Глава 8. Социально-историческое учение марксизма. Источники и исторические этапы развития человеческого общества

8.1. Материалистический подход к общественным явлениям

Общество представляет собой крайне сложный объект для изучения. Оно образует совокупность больших систем и «малых» подсистем - технологических, экономических, социальных, политических, духовных и т.д. Эти системы находятся на первый взгляд в крайне запутанном взаимодействии, обладают довольно быстрой изменчивостью. Кроме того, сам познающий субъект является частью познаваемого объекта и подвержен влиянию со стороны последнего. В этом сложном и подвижном хаосе надо найти путеводную нить, позволяющую выделить главное, определяющее и уже на этой найденной основе строить понимание всего сложного целого.

Понимание той значительной роли, которую производство материальных условий жизни человека, и материальные условия самого производства, играют в судьбах человеческого общества, формировалось задолго до возникновения научного социализма. Заслугой основоположников марксизма в этом вопросе является, во-первых, ясное утверждение, что именно производство материальных условий жизни человека является определяющим в развитии всех остальных сфер человеческого общества - государства, права, политики, религии, идеологии и т.д. Во-вторых, К. Маркс и Ф. Энгельс впервые предложили концепцию, раскрывающую детальное строение общественного производства, соотношение и взаимодействие его структурных элементов, источники, закономерности и формы его развития.

Наиболее общие положения исторического материализма превратились в конце XIX - первой половине XX вв. в неотъемлемую составную часть мировой науки, а концепция в целом в той или иной мере продолжает оказывать влияние на виднейших представителей общественных наук, в том числе и не придерживающихся марксистских взглядов, и даже на активных противников марксизма.

Констатация того факта, что человек должен производить, чтобы существовать, отнюдь не является заслугой марксизма. До марксизма был сделан и вывод о том, что именно производство является специфическим способом существования человека, отличающим его ото всех других живых существ. Однако только марксизм показал, как именно производство реализует свой определяющий характер в жизни человеческого общества.

Научный социализм указал на то обстоятельство, что в процессе производства материальных условий своего существования люди вступают в специфические общественные отношения - производственные отношения. Эти производственные отношения люди не выбирают по собственному произволу. Характер производственных отношений зависит не от воли и сознания людей, а является объективным, поскольку определяется данным, наличным уровнем развития материальных условий производства, то есть уровнем развития производительных сил человеческого общества.

Производственные отношения, в свою очередь, не являются нейтральными, или пассивными, по отношению к производительным силам. Производственные отношения могут ускорять развитие производительных сил, или замедлять его.

8.2. Производительные силы. Труд

Два важнейших элемента производительных сил общества - это, во-первых, человек, обладающий способностью к труду, совокупностью знаний, навыков, приемов производства. Во-вторых, это материальные средства производства.

Следует особо подчеркнуть, что именно человек со своими способностями к труду является ведущим элементом производительных сил. Именно он своей деятельностью создает, видоизменяет, совершенствует средства производства и приводит их в движение. Человек, одаренный способностью к труду, является (наряду со средствами производства) материальным фактором производительных сил общества. Эти факты нередко забываются, и производительные силы часто сводятся к одним лишь средствам производства, а эти последние - к орудиям труда. Данного упрощения иногда не избегали и основоположники научного социализма, являющиеся авторами излагаемой концепции.

Человек, как элемент производительных сил, не сводится только к рабочей силе - совокупности навыков, умений, приемов производства и способности привести их в действие, которыми обладает индивид. Человек (как элемент производительных сил) характеризуется также знаниями и способностью к творческой деятельности, которые он может применять в процессе производства, для его поддержания, развития, совершенствования. Эти качества определяются уровнем культуры, которой обладает человек (понимаемый в данном случае как родовое существо, т.е. как человеческое общество).

Следует сразу оговориться, что человек в марксизме не сводится только к ведущему элементу производительных сил. Марксистская концепция человека рассматривает его как социальное существо во всей многосторонности его социальных отношений, связей, задатков, как активного субъекта истории, движущегося по пути к обретению все большей свободы.

Развитие человека с той его стороны, которая характеризуется его способностью к труду (т.е. человека, как элемента производительных сил), совершается, с одной стороны, путем накопления приемов и навыков трудовой деятельности, изобретения новых приемов, приобретения и передачи соответствующего опыта. С другой стороны, сильнейшее воздействие на характер трудовой деятельности человека, на совершенствование его способности к труду, оказывает развитие и совершенствование средств производства. Следует сказать, что активной стороной в этом процессе также выступает человек. Однако, раз определенный уровень развития средств производства сложился, формируется объективная зависимость уровня трудовых способностей человека от этого уровня развития средств производства.

Средства производства, в свою очередь, могут быть разделены на два больших элемента - средства труда и предметы труда.

Средства труда подразделяются на орудия труда и условия труда. Орудия труда используются человеком для активного воздействия на природные объекты с целью изменения их формы таким образом, чтобы они могли служить целям удовлетворения человеческих потребностей. Сюда можно отнести, например, металлообрабатывающие станки, землеройные машины, электрогенераторы, транспортные средства, зерноуборочные комбайны, химические реакторы, трубопроводы и т.п.

Условия труда сами активно не воздействуют на природные объекты, но служат для того, чтобы, как вытекает из их названия, создавать условия для применения орудий труда. Сюда относятся различного рода производственные здания и сооружения (здания заводских цехов, дороги, мосты и т.д.).

К предметам труда относятся все те природные объекты, на которые человек воздействует при помощи средств труда, видоизменяя природу для своих целей и превращая тем самым природные объекты в продукты труда. Разделение средств производства на средства труда и предметы труда определяется не их природными (физическими, химическими и т.д.) свойствами, а их местом в процессе производства. Например, трактор, работающий на пашне или в карьере, является средством труда (и еще точнее - орудием труда). Тот же трактор, отправленный в ремонтную мастерскую, выступает там как предмет труда. Столь же подвижна грань между средствами производства и продуктами труда, и она также определяется их местом в процессе производства. Например, зерно пшеницы выступает как продукт труда хлеборобов. Отправленное же на мукомольную фабрику, оно выступает как средство производства (а именно, предмет труда) для изготовления муки. Большая часть средств производства (за исключением естественных ресурсов и естественных условий производства) представляет собой продукты труда людей.

Предметами труда являются любые природные объекты, на которые воздействует человек - металл, дерево, сельскохозяйственные растения, минералы, электромагнитные поля, вода и т.д. Часть предметов труда представляет собой уже обработанные человеком продукты труда, часть - предметы природы в их естественном состоянии (например, рыба в море). С этой точки зрения географическая среда обитания человека играет очень важную роль в производстве - и как своего рода кладовая предметов труда, и как один из важнейших факторов, определяющих условия труда.

Однако природная среда не может рассматриваться лишь как пассивный объект воздействия человека. Видоизменяя природу для своих целей, человек вторгается в сложные взаимосвязи, определяющие функционирование и само существование биогеохимической оболочки Земли. Такое вторжение может нарушать естественный баланс в природе, ухудшая условия существования для самого человека (накопление отбросов и отходов производства, химическое загрязнение, гибель видов животных и растений, гибель лесов и степей, истощение источников воды и запасов полезных ископаемых, нарушение озонового слоя, «парниковый эффект» и т.д.).

