ЭАК

ЭАК

Эак был сыном Зевса от дочери речного царя Асопа — Эгины. За это его ненавидела Гера и поразила остров, которым начал править Эак, змеями. Затем наступила засуха и пришел голод, люди и животные умирали. Эак назвал остров именем матери и взмолился Зевсу, своему отцу. Тот услышал молитвы царя, и муравья, падавшие со священного дуба Зевса (а их было очень много), превратились в людей и подданных Эака. Тогда же и закончилось нашествие змей. Эак поблагодарил Зевса и назвал свой новый народ мирмидонами (то есть муравьями). Царь Эак заслужил небывалый почет и уважение не только среди своих подданных, но и среди окрестных народов. Герои были счастливы выполнять его задания. Он слыл справедливейшим и мудрым правителем, и к его суду прибегали как другие цари, так и боги. Он был лучшим посредником между людьми всей Греции и Олимпом. Когда Грецию настигла засуха (за убийство афинянами сына царя Миноса — Андрогея) и каждый город направил к Эаку гонца с просьбой о заступничестве перед Зевсом, тот взошел на гору Панеллений и как жрец Зевса принес жертву и вознес молитву богам. После этого пришел наконец долгожданный ливень, а на горе возвели храм Зевса. Эак — образ идеального правителя, своего рода групповое ожидание, фантазия о вечно удачливом царе, имеющим «свои связи в верхах», на Олимпе. Это своего рода лидер «первой стадии» у Ллойда ДеМоза. Конечно, реальный человек не может таким быть. Но именно этого от него будут ждать подданные и подчиненные.

Когда Аполлона и Посейдона постигло наказание за бунт против Зевса и тот отправил их батрачить, строя стены Трои, они позвали с собой Эака. Обычно это объясняют тем, что если бы стены Трои строили только боги, то она оказалась бы неприступной для всех, в том числе и для богов, потому нужен был маленький недостаток. Для этого и пригласили смертного [153]. Разумеется, Эак не отказался. Совместное строительство стен города символизирует здесь как сотрудничество с реальными людьми, носителями архетипов Аполлона и Посейдона, так и заимствование у них определенных качеств человеком-Зевсом.

Посейдон покажет ему, как быть импульсивным, эмоциональным, спонтанным. Аполлон научит стремиться к каким-то частным целям и достигать их, радоваться личным победам (не связанным со статусом). А может быть и еще чему-то. Мужчина-Зевс именно из роли Эака может взглянуть на Посейдона и Аполлона не как на соперников, а как на соратников или не менее важные и величественные (чем его собственный) образы и сценарии поведения.

Эак был одним из трех царей — любимых сыновей Зевса (другие — Минос и Радамант). После смерти он стал одним из трех судей в Аиде, где будто бы издал даже законы для душ умерших, хранил ключи от царства мертвых и взимал дань с усопших, а также проверял, чтобы количество душ, приведенных Гермесом, совпадало с количеством, указанным мойрой Атропос (эта мойра перерезает нить жизни). Эта часть повествования про Эака касается его ипостаси как Зевса Подземного или самого Аида, о чем мы поговорим в соответствующее время.