Чудо (Miracle)

Чудо (Miracle)

«Надо располагать поистине жалкими аргументами, чтобы быть вынужденным пойти по воде аки посуху!» – заметил мне как-то Марсель Конш. В этих словах примерно заключено все, что я думаю о чудесах. Чудесами называют события, представляющиеся необъяснимыми, и для их объяснения прибегают к вмешательству сверхъестественного, которое тем более необъяснимо. Но что же способно доказать двойное непонимание?

В своем «Исследовании о человеческом познании» (глава Х) Юм показал, что чудо по определению более невероятно, чем его отсутствие. Допустим, вам говорят, что некий человек воскрес из мертвых. Даже если лживость этого свидетельства для вас маловероятна (один шанс на сто или на тысячу), вероятность воскресения из мертвых еще ниже (нам неизвестен ни один проверенный случай из миллиардов возможных). Почему же вы должны поверить именно этому свидетельству?

Но, допустим, речь идет не о чужом свидетельстве, а о непосредственном опыте. Здесь работает тот же самый аргумент. Вы наблюдаете, как некий человек идет по воде. Гораздо вероятнее, что вы находитесь во власти галлюцинации, или что перед вами ловкий иллюзионист, или что этому явлению есть естественное объяснение, которого вы не знаете, чем то, что перед вами подлинное чудо, т. е. якобы сверхъестественное нарушение нормальных причинно-следственных связей. А если такое объяснение у меня есть? Значит, передо мной уже не чудо как событие по определению невероятное и исключительное. Глупость и слепота гораздо более вероятны.

Итак, чудо есть событие невероятное, в которое мы, тем не менее, верим; событие необъяснимое, которое мы тем не менее пытаемся объяснить. Верить в чудеса значит не просто верить не понимая – это-то как раз случается сплошь и рядом, это значит верить именно потому, что не понимаешь. Но это уже не вера, а легковерие.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.