Зарождение общественного производства означает тем самым и формирование противоречия между человеком и природой. Пока существует человек, это противоречие неустранимо, но формы его движения могут носить характер как разрушительный для взаимодействия человека и природы, так и гармонизирующий их взаимное развитие.

Первоначально человек относится к природе как к источнику средств существования. На низшем, первобытном уровне развития человек ощущает свою зависимость от природы, и это заставляет его приспосабливаться к природе, опасаться мести за чересчур резкое вторжение в ее мир. В этот период формируется система ограничений и запретов (отчасти рациональных, отчасти магических), призванных не допустить разрушения тех источников существования, которые человек находит в окружающей природной среде.

Когда экономические отношения меняются таким образом, что на первый план выходит производство богатства, это первоначальное осторожное отношение к природе сменяется ее безудержной эксплуатацией. Без такой перемены не было бы прогресса человеческого общества. Однако подобный способ прогресса мстит сам за себя - чем эффективнее и масштабнее становятся производительные силы человеческого общества, тем более сильное разрушающее воздействие на природу они оказывают, создавая, в конечном счете, реальную угрозу гибели всей природной среды обитания человека.

Это противоречие было отмечено еще К. Марксом в середине ХIX века, однако широкое признание данная позиция получила лишь более, чем столетие спустя, когда угроза экологической катастрофы стала очевидной. Значительные естественнонаучные предпосылки для понимания характера взаимодействия человека и природы заложили разработки российского ученого академика Вернадского (концепция человека, как геологической силы, концепция ноосферы).

Для того, чтобы устранить угрозу человечеству, исходящую от созданных самим человеком производительных сил, необходимо изменение отношений человека и природы. Человек не может перестать воздействовать на природу для достижения собственных целей, для обеспечения средств существования. Однако это воздействие должно быть гармонизировано с законами самой природы, и для этого природа не должна более рассматривать как источник богатства, - к ней следует формировать отношение как с самостоятельной ценности, а необходимость считаться с ее законами должна быть признана как непременное условие существования самого человека. Однако достижение подобных перемен в отношениях с природой невозможно до тех пор, пока в человеческом обществе господствуют производственные отношения, которые все вокруг - и природу, и самого человека, - неизбежно сводят лишь к источнику накопления богатства.

Эти обстоятельства предопределили и признанную роль марксизма в теоретическом обосновании современного экологического движения, и возникновение в этом движении влиятельного течения «экологического социализма».

Труд есть целесообразная деятельность общественного человека по изменению формы природных объектов, приспосабливающая их для удовлетворения человеческих потребностей.

Взаимодействие людей между собой и человека и средств производства в процессе труда для получения и использования продуктов труда представляет собой процесс производства.

Производство является более широким понятием, чем труд. Производство включает в себя не только непосредственно целесообразную деятельность человека по преобразованию объектов природы, но и многообразные отношения, в которые люди вступают в процессе производства между собой, и взаимодействие людей со средствами производства, и многие виды деятельности, возникшие в связи с осуществлением человеком своих трудовых функций - управление, обмен, распределение, потребление.

Следует подчеркнуть, что человеческое потребление - отнюдь не естественный процесс, а элемент общественного производства. Человеческое потребление отличается от потребления животных теми же самыми характеристиками, какими трудовая деятельность человека отличается от деятельности животных. Как состав человеческих потребностей, так и форма их удовлетворения диктуются в первую очередь общественными условиями производства.

Производство в человеческом обществе образует сложные общественные системы, развивающиеся сначала до национальных, а затем и до всемирных масштабов.

Трудовая деятельность человека отличается от трудоподобной деятельности животных несколькими важнейшими свойствами.

Во-первых, трудовая деятельность человека носит социально обусловленный характер, трудоподобная деятельность животных инстинктивна. Характеристики человеческого труда определяются - если отвлечься от тех ограничений, которые налагаются совокупностью наличных материальных условий производства - общественными отношениями, в которые включен человек. Эти отношения, преломляясь через личные качества человека и его мышление (которое также не носит абсолютно индивидуального характера, являясь отражением коллективной практики людей), определяют выбор или перемену основных составляющих трудовой деятельности - содержания самого процесса труда, характера применяемых орудий труда, предметов труда и результатов трудовой деятельности.

От деятельности т.н. коллективных животных (пчел, муравьев) труд человека отличается тем, что он не ограничен строго очерченной совокупностью функций, определяемых инстинктами и закрепляемых за определенными особями в силу их биологической специализации. Человек в своих функциях универсален, способен менять их и создавать новые, что не свойственно миру животных. Кроме того, инстинктивная трудоподобная деятельность животных заключена в довольно простую рефлекторную взаимосвязь "привычный стимул - привычная реакция". Стимул при этом выступает как типичный элемент состояния природной среды (в том числе и состояния самого живого организма - например, голод), а реакция - как необходимый элемент функционирования живого организма. Человеческий же труд является такой деятельностью, цель и мотив которой не совпадают.

Если для животного мотивом (стимулом) является утоление голода, то и деятельность его будет направлена на утоление голода - поиск и поглощение пищи. Примеры с обезьянами и птицами, использующими палочки для добычи пищи, не являются исключением из правила. Для некоторых видов птиц использование палочек для извлечения насекомых из трещин коры деревьев является инстинктивно закрепленным способом добычи пищи и вне непосредственной связи с этими насекомыми не имеет никакого смысла. Точно также и для обезьян применение палок выступает только как составная часть действий, позволяющих им достать пищу - например, съедобные плоды, и вне связи с этими плодами просто не может иметь места.

Для человека трудовая деятельность почти всегда совершается вне непосредственной связи с удовлетворением его потребностей. Даже первобытный человек, испытывая голод, определенную часть своего времени тратил не на добывание пищи, а, например, на оббивание кромки одного камня другим камнем. В данном случае мотив (стимул) - утоление голода, а цель деятельности - изготовление ручного рубила, причем нередко вне связи с каким-то конкретно намеченным объектом, призванным имеющийся голод утолить. У современного же человека трудовая деятельность и непосредственное удовлетворение потребностей отдалены друг от друга огромной цепью опосредствований. Для множества людей основной род их занятий вообще никогда не соприкасается с непосредственным удовлетворением их потребностей, и возможность удовлетворить их существует лишь благодаря деятельности других людей.

Еще одним отличительным признаком человеческого труда выступает использование средств производства. Некоторые животные, как уже упоминалось, также помещают между собой и природой искусственно созданные опосредствующие звенья - обезьяны приспосабливают палки для добычи плодов, бобры строят плотины, птицы - гнезда, пчелы - соты... Однако эти "орудия" выполняют какую-то одну функцию и носят стереотипный характер в рамках, строго очерченных инстинктами и условными рефлексами. Во всех остальных своих функциях животные полностью обходятся без каких-либо орудий. Лишь человек помещает между собой и природой огромный искусственный мир, техносферу. Человек практически во всех своих жизненных функциях не обходится без средств производства. Эта "вторая природа" постоянно развивается вместе с человеком и ее развитие составляет существенную часть человеческой истории наряду с развитием отношений между самими людьми.

Наконец, указанная специфика трудовой деятельности человека определяет ее целесообразный характер, и предполагает создание идеальных образов как совершаемых действий, так и производимого продукта. Это влечет за собой потребность в развитии познания, и на определенной ступени его развития применение науки к производству становится определяющим фактором роста общественного производства, а сама наука становится непосредственной производительной силой.

