning of Spirits, 1996.

GalileaS., Temptation and Discernment, Washington, D. C., 1996.

Gil D., Discemimiento segun San Ignacio, Roma, 1980.

Green Т., Weeds among the Wheat. Discernment, where Prayer & Action Meet, Notre Dame (Indiana), 1984.

Greshake G., Gottes Willen tun. Gehorsam und geistliche Unterscheidung, Freiburg i.Br., 1987.

Guidetti А., П discemimento degli spiriti in S. Bernardino da Siena e in S. Ignazio di Loyola, Roma, 1982.

Habra G., Du discemement spirituel, Fontainebleau, 1980–1983.

Job R., A Guide to Spiritual Discernment, Nashville (Tennessee), 1996.

Johnson B., Discerning God’s Will, Louisville (Kentucky), 1990.

Johnson L., Scripture & Discernment. Decision Making in the Church, Nashville, 1996.

Larkin E., Silent Presence. Discernment as Process andProblem, Denville (Newjersey), 1981.

LibanioJ., Discemimiento espiritual. Reflexiones teoldgico-espirituales, Buenos Aires, 1987.

Spiritual Discernment and Politics, Maryknoll (New York), 1984.

Lonsdale D., Dance to the Music of the Spirit. The Art of Discernment, London, 1992.

McBain D., Discerning the Spirits. Checking for Truth in Signs and Wonders, London, 1992.

Eyes That See. The Spiritual Gift of Discernment, Basingstoke, 1986.

Melascon O., Discemement des esprits et vie chretienne, Sainte-Scholastique (Quebec), 1983.

Muller J., Zur Unterscheidung der Geister. Wege zum geistlichen Leben, Stuttgart — Hamburg, 1995.

Oudeman L., Charisma van onderscheiding der geesten. Een vergelijkend onderzoek tussen twee tra- dities, Nijmegen, 1988.

The Place of Discernment, в The Way Supplement № 64, 1989.

Proterra М., Homo Spiritualis Nititur Fide. Martin Luther and Ignatius of Loyola. An Analytical and Comparative Study of a Hermeneutic Based on the Heuristic Structure ofDiscretio, Washington, D. C., 1983.

Rahner K., Theologie aus derErfahrungdes Geistes (Schriften zur Theologie, XII), Einsiedeln 1975.

Randle G., La guerra invisible. El discemimiento espiritual, сото experiencia у сото doctrina, en Santa Teresa de Jesus, Madrid, 1991.

RuizJurado М., El discemimiento espiritual. Teologia, historia, prdctica, Madrid, 1994.

Schneider М., Unterscheidung der Geister. Die ignatianischen Exerzitien inderDeutungvonE. Przy- wara K. Rahner und G. Fessard, Innsbruck — Wien, 1987.

Summa G., Geistliche Unterscheidung bei Johannes Cassian, Wiirzburg, 1992.

Toner J., Discerning God’s Will. Ignatius of Loyola’s Teaching on Christian Decision Making, St. Louis, 1991.

Spirit of Light or Darkness* A Casebook of Studying Discernment of Spirit, St. Louis, 1995.

VelemaJ., Wat zit erachter? Onderscheiding der geesten, Amsterdam, 1995.

Villegas D., A Comparison of Catharine of Siena’s and Ignatius of Loyola’s Teaching on Discernment, New York, 1986.

Wink W., Engaging the Powers. Discernment and Resistance in a World of Domination, Minneapolis (Minnesota), 1992.