ЭКСПАНСИЯ

ЭКСПАНСИЯ

Бог Посейдон, получив в удел море, претендовал на власть и влияние на суше. Не только подарками (водными источниками), но морскими чудовищами (метафора наводнений?) пытался он вызвать у людей благоговение к себе. Подобным же образом и мужчина-Посейдон со временем начинает свою экспансию (конечно, в случае удачного хода событий). Предприниматели открывают новое производство, расширяют сферу сбыта. Лидеры творческих объединений вносят в свои программы всякие новшества и завоевывают значительную аудиторию. Разбойники и пираты отправляются в очередное предприятие. Эта экспансия далеко не всегда оказывается успешной, но «не попробуешь — не узнаешь», а опыт — надежный союзник любого мужчины-Посейдона.

Морская торговля, сфера влияния Посейдона, всегда была связана с торговой, политической и даже военной экспансией отдельных «торговых домов», городов, государств. Так во времена раннего средневековья города-республики Венеция, Генуя и Пиза владели в Европе монополией на торговлю с Востоком. Итальянские капитаны просто купались в роскоши. При том они были лучшими в свое время. Не случайно Америка была открыта генуэзцем Христофором Колумбом, а названа в честь флорентийца Америго Веспуччи. Открытие Америки и последовавшие за ней события, конечно, явились самой колоссальной экспансией в истории человечества, навсегда изменившей облик мира. И ведь что еще могло двигать одержимыми мореплавателями, стремящимися открыть новые земли, континенты? Страсть к путешествию, предводительству, экспансии, наживе. Все то, что отличает мужчин-Посейдонов. Море всегда ловило людей на приманку сказочного обогащения (вспомним, что Посейдон был подателем благ, супругом Земли), как заметил Сен-Жон Перс:

Море Маммоны, море Ваала,

Море всех возрастов и имен,

Море, манящее с давних времен,

Море триумфа, море провала [181].

То же мы можем сказать о любой сфере, связанной с торговлей, риском, предпринимательством, «стихийным рынком» или, наоборот, борьбой различных монополий. Неслучайным тогда покажется выражение «акула капитализма» (а не «медведь» или «волк»). И уже вряд ли удивимся любви богатых людей к спортивному мореплаванию и яхтам. Море и бизнес оказываются связаны не только утилитарно (как морская торговля или туризм), но и стихийно, по природе своей.

Если вернуться к жизни рядовых людей, то при отсутствии этой возможности необходимой человеку экспансии, он может начать сознательно рисковать всем, чтобы получить большее. Это касается и сомнительных мероприятий делового характера, и увлечения азартными играми. Вначале такая игра может быть случайной, как и неожиданный выигрыш. Но «легкие деньги» легко и уходят. Человек начинает повышать ставки и все больше фантазировать об игре и получении крупного куша, находясь в состоянии беспричинного оптимизма и эйфории. Но рано или поздно всегда наступает стадия проигрыша, когда о выигранных деньгах можно лишь вспоминать (и хвастаться!), но игру остановить сам человек уже не в состоянии. Появляются долги, заработки достаются не всегда законным путем, и в результате таких заработков долги растут еще больше. Мужчина-Посейдон слишком привык «ставить все на карту», но как раз в картах это ему не поможет. Закончиться все может и совсем плачевно — потерей профессиональной и личной репутации, раскаянием, ненавистью к другим, одиночеством, преступлениями и заточением [182]. Опасной может стать и вражда с другими Посейдонами, также расширяющими свое влияние.

Одним из проявлений экспансии мужчины-Посейдона можно считать бунт против власти. Он происходит и тогда, когда человек чувствует себя ущемленным (и это естественно для любого сценария, лишь способы выбираются разные), и тогда, когда ему «как будто чего-то не хватает» (характерная мотивировка для Посейдона). Восстания матросов против своего капитана — классический пример подобного бунта. Или вспомним моряков-анархистов начала XX века, который вначале поддержали Октябрьскую революцию, а потом устроили Кронштадтский мятеж.