8.3. Исторические стадии развития производительных сил

Стадии развития производительных сил первоначально различали по основным материалам, из которых изготавливались орудия труда. Другим важным критерием, позволяющим различать стадии производительных сил, служило также выделение господствующих технологий производства, то есть определенной комбинации элементов производительных сил (простых элементов процесса труда) и характера их взаимодействия в процессе производства. Соответственно базовым технологиям выделяются и основные отрасли хозяйства. Кроме того, с усложнением орудий труда серьезное значение приобретает не столько определение материала, из которого эти орудия изготавливаются, сколько изучение строения этих орудий. С развитием производительных сил эти последние критерии начинают играть наиболее важную роль.

Как ни странно, в рамках марксизма, обратившего внимание на ключевую роль человека в системе производительных сил общества, этот тезис достаточно редко применялся при решении конкретных вопросов оценки уровня развития производительных сил. Этот недостаток был характерен и для классиков марксизма, и для его последователей. Возможно, именно с ним связаны многие нерешенные проблемы исследования экономического развития общества. По мере сил постараемся преодолеть этот недостаток. Но сначала несколько слов о традиционном делении стадий развития производительных сил.

Каменный век

Первоначально главным материалом, из которого изготавливались орудия труда, служил камень. Основной технологией производства таких орудий являлась обработка камня каменными же орудиями. Однако основной технологией, служившей для обеспечения человеку средств существования, служило собирательство, а затем, по мере совершенствования технологии изготовления орудий и навыков совместной и индивидуальной деятельности - также и охота. Такого рода занятия условно относят к "присваивающему хозяйству", поскольку человеческая деятельность (производство) была направлена главным образом на присвоение готовых продуктов природы. Человек, конечно, на всех стадиях своего развития присваивает вещество природы для своих нужд. Но в данном случае речь идет о прямом присвоении готовых природных продуктов. Обработка орудий труда, и даже приготовление пищи и заготовка пищевых запасов (которые развиваются на поздних стадиях каменного века, в период неолита) занимали в производственном процессе первобытного человека куда как меньшее место.

Уже в пределах каменного века человек, помимо механических технологий (обработка камня, дерева, кости, шкур...), осваивает важную физико-химическую технологию - добывание огня и использование его для приготовления пищи и обработки различных материалов (например, гончарное производство). В позднем каменном веке (неолите) человек начинает вмешиваться в естественные процессы воспроизводства живой природы - приручает, а затем одомашнивает животных, начинает культивировать растения. Однако эти технологии приобретают главенствующую роль, как правило, лишь с переходом к использованию металлов.

Еще на основе использования каменных орудий труда в некоторых местностях развивается примитивное подсечно-огневое и мотыжное земледелие. Однако, за немногими исключениями, его продуктивность еще довольно низка.

Медный (бронзовый) век

Использование меди, а затем и бронзы (сплава меди с оловом) означало не только появление металлургии, как новой отрасли производства, но в первую очередь появление орудий, делавших гораздо более эффективными обработку камня, дерева, металлов, и занятия земледелием и скотоводством. Земледелие и скотоводство выходят на первый план в добыче средств к существованию, оттесняя собирательство и охоту. Однако неустойчивость урожаев при примитивном земледелии, зависящем от капризов погоды, и неустойчивость естественной кормовой базы скотоводства (по тем же причинам) длительное время делали охоту и собирательство весьма важными дополнительными источниками жизненных средств для человека.

Переход к земледелию и скотоводству означает переход к так называемому "производящему хозяйству" (термин не очень точный, поскольку не производящего хозяйства быть не может - "присваивающее хозяйство" есть тоже разновидность производства). Этот термин отражает факт перехода от производства, направленного на присвоение готовых природных продуктов, к производству, обеспечивающему массовое изготовление продуктов, видоизмененных человеком, не являющихся плодами стихийно протекающих природных процессов. И выращивание одомашненных животных, и возделывание культурных растений, и ремесло - все эти отрасли хозяйства позволяют создавать и присваивать продукты, имеющие форму, отличную от природной.

Вместе с выплавкой и обработкой металла впервые появляются предпосылки для значительного развития общественного разделения труда - сначала путем разделения земледелия и скотоводства, а затем - отделения ремесла (металлургии, кузнечного дела, гончарного дела...) от сельского хозяйства.

Возникновение общественного разделения труда означает постоянное закрепление конкретных лиц за определенными видами деятельности, т.е. специализацию людей. Такое разделение труда носит наименование общественного потому, что эти виды деятельности и занятые ими люди не могут существовать вне общественных (выходящих за пределы кровнородственных) связей, экономических отношений (отношений обмена деятельностью) между собой.

Первоначально в первобытной общине существовало половозрастное разделение труда, устанавливающее распределение различных функций между членами общины в зависимости от физиологических особенностей половозрастных групп. Возникновение общественного разделения труда входит в противоречие с естественной кровнородственной основой производственных отношений людей, означает шаг вперед в переходе от естественных к общественным предпосылкам производствам. Одновременно, однако, общественное разделение труда вступает в противоречие с родовой сущностью человека, ограничивая его в проявлениях его деятельности и придавая его развитию односторонний (специализированный) характер. Эта односторонность проявляет себя затем как основа возникновения классовых различий.

Железный век

Развитие металлургических технологий (повышение температуры плавки руды) позволило перейти к выплавке и обработке железа. Этот переход обеспечил дальнейшее повышение производительности в земледельческих технологиях и в ремесле, при обработке самых разнообразных материалов. Прирост производительности обеспечил систематическое производство прибавочного продукта (т.е. излишка сверх необходимых текущих потребностей).

Отмечены случаи производства прибавочного продукта при благоприятных условиях даже в присваивающем хозяйстве (интенсивное рыболовство в некоторых районах акватории Тихого океана) и при использовании каменных орудий труда в земледелии (Мезоамерика, Африка). Однако производство прибавочного продукта получает заметное распространение в районах с благоприятными для земледелия природно-климатическими условиями только в медном веке, а как общее правило, именно с наступлением железного века. Вместе с производством прибавочного продукта развиваются такие явления, как эксплуатация и торговля.

Когда человек становится способен производить больше, чем нужно для его текущего потребления (для поддержания жизни), то излишек - прибавочный продукт - может присваиваться другими людьми. Эксплуатация означает применение человека как своего рода живого орудия труда - принуждение одними людьми других к производству прибавочного продукта с целью последующего присвоения последнего.

Обмен продуктами труда существовал уже в каменном веке. Поскольку природно-климатические и геологические условия различны в разных регионах, то это обусловило возникновение обмена, основанного на данных различиях. Однако обмен носил случайный, несистематический характер, и вовлекалась в него незначительная часть производимого продукта (как правило, уникальное природное сырье). Обмен деятельностью существовал и внутри общины на основе половозрастного разделения труда, и примитивных форм его кооперации. В небольших масштабах в общине может развиваться и обмен продуктами труда в силу возникающего отделения ремесла от земледелия.

