[1) Попытка различения между постоянным и переменным капиталом. Взгляд на капитал как на несущественную социальную форму]

[1) Попытка различения между постоянным и переменным капиталом. Взгляд на капитал как на несущественную социальную форму]

[XVIII — 1086] Ramsay, George (of Trinity College). An Essay on the Distribution of Wealth. Edinburgh, 1836.

Переходя к Рамсею, мы снова возвращаемся к политико-экономам.

{ Для того чтобы торговый капитал можно было отнести к области производства, Рамсей называет его «транспортировкой товаров из одного места в другое» (Рамсей, назв. соч., стр. 19). Рамсей, стало быть, смешивает торговлю с транспортной промышленностью.}

Главная заслуга Рамсея состоит в следующем:

Прежде всего в том, что он фактически проводит различие между постоянным и переменным капиталом. Правда, делается это в такой форме, что заимствованные из процесса обращения различия между основным и оборотным капиталом он номинально сохраняет как единственные различия, но основной капитал он определяет таким образом, что тот включает в себя все элементы постоянного капитала. Под основным капиталом Рамсей понимает поэтому не только машины и орудия, здания, в которых работают или хранят результат труда, рабочий и племенной скот, но равным образом и всякого рода сырье (включая полуфабрикаты и т. п.), «семена земледельца и сырье промышленника» (стр. 22–23). Кроме того, Рамсей относит к основному капиталу «удобрения всякого рода, изгороди в сельском хозяйстве и потребляемое в промышленности топливо» (стр. 23).

««Оборотный капитал состоит исключительно из продуктов питания и других предметов необходимости, авансируемых рабочим до завершения продукта их труда» (там же).

Итак, мы видим, что под «оборотным капиталом» Рамсей понимает не что иное, как [1087] ту часть капитала, которая сводится к заработной плате, а под основным капиталом — ту часть капитала, которая сводится к объективным условиям труда, — средства труда и материал труда.

Конечно, ошибка Рамсея заключается в том, что это взятое из непосредственного процесса производства разделение капитала отождествляется у него с различием, проистекающим из процесса обращения. Это есть следствие его приверженности традиции политико-экономов.

С другой стороны, Рамсей также смешивает чисто вещественный состав определенного указанным образом основного капитала с его бытием как «капитала». В действительный процесс труда «оборотный капитал» (т. е. переменный капитал) не входит; в него входит то, что куплено на оборотный капитал, то, чем он замещен, — живой труд. То, что помимо этого входит в процесс труда, есть постоянный капитал, т. е. труд, овеществленный в объективных условиях труда — в материале труда и средствах труда. Поэтому Рамсей говорит:

«Только основной капитал, а не оборотный, является, строго говоря, источником национального богатства» (стр. 23). «Труд и основной капитал представляют собой единственные элементы издержек производства» (стр. 28).

То, что действительно расходуется при производстве товара, это — сырье, машины и т. д. и живой труд, приводящий их в движение.

«Оборотный» капитал является излишним, посторонним по отношению к процессу производства.

«Если бы мы предположили, что рабочие не оплачиваются до завершения продукта их труда, то не было бы никакой надобности в оборотном капитале. Производство велось бы в тех же размерах. Это доказывает, что оборотный капитал не является непосредственным фактором производства и даже вообще не имеет для него существенного значения, а представляет собой лишь ухищрение, сделавшееся необходимым вследствие плачевной бедности основной массы народа» (стр. 24). «С точки зрения нации один лишь основной капитал образует элемент издержек производства» (стр. 26).

Другими словами: овеществленный в условиях труда — в материале и средствах труда — труд, который Рамсей называет «основным капиталом», и живой труд, или, короче, объективированный, овеществленный труд и живой труд, являются необходимыми условиями производства, элементами национального богатства. Напротив, лишь «ухищрением», вызванным «плачевной бедностью основной массы народа», является [по Рамсею] то, что жизненные средства рабочего принимают вообще форму «оборотного капитала». Условием производства является труд, а не наемный труд; следовательно, не является условием производства также и то, что жизненные средства рабочего противостоят ему как «капитал», как «аванс капиталиста». Рамсей упускает из виду то обстоятельство, что если жизненные средства не противостоят рабочему в качестве «капитала» (в качестве «оборотного капитала», как он его называет), то и объективные условия труда тоже не противостоят ему в качестве «капитала» (в качестве «основного капитала», как он его называет). Рамсей всерьез, а не только на словах, как это делают другие политико-экономы, хочет свести капитал к «той части национального богатства, которая применяется для облегчения воспроизводства или предназначена для такого применения» [стр. 21]. Поэтому он объявляет наемный труд, а следовательно и капитал — ту социальную форму, которую средства воспроизводства получают на основе наемного труда, — чем-то несущественным и вызванным лишь бедностью основной массы народа.

Итак, здесь мы подошли к тому пункту, где сама политическая экономия, на основании своего анализа, объявляет капиталистическую форму производства, а потому и капитал, не абсолютным, а лишь «случайным», историческим условием производства.

Однако Рамсей в своем анализе не пошел достаточно далеко для того, чтобы сделать правильные выводы из своих предпосылок, из того нового определения, которое он дал капиталу в непосредственном процессе производства.