Систематическое производство излишков вместе с развитием общественного разделения труда не только позволяет расширить масштабы обмена и сделать его систематическим, но и превращает в особую отрасль - торговлю, становящуюся необходимым элементом функционирования общественного производства в условиях общественного разделения труда. Ведь теперь, например, ремесленник не может жить и работать, не обменивая плоды своего труда на продукты питания, а скотовод нуждается в обмене животноводческих продуктов на зерно и т.д. Поскольку производители в различных общинах ведут частное, независимое друг от друга хозяйства, обмен между ними принимает форму обмена товарами и возникает рынок как сфера отношений товарного обмена.

Можно сказать, что мы до сих пор живем в железном веке. Ведь основным конструкционным материалом в современном производстве по-прежнему остается железо и сплавы на его основе. Однако, как уже было сказано выше, теперь важнейшее значение приобретают иные критерии оценки уровня развития производительных сил.

Средневековье принесло такие технологические процессы, как изготовление и применение пороха, книгопечатание, гораздо менее заметный, но не менее значимый прогресс в обработке, консервации и хранении продуктов питания (что позволяло увеличить реальное потребление при прежней продуктивности сельского хозяйства). Именно в средневековье, например, получили распространение такие технологии, как засолка рыбы, дистилляция этилового спирта.

Однако не эти технологии определили переход к новой ступени развития производительных сил. Этот переход был связан с развившейся в течение средневековья специализацией трудовых процессов и орудий, подготовившей замену ручных орудий труда машинами, т.е. такими орудиями труда, которые передают воздействие человека на предмет труда через специальный передаточный механизм и приводятся в движение, как правило, не мускульной силой человека или животных.

Таким образом, машина состоит из трех основных частей - двигателя, передаточного механизма и рабочего орудия. Первыми широко распространенными машинами были водяные и ветряные мельницы, а позднее - механические часы. Массовое распространение машин с технологической точки зрения связано как с повышением прочности применяемых металлических сплавов и повышением точности их обработки, так и с появлением двигателей, не зависящих от географической среды (которая ограничивала применение силы ветра или воды). Появление паровой машины, а затем двигателя внутреннего сгорания и электрического двигателя дало важнейший технический толчок промышленному перевороту (индустриализации) - перестройке всех отраслей хозяйства на основе машинной техники и соответствующих технологий.

С развитием машинной техники произошло некоторое ослабление роли человека как ведущего элемента производительных сил (но одновременно возникли предпосылки для последующего невиданного укрепления этой роли). В домашинную эпоху от накопленных навыков, индивидуального умения и мастерства человека прямо зависела успешность как ремесленного, так и сельскохозяйственного производства (а нередко мускульная сила человека выступала главным энергетическим источником при ручном труде). Машинное производство дает возможность крайне примитивизировать человеческие функции, что нашло свое наиболее выпуклое воплощение в конвейерном производстве.

Однако в дальнейшем создание и совершенствование машин постепенно потребовали, напротив, усилить роль человека в машинную эпоху. Потребовалось применение научных знаний к разработке индустриальных технологических процессов и к созданию машинной техники. Изобретательство стало превращаться едва ли не в особую отрасль производства. Техническое совершенствование и усложнение машин постепенно повлекло за собой и увеличение требований к квалификации и образованности рядовых работников.

Но эти сдвиги затрагивали первоначально довольно узкий круг людей. Положение изменилось во второй половине XX века. Следующим крупным шагом в развитии производительных сил стало в этот период превращение технологического применения знаний в господствующую производительную силу, и вместе с этим - бурный расцвет информационных технологий. Производство, обмен и применение знаний теперь претендуют на то, чтобы играть более важную роль, чем трансформация материально-вещественных предметов труда. Первостепенное значение в процессе производства приобретает творческая деятельность человека.

Такого рода сдвиги в производительных силах оцениваются многими исследователями, как наступление постиндустриальной эпохи. Значение машинного производства (промышленности в широком смысле слова), и даже материального производства вообще падает, и вместе с этим растет удельный вес и значение отраслей нематериального производства (сферы услуг, в особенности сферы духовного производства). Эта эпоха характеризуется продолжающимся ростом значения человека, как ведущего элемента производительных сил.

8.4. Производственные отношения

Выше уже было сказано, что в процессе производства материальных условий своего существования люди вступают в специфические общественные отношения - производственные отношения.

Производственные отношения - общественные отношения между людьми, возникающие в процессе и по поводу производства их собственной материальной жизни. Содержание производственных отношений является объективным (не зависит от воли и сознания людей), поскольку определяется данным, наличным уровнем развития материальных условий производства, то есть уровнем развития производительных сил человеческого общества.

Производственные отношения людей носят материальный характер, но это особая, социальная материя, которую нельзя пощупать руками. Производственные отношения людей могут овещняться (т.е. выступать в форме вещей) - например, товарные отношения приобретают вещную форму, представая как движение товаров и денег. Производственные отношения могут выступать как институты - сложившиеся на основе производственных отношений нормы и правила поведения, и обеспечивающие их организационные структуры. Производственные отношения могут закрепляться в нормах права и т.д. Однако сами производственные отношения так же вполне материальны, поскольку носят объективный, не зависящий от воли людей характер, будучи обусловлены материальными условиями производства.

Следовательно, каков характер производства, каков уровень производительных сил, при котором это производство совершается на данной исторической ступени его развития, таковы же и те производственные отношения, в которые вступают люди между собой. Никогда не следует упускать из виду, что основным элементом производительных сил являются сами люди (однако было бы грубейшей ошибкой сказать, что основной характеристикой человека является его роль как элемента производительных сил)[8-1], и потому в определенном смысле можно даже сказать, что производительные силы вступают между собой в производственные отношения. Но даже люди, как элемент производительных сил, не могут выбирать уровень своего развития по собственному произволу, всякий раз будучи сами определены имеющимися налицо на данной исторической ступени материальными условиями производства.

Характер приобретенных обществом средств производства, совокупность трудовых умений и навыков людей, определяют собой, в конечном счете, и то, какие производственные отношения будут установлены между людьми. Охота и собирательство дают нам первобытную общину, плуг с железным лемехом и ручная прялка - античное или феодальное общество, а если дополнить их сетью оросительных каналов - азиатскую деспотию. Машинная техника порождает капиталистические производственные отношения.

Однако производственные отношения являются не просто слепком с производительных сил общества. Производственные отношения способны оказывать активное обратное влияние на развитие производительных сил. Более того, человек, поскольку он не только элемент производительных сил, может оказывать на производительные силы активное преобразующее воздействие - но только тогда, когда для этого созрели материальные предпосылки.

8.5. Противоречие между производительными силами и производственными отношениями. Способ производства

Зависимость производственных отношений от наличных производительных сил определяет объективный, материальный характер производственных отношений. Можно сформулировать эту зависимость даже как закон соответствия характера производственных отношений уровню и характеру производительных сил. Но эта зависимость (как и любой закон общественной жизни, выражающий лишь некоторый аспект сложных взаимосвязей явлений) является односторонней, в то время как связь между производительными силами и производственными отношениями не сводится к такой односторонней и однозначной зависимости.

Сами производственные отношения, образуя необходимую социально-экономическую форму движения производительных сил (без которой производительные силы не могут функционировать и обеспечивать процесс общественного производства), активно влияют на их развитие, будучи в состоянии (в некоторых пределах, которые еще недостаточно точно изучены) опережать уровень развития производительных сил, или, напротив, отставать от него, ускорять, или, наоборот, замедлять экономический прогресс общества.

В Италии XIV века, на основе ручных орудий труда, могли зарождаться капиталистические отношения, а в США в середине XIX века, в эпоху промышленного переворота, могло сохраняться рабство. Пример современной России показывает, что при одном и том же уровне развития производительных сил (то есть при том же наборе качеств работников и при той же технике) могут сложиться разные системы производственных отношений.

Противоречивое взаимодействие производительных сил и производственных отношений составляет главный источник развития общественного производства. Производительные силы, развиваясь, и переходя на качественно новую ступень, разрывают оболочку устаревших производственных отношений. Установленные в результате качественного скачка новые производственные отношения дают толчок дальнейшему прогрессу производительных сил.

Тем не менее, определенная устойчивая связь между производительными силами и производственными отношениями, хотя и не абсолютно жесткая, все же существует. Благодаря этой связи, производительные силы общества, находящиеся на некотором уровне развития, и функционирующие в рамках соответствующих им производственных отношений, образуют способ производства.

Способ производства - ступень развития общественного производства, в основе которой лежит противоречивое взаимодействие производительных сил исторически определенного уровня и характера, и соответствующей им системы производственных отношений.

Историческое развитие имеет в своей основе революционную смену способов производства, выступающую как форма разрешения противоречий между производительными силами и производственными отношениями. Таким образом, переход от одного способа производства к другому имеет форму социальной революции.

Социальная революция - качественный скачок во всей системе общественных отношений при переходе от одного способа производства к другому. Когда старые производственные отношения становятся препятствием на пути развития новых производительных сил, происходит социальная революция как преобразование экономического строя общества, приводящее к разрушению старых производственных отношений и замене их новыми производственными отношениями, создающими возможность для быстрого роста производительных сил общества.

На этой основе происходит и революционный переворот в общественной надстройке (обычно принимающий форму политической революции), позволяющий, за счет внеэкономического вмешательства в производственные отношения ускорить переход к новому способу производства.

Предпосылками социальной революции являются: рост производительных сил, вступающий в противоречие с прежними производственными отношениями, которые исчерпывают свои прогрессивные возможности; выход части производительных сил общества к качественно новому историческому уровню развития, формирование адекватных этому уровню новых производственных отношений, развитие тем самым зачатков нового способа производства в недрах старого и формирование на этой основе новых социальных групп и классов с новыми интересами. Активную роль в социальной революции играют именно те социальные группы и классы, которые по своему объективному положению связаны экономическими интересами с развитием нового способа производства.

При переходе от одного способа производства к другому исторически длительное время элементы старой и новой систем производственных отношений сосуществуют. В процессе своего возникновения новые производственные отношения появляются не сразу в целостном, готовом виде, существуя некоторое время как переходные производственные отношения, обремененные некоторыми элементами производственных отношений прежнего способа производства. Постепенно, в процессе приобретения новой системой производственных отношений своей целостности, вместе с развитием адекватных ей производительных сил, элементы старых производственных отношений преобразуются, служа своего рода «строительным материалом» для новой системы, и исчезают.

Производство как общественный процесс

Производство в человеческом обществе всегда приобретает определенную общественную форму и невозможно вне этой формы, вне определенных общественных связей людей. Сама эта социально-экономическая форма (производственные отношения), как уже было сказано, зависит от материальных условий производства (уровня развития производительных сил). Поэтому общественное производство выступает не только как производство продуктов труда, но и как производство самих общественных связей людей, самого человеческого общества (как с точки зрения вещественных, так и с точки зрения социальных условий его жизни) или общественно-определенного человека. Именно характер производства определяет, какие именно материальные условия жизни получит человек, и в какие именно общественные связи он вступит, каковы будут его ценности, мотивы и формы общественного поведения.

Таким образом, постоянное возобновление производственного процесса обеспечивает как само существование человека, так и постоянное возобновление и развитие общественных связей людей. Производство постоянно создает само человеческое общество.

8.6. Человек как личность и проблема отчуждения

Личность человека с марксистской точки зрения носит социальный характер. Марксизму чужд крайний индивидуализм, отрицающий всякое значение социальных связей, и приводящий, в конце концов, ко вполне серьезному отрицанию даже факта существования, человеческого общества, признавая только существование абсолютно суверенных индивидов. Однако не стоит приписывать марксизму и ту точку зрения, что человек лишь слепок тех общественных отношений, которым он подчинен.

Да, для марксизма сущность человека есть ансамбль его общественных отношений. Но этот ансамбль формируется самим человеком. И от того, какие общественные связи человек образует, зависит и характер его личности. В то же время человек не всегда свободен в выборе своих общественных связей. И в этом смысле личность человека представляет собой фокус общественных противоречий - в каждой отдельной личности проявляется и свойство человека к свободным, самостоятельным действиям и поступкам, и подчинение человека общественной необходимости, определяемой, в конечном счете, материальными условиями существования и общественным строем на данной исторической ступени развития.

На разных исторических этапах развития человеческого общества различен уровень свободы личности человека. Это различие ярче всего проявляется в формировании, а затем и преодолении отношений отчуждения.

В первобытном обществе человек был ограничен скудными материальными условиями существования и естественно сложившимися родовыми связями. Тем не менее, в этих узких рамках довлевшей над ним естественной необходимости человек господствовал над своей деятельностью и ее результатами. Хотя человек был подчинен своим естественно сложившимся (родовым) общественным связям до такой степени, что почти вообще не выделялся как личность среди своих сородичей, эти связи не выступали как нечто чуждое, противостоящее человеку, а выступали как средство сплочения первобытного коллектива.

В рамках экономической общественной формации подчинение человека задаче увеличения производства вещного богатства вело к образованию различных форм принуждения человека к труду. Вместе с этим происходило присвоение результатов труда одних людей другими, противопоставление человеку его собственного труда, как чуждого, совершающегося для другого. В результате образованные на этой основе - на основе принуждения к труду и присвоения чужого труда - собственные общественные связи людей выступали как чуждые им и даже враждебные. В конечном итоге эти связи не столько связывали людей, сколько противопоставляли их друг другу.

Таким образом, образовалось отчуждение труда, общественных отношений и людей друг от друга. Более того, подчинение человеческой деятельности производству вещного богатства, приобретение трудом свойств частного труда, подчинение человека слепой игре рыночных сил, определяющих цели результаты его деятельности за его спиной, вело и к отчуждению человека от самого себя, даже тогда, когда он работал на себя и не подвергался эксплуатации. (Более подробно отношения, ведущие к развитию явлений отчуждения, будут исследованы в главах 14-19). Тем не менее, в этих условиях, когда преодолевалась личная зависимость человека, и сохранялась лишь вещная зависимость, а вместе с этим укреплялись и производительные силы человеческого труда, становилась возможной и более широкая индивидуальная свобода, чем в естественно-сложившихся общностях первобытной эпохи.

Отчуждение труда, общественных отношений и людей друг от друга преодолевается вместе с освобождением человека от принудительной необходимости тратить основные силы на производство вещного богатства - как для себя, так и для других. Поскольку человек более не подчинен (по крайней мере, в основную часть своего времени) этой необходимости, он свободен в выборе своих общественных связей, что обеспечивает ему наилучшие условия для развития своих способностей. И в таких условиях человек сам свободно формирует свои общественные отношения, он, совместно с другими людьми, обеспечивает господство над процессом своей деятельности и над ее результатами. Эта свобода в формировании собственных общественных связей уже не противопоставляет одного человека другому, а является основой сотрудничества людей. Отчуждение человека от своих общественных отношений, от труда, человека от человека, уходит в прошлое.

8.7. Социально-экономические критерии марксистской периодизации исторического развития общества. Общественные формации и способы производства

С социально-экономической точки зрения историческое развитие человечества делится на три больших общественных формации - архаическую, экономическую и коммунистическую. Эти общественные формации отличаются друг от друга господствующим типом общественной связи людей, который определяется господствующими производственными отношениями, а последние, в свою очередь, зависят, прежде всего, от состояния общественного производства.

Для архаической формации характерна высокая степень зависимости человека от природной среды, преобладание процессов приспособления к внешней среде обитания, даже подчинения ей, над процессами активного приспособления природы для собственных целей. Этому соответствует низкий уровень производительности общественного труда, едва достаточный для поддержания существования естественно сложившихся небольших человеческих коллективов (общин). Рост производительности труда происходит крайне медленно, он практически незаметен на протяжении жизни одного поколения.

Общественная связь людей здесь вырастает из их естественной (кровнородственной) связи, и покоится на личной зависимости людей друг от друга в совместной борьбе за выживание. Самовоспроизводство (поддержание жизни) общинных коллективов выступает в этот период главной целью производства. Производимых продуктов труда едва хватает для текущего потребления, производство сверх текущих потребностей (прибавочный продукт) отсутствует.

Для экономической общественной формации характерен возросший уровень производительности труда, позволяющий обеспечить производство прибавочного продукта. Этот фундаментальный факт ведет к возникновению эксплуатации человека человеком. Хотя самовоспроизводство общинных коллективов длительное время продолжает играть важную роль, наряду с ним развивается накопление вещного богатства, становящееся постепенно главной целью и критерием эффективности. Поначалу главной формой общественной связи здесь остается личная зависимость, но, в отличие от архаической формации, она направлена, прежде всего, на принуждение одних людей другими к прибавочному труду.

Стремление к накоплению вещного богатства определяет собой природу этой общественной формации как экономической, то есть нацеленной на увеличение вещных результатов производства с возможно меньшими хозяйственными затратами. Тем самым производственные отношения начинают с определенной ступени развития экономической общественной формации определяться уже не личной, а вещной зависимостью людей друг от друга, то есть зависимостью, определяемой их ролью и местом в производстве вещей. Главной формой этой зависимости становится рынок. Такой характер производственных отношений приводит на поздней стадии экономической общественной формации к безудержному развитию производительных сил в погоне за накоплением вещного богатства.

Значительный рост производительных сил человека в рамках экономической общественной формации обеспечивает возможность существенного сокращения времени, затрачиваемого на производство средств существования, и, в тоже время, значительное расширение времени и средств, которые могут быть направлены на развитие самого человека, на всестороннее и гармоничное совершенствование его способностей. Если ранее развитие личности человека было невозможно обеспечить без эксплуатации одних людей другими, для того, чтобы сосредоточить в руках у части человечества материальные средства, необходимые для такого развития, то теперь, в итоге эволюции экономической общественной формации, это условие отпадает. Это открывает путь к следующей, коммунистической общественной формации, где человек, уже не связанный необходимостью большую часть времени тратить на добычу средств к существованию и на обеспечение накопления вещного богатства в руках других людей, будет свободно развивать собственную индивидуальность. Свободный союз людей, выступающих как независимые индивиды (свободная и равная ассоциация), становится здесь основной формой их общественной связи.

Последний тезис по видимости вступает в противоречие с материалистическим пониманием истории. Как человек может быть свободен в своих общественных связях, если они определяются состоянием производства и основанным на нем характером производственных отношений?

В том-то и дело, что развитие производства на этой ступени освобождает человека от борьбы за средства существования. Разумеется, производство средств существования сохраняется, но главной задачей теперь выступает гармоничное и всестороннее развитие личности человека при минимизации затрат времени на производство средств существования. Поэтому человек приобретает обширное свободное время, используемое как пространство для развития человеческой личности. И именно такой характер общественного производства, где развитие личности человека является главной целью, занимая основное время активной деятельности, и определяет свободный характер образуемых людьми общественных связей. Именно свобода и равноправие людей в этой области обеспечивают наилучшим образом решение задачи свободного развития индивидуальности каждого человека.

Постольку, поскольку задача производства достаточных средств существования для всех людей будет решена, отпадает необходимость подчинения всей системы производственных отношений задаче наиболее эффективного накопления вещного богатства. Новая, коммунистическая общественная формация постольку перестает быть экономической формацией. Хотя задача экономии общественного труда не снимается, и даже приобретает более важное значение, она направлена уже не на рост производства вещей, а на расширение рамок свободного времени.

Можно сделать вывод, что главным критерием исторического прогресса при переходе от одной ступени развития к другой выступает возрастание степени свободы человека. Сначала человек во все большей степени преодолевает ограничения, накладываемые на него естественными условиями существования, а затем и ограничения, накладываемые на него общественными условиями его собственной жизни. Однако этот прогресс длительное время носит противоречивый характер, и прогресс в одних сферах жизни и деятельности человека покупается регрессом в других областях.

Для человеческой истории различных народов характерны такие явления, как: наличие попятных движений (инволюции), утрата достигнутого уровня производительных сил, недостаточность внутренних предпосылок для перехода на следующую ступень общественной эволюции. Поскольку различные общества развиваются неравномерно, в историческом развитии огромную роль играет взаимодействие обществ, находящихся на разных ступенях развития, что может для некоторых из них прерывать ход эволюции, определяемый внутренними причинами (например, в результате колониального завоевания). Нередко, напротив, переход на следующие ступени происходит под влиянием не столько внутренних источников развития, сколько внешних влияний, что накладывает специфический отпечаток на дальнейшее историческое развитие (примеры: «Революция Мэйдзи» в Японии в последней трети ХIX века, российская революция первой трети XX века).

Такой сложный характер реальной истории дает основания для попыток выдвинуть на первое место среди факторов исторического развития народов так называемые цивилизационные особенности, формируемые главным образом не в сфере общественного производства, а в сфере специфичных для данного этноса бытовых и моральных традиций, духовного склада, религии, особенностей государственного и правового режима и т.д. Эта концепция противостоит материалистическому толкованию истории, сводя последнюю к комбинациям черт «национального духа», обусловленным случайными или вообще непостижимыми для человеческого разума причинами. Тем самым история превращается в произвольный набор «цивилизаций», в возникновении и гибели которых нет никаких общих закономерностей, а есть каждый раз лишь конкретные обстоятельства. История, таким образом, перестает быть наукой.

Несомненно, то, что принято именовать цивилизационными особенностями, играет значительную роль в историческом развитии стран и народов, накладывая значительный отпечаток на своеобразные формы проявления и пути развития способов производства. Однако, для того, чтобы оставаться на позициях научного истолкования человеческой истории, мы должны обращаться к поиску закономерностей исторического развития, лежащим под пестрой поверхностью хаоса явлений, кажущихся случайными.

Цивилизационные особенности могут получить в рамках материалистического истолкования истории вполне рациональное объяснение. Это такие специфические черты исторического развития, которые вызваны длительным предшествующим историческим опытом, и коренятся в особенностях природной среды, наличных хозяйственных ресурсов и вытекающих из них особенностей хозяйственного быта (отраслевая структура, технологии, структура потребления и т.д.), экономической системы, традиций хозяйственного поведения, политического и правового устройства, социальной психологии, семейно-бытовых традиций, этнических особенностей культуры и много другого. Эти особенности далеко не всегда нивелируются характером данного способа производства, а могут закрепляться (главным образом в сфере духовной жизни общества - в хозяйственной и социальной психологии, традициях, верованиях, культурных стереотипах и т.д.) на протяжении больших исторических эпох, оказывая обратное модифицирующее воздействие на тот специфический облик, который в данном обществе примет тот или иной способ производства.

Поэтому нет оснований отказываться от периодизации, основанной на определении ступеней эволюции производительных сил и производственных отношений, и образуемых их взаимодействием способов производства (см. Табл. 1).

Таблица 1. Принципы исторической периодизации развития человеческого общества

В рамках классического марксизма традиционно выделялись следующие способы производства: первобытный, античный, азиатский, феодальный, капиталистический. Вопрос о том, можно ли говорить о социалистическом или коммунистическом способе производства, является предметом дискуссии. Во всяком случае, в классическом марксизме отсутствуют такие понятия как социалистический (или коммунистический) способ производства, которые широко использовались в советском «марксизме-ленинизме». Ленин, к слову сказать, также этих терминов не употреблял.

Дискуссионными являются и многие вопросы, связанные с азиатским способом производства и границей между азиатским и феодальным способами производства. Некоторыми исследователями выдвигались предположения о том, что К.Маркс к концу жизни отказался от концепции азиатского способа производства, однако, хотя некоторые основания для такого утверждения есть, эта гипотеза пока не имеет достаточно убедительных подтверждений. Другие исследователи предлагают собственное решение вопроса о характере способа производства в ряде ранних эксплуататорских обществ (кабальный способ производства и др.).

В идеологической доктрине "марксизма-ленинизма", сформировавшейся в СССР при Сталине, господствовало утверждение о жесткой механической последовательности способов производства во времени - так называемая "пятичленка". Согласно "пятичленке", в истории последовательно сменяли друг друга пять способов производства - первобытнообщинный, рабовладельческий, феодальный, капиталистический и социалистический.

Этот подход грубым образом расходился как с классическим марксизмом, так и с историческими фактами. Помимо того, что Маркс никогда не говорил о "социалистическом" или "рабовладельческом" способе производства, для него также не существовало жесткой последовательности способов производства, которую должно было обязательно пройти в своем историческом развитии любое общество. Именно поэтому "марксизм-ленинизм" отрицал, например, существование азиатского способа производства, несмотря и на массу исторических фактов, и на высказывания Маркса по этому поводу. Для этой механистической прямолинейной доктрины было невозможно признание параллельного существования двух разных способов производства (античного и азиатского), ни один из которых исторически не следовал за другим.

Такая механистическая доктрина стремилась обходить «неудобные» факты, демонстрировавшие возможность существования своеобразного характера протекания исторических последовательностей способов производства во многих обществах, и, при всей ее «европоцентричности», игнорировала многие проблемы исторического развития не только неевропейских, но также и ряда европейских обществ.

Одной из причин резко отрицательного отношения сталинского «марксизма-ленинизма» к марксовой концепции азиатского способа производства было стремление представить историческое развитие России как почти типичный случай перехода от феодализма к капитализму, а от него - к социализму. Ведь сомнения в классически феодальном (или, уж тем более, вообще феодальном) характере докапиталистического общества в России ставили под сомнение утверждения о зрелости российского капитализма, а тем самым - и концепцию «строительства социализма в одной, отдельно взятой стране» в российском исполнении.

Для К.Маркса было очевидным, повторю еще раз, что не существует строго определенной последовательности способов производства, которую от начала и до конца должно пройти каждое общество. Он вполне определенно заявил, что не создавал «теорию о всеобщем пути, по которому роковым образом обречены идти все народы, каковы бы ни были исторические условия, в которых они оказываются»[8-2]. Именно потому, что в целом зависимость общественных отношений от характера производственных отношений и уровня развития производительных сил касается любой общности людей, историческое развитие идет по более сложным закономерностям, нежели линейное поступательное движение, происходящее одинаковым образом для любых обществ, несмотря на различие исторических предпосылок развития.

В письме в редакцию «Отечественных записок» и в письме Вере Засулич К.Маркс разъяснял, что его теоретический анализ развития капитализма имеет отношение только к странам Западной Европы[8-3], - либо к любой другой стране, которая «имеет тенденцию стать капиталистической нацией по образцу наций Западной Европы», а «очутившись в лоне капиталистического строя, она будет подчинена его неумолимым законам, как и прочие нечестивые народы»[8-4].

Но если нация еще не встала на путь капиталистического развития? Является ли тогда этот путь для нее обязательным? К.Маркс пытался найти ответ и на этот вопрос, поставив его и сделав попытку его разрешения в первую очередь применительно к России последней трети XIX века. В общем, этот ответ сводился к следующему: если развитие частной собственности и рынка не успеют разложить архаические общинные структуры, то, в случае, если революция прервет движение России к капитализму, российское общество сможет усвоить достижения капиталистической эры, взяв общину как исходный пункт для формирования системы коллективного производства, и не проходя для этого весь путь исторического развития капиталистического способа производства[8-5].

Мы видим здесь, по меньшей мере, две предпосылки для реализации такого своеобразного варианта развития. Первая - наличие возможности совершения революции, ориентированной на социализм; вторая - наличие возможности усвоить достижения капитализма. Однако возникает вопрос: а есть ли в России XIX века (или в любой другой стране, находящейся в аналогичном положении) достаточные внутренние основания для достижения этих двух предпосылок? Ответ будет категорическим: нет. Обе эти предпосылки могут быть только заимствованы (по крайней мере, если мы говорим о достаточных предпосылках) из внешних, международных условий исторического развития.

Следовательно, для такого развития событий должна существовать, прежде всего, готовность развитых стран капитализма к всемирной социалистической революции. При этом неважно, что именно явится исторически исходным пунктом такой революции - им может стать и революция в стране с архаическими общинными структурами. Главное в том, чтобы в обозримой исторической перспективе ход событий привел, в конечном счете, к развитию всемирной социалистической революции.

В реальности конца ХIХ века таких условий не существовало (хотя К.Маркс надеялся на их наличие). А когда российская революция позже все же вспыхнула, она не стала, вопреки ожиданиям, сигналом к мировой революции. Поэтому позиция Маркса в качестве конкретно-исторического прогноза не нашла подтверждения. Однако остается открытым вопрос: а не сможет ли этот прогноз реализоваться в иных условиях, когда окажутся действительно налицо те предпосылки, на которые надеялся Маркс?

Вопросы для самостоятельного изучения:

1. На чем основан материалистический подход к общественным явлениям?

2. В чем заключается специфика человеческой деятельности?

3. Каковы источники развития производительных сил?

4. В какой мере производительные силы человека зависят от естественной природной среды?

5. В чем заключается объективный характер производственных отношений, и как они зависят от развития производительных сил?

6. На какой основе формируются исторические этапы развития человеческого общества и переходы от одного этапа к другому?

7. Каково соотношение формаций и способов производства?

8. В чем недостатки однонаправлено-линейной модели периодизации исторического процесса?

9. В чем заключается принципиальное различие марксистского формационного и цивилизационного подходов к периодизации человеческой истории? Имеются ли у них точки пересечения?

Литература для самостоятельного изучения:

Работы классиков марксизма:

• Маркс К. Капитал, т.I, Глава 5, §1. Процесс труда // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. т.23.

• Маркс К. Экономические рукописи 1857-1859 годов. Введение. // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. т.46. ч. I.

• Маркс К. Наброски ответа на письмо Вере Засулич // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. т.19.

Известная работа Плеханова, содержащая систематическое изложение материалистического подхода к общественным процессам:

• Плеханов Г.В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю // Избранные философские произведения. т.1. М., 1956.

В данной работе советского периода можно найти весьма неплохое изложение материалистического понимания истории:

• Келле В.Ж., Ковальзон М.Я. Теория и история (проблемы теории исторического процесса). М.: Политиздат, 1981.

Один из наиболее творческих представителей советского марксизма в области философии истории представляет свой взгляд на проблемы исторического материализма:

• Ю.И.Семенов. Секреты Клио. Сжатое введение в философию истории. — М.: Изд-во МФТИ, 1996. — 179 с.

• Ю.И.Семенов. Философия истории. Общая теория, основные проблемы, идеи и концепции от древности до наших дней. — М.: «Современные тетради», 2003. — 776 с.

Работы по проблеме человеческой личности и отчуждения:

• Bertell Oilman. Alienation: Marx's Conception of Man in Capitalist Society. Cambridge U.P., 1971; 2nd ed., I976.

• http://www.nyu.edu/projects/ollman/books/a.php

• Эрих Фромм. Человек одинок. // «Иностранная литература», 1966, №1. http://scepsis.ru/library/id_898.html

• Эрих Фромм. Марксова концепция человека // Фромм Э. Душа человека. М.: «Республика», 1992. http://scepsis.ru/library/id_642.html

• Э. Фромм. Иметь или быть. Пер. с англ. Э. Телятниковой. — М.: ACT: 2008.

• Э. Фромм. Бегство от свободы. Пер. с англ. А. Лактионова. — М.: ACT: 2009.

• http://lib.ru/PSIHO/FROMM/fromm02.txt

• Маркузе Г. Эрос и цивилизация. Одномерный человек: Исследование идеологии развитого индустриального общества / Пер. с англ., по-слесл., примеч. А.А. Юдина; Сост., предисл. В.Ю. Кузнецова. М: ООО "Издательство ACT", 2002. http://enatramp.narod.ru/pervoistochnik.files/man.files/man0.html

• Сэв, Люсьен. Марксизм и теория личности. М.: Прогресс. 1972.

Эта работа Лукача, посвященная в том числе и проблематике отчуждения, оказала влияние на все последующее развитие западного марксизма - как путем критики, так и путем развития содержащихся там идей:

• Георг Лукач. История и классовое сознание. Исследования по марксистской диалектике. Пер. с нем. Сергея Земляного. М.: Логос-Альтера, 2003.

Здесь проблемы отчуждения изложены Лукачем с несколько иных позиций, чем в его более ранней работе «История и классовое сознание»:

• Лукач Д. К онтологии общественного бытия. Пролегомены: Пер. с нем. Общ.ред. и вступ. ст. И.С.Нарского и М.А.Хевеши. Москва: Прогресс, 1991, с.412

Среди авторов этой книги можно увидеть известных представителей нынешнего правящего класса и идеологов правого либерализма. Однако в молодости они отдавали дань марксистскому методу. И вот парадокс: пока они придерживались марксизма, из-под их пера еще могли выходить небезынтересные в научном отношении работы.

• Я.И.Кузьминов, Э.С.Набиуллина, Вад.В.Радаев, Т.П.Субботина. Отчуждение труда: история и современность. М.: Экономика, 1989.

Известный венгерский философ представляет свой взгляд на значение философии Гегеля для формирования материалистического взгляда на историю:

• Лукач, Георг (Дьёрдь). Молодой Гегель и проблемы капиталистического общества. М.: Наука, 1987.

Небезынтересная работа другого венгерского философа, отличающаяся менее догматическим подходом к марксизму, чем большая часть работ советского периода:

• Текеи Ф. К теории общественных формаций. Проблема анализа общественных форм в теоретическом наследии К. Маркса. М.: Прогресс, 1975.

Последовательный защитник т.н. «пятичленки» пришел к отказу от старой схемы, и предложил восьмичленку, из которой устранил рабовладельческую формацию, но по-прежнему отстаивает линейно-стадиальную схему периодизации исторического процесса:

• Дьяконов, И. М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней. 3-е изд. М.: КомКнига/URSS, 2010.

Работы советского историка с собственной трактовкой периодизации исторического процесса:

• Илюшечкин В. П. Теория стадийного развития общества: История и проблемы. М., 1996.

Известный медиевист представляет критический взгляд на формационную теорию, ее применение советскими историками, показывает трудности и неразрешенные проблемы, но в то же время фактически признает, что новой, более гибкой и совершенной концепции исторического процесса, решающей эти проблемы, мировая наука так еще и не выработала:

• Гуревич А. Философия и история. Теория формаций и реальность истории. Библиотека Гумер: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/gurevich/fil_ist.php

Три работы, посвященные проблематике производительных сил:

• Шелике В.Ф. Методология определения К.Марксом И Ф.Энгельсом производительных сил в работе "Немецкая идеология" // К.Маркс и Ф.Энгельс о вопросах социальной диалектики (сборник научных трудов). КГУ, Фрунзе, 1983. http://www.wtschaelike.ru/?page id=54

• Гринин, Леонид Ефимович Производительные силы и исторический процесс. 3-е изд. М.: КомКнига/URSS, 2006.

• Эйххорн В., Бауэр А., Кох Г. Диалектика производительных сил и производственных отношений. Пер. с нем. М., 1977.

Три работы, принадлежащие известным советским философам и представителю культурно-исторической школы в советской психологии, посвященные человеческой деятельности, роли практики в развитии человеческого сознания:

• Батищев Г.С. Деятельностная сущность человека как философский принцип // Проблема человека в современной философии. - М.: Наука, 1969.-с.73-144.

• Более ранний вариант этого же текста: Батищев Г.С. Общественно-историческая, деятельная сущность человека. // Вопросы философии, 1967, №3.

• 3.2. Опредмечивание-распредмечивание как механизм деятельности. // Деятельность как социальный феномен. Сайт Валентина Агеева http://www.ageyev.kz/books/book-2/chapter-3/3.2.html

• Выготский Л.С. Развитие высших нервных функций. М., 1990.

Это - одна из немногих работ, написанных в советское время, где производственная деятельность человека раскрывается с ее общественной, а не технико-организационной стороны:

• Производство как общественный процесс. М: Мысль, 1986.

Сравните содержание рекомендованных работ со статьей Сталина:

• О диалектическом и историческом материализме // Сталин И.В. Соч. т.14. http://www.hrono.ru/libris/stalin/