Глава 15. Система производственных отношений капитализма после промышленного переворота. Производство прибавочной стоимости

15.1. Капитал и прибавочная стоимость. Заработная плата

Деньги, способные приносить прибавочную стоимость, есть капитал.

Со своей стоимостной стороны капитал отличается от обычных денег тем, что величина его стоимости не остается неизменной, а испытывает тенденцию к постоянному возрастанию. Владелец капитала стремится извлечь из обращения больше, чем бросил в него. Но как это возможно? Если мы исходим из предпосылки эквивалентного обмена по стоимости, то из обращения можно извлечь лишь эквивалент той стоимости, которая была обменена. Когда товар обменивается на деньги, то в итоге получается сумма денег, равная стоимости товара.

Даже если эквивалентность обмена нарушается, то это не приводит нас к решению задачи. Если в результате неэквивалентного обмена некто извлек из обмена больше, чем предложил к обмену, то его выигрыш целиком складывается из потери другого участника обмена. Таким образом, мы имеем дело не с ростом богатства, а всего лишь с его перераспределением между различными людьми.

Тем не менее, на практике мы постоянно сталкиваемся с тем, что формула простого денежного обращения Д-Т-Д сменяется на формулу капиталистического обращения Д-Т-Д' (где Д'=Д+?Д, т.е. деньги с приростом).

Ничего не изменится и в том случае, если мы обратимся к сфере производства. Да, труд создает новую стоимость. Но в обмен за свой овеществленный в товарах труд можно получить только эквивалент этого труда - и ничего больше.

Как же владелец денег постоянно ухитряется продавать дороже, чем он заплатил сам при покупке товаров, и тем самым извлечь из обращения больше денег, чем бросил в него?

Такое явление становится возможным, если предположить, что владелец денег имеет дело со специфическим товаром, особенности участия которого в обмене и в производстве позволяют капиталисту входить во второй акт обмена, имея на руках большую стоимость, нежели была потрачена на покупку в первом акте. Подобный товар был известен задолго до формирования капиталистической системы. Это - рабочая сила, или способность человека к труду, приобретшая самостоятельное товарное бытие, отчужденная (в экономическом, а не в физическом смысле) от человека-носителя.

Способность человека производить продукт в большем количестве, чем нужно для обеспечения его собственного существования, известна очень давно, и с успехом использовалась в докапиталистических эксплуататорских обществах. Различие между этими обществами и капитализмом заключается в том, что если в первых осуществлялось принудительное изъятие прибавочного продукта на основе внеэкономического принуждения, то эксплуатация при капитализме осуществляется на основе законов товарного производства и обращения, на основе обмена эквивалентов. Так как же обмен эквивалентов приводит нас к продукту, в котором содержится больше стоимости, чем в исходном пункте?

Владелец денег, приобретая рабочую силу, платит за нее ровно столько, сколько она стоит - то есть столько, сколько при нормальных условиях нужно затратить на ее воспроизводство (на то, чтобы купить и потребить товары, необходимые для восстановления рабочей силы, и на замещение выбывающего с возрастом работника, т.е. на поддержание жизни его семьи). А затем в дело вступает уже упомянутая способность человека произвести за рабочий день больше продуктов труда, нежели нужно для поддержания его собственной жизни и жизни его семьи. И если наемный работник обладает рабочей силой, которая в процессе своего расходования позволяет трудиться за пределами того времени, которое нужно для возмещения затрат труда самого работника, т.е. за пределами необходимого рабочего времени, то задача решена. Ведь работник, отработав необходимое рабочее время и создав необходимый продукт (необходимый для возмещения его рабочей силы) теперь может продолжать трудиться уже в прибавочное рабочее время, в течение которого он создает для владельца денег (капиталиста) прибавочный продукт, создавая тем самым и прибавочную стоимость.

И это происходит при полном соблюдении эквивалентности обмена, при обмене рабочей силы на деньги точно по ее стоимости.

Защитники эксплуатации нередко любят указывать сторонникам трудовой теории стоимости и теории прибавочной стоимости Маркса, что заявления об эксплуатации противоречат закону сохранения энергии. Согласно их рассуждениям, если мы измеряем стоимость затратами человеческой трудовой энергии, то утверждение, будто человек может создать стоимость большую, нежели нужно для возмещения той энергии, которую он затратил (то есть для восстановления его способности к труду), абсурдно с точки зрения закона сохранения.

На удочку такого рассуждения довольно часто клюют те представители естественных и общественных наук, которых подкупает видимость естественнонаучной аргументации. Между тем подобные рассуждения построены на непонимании (или сознательном извращении) как раз физической стороны трудового процесса, на сознательном или бессознательном смешении процесса создания материального продукта и процесса создания стоимости.

Дело в том, что и сам работник, для восстановления затраченной трудовой энергии, и его эксплуататор (для своих целей) потребляют вовсе не энергию, затраченную в процессе труда, и даже не стоимость созданного продукта, измеряемую этой энергией, а продукт, полученный с ее помощью. И хотя на продукт, потребляемый работником (необходимый продукт), затрачена лишь часть израсходованной им энергии (израсходованной только в течение необходимого рабочего времени), его может быть вполне достаточно для полного возмещения затрат его труда.

Но разве такое возможно? Разве это не прямое нарушение закона сохранения энергии? Нет, никакого нарушения здесь нет. Ведь человек не создает продукт из ничего, или только из собственной энергии (это касается даже таких специфических продуктов, как знания, хотя они и выглядят чистым порождением усилий человека). Исходная материя природы, которую преобразует в труде человек, уже содержит в себе энергию. Человек своим трудом лишь преобразует физическую форму того, что дано природой, делая эту материю пригодной для человеческого потребления.

Скажем, для примера, что человек возмещает затраты своей энергии на дойку коровы не за счет этой самой затраченной энергии, и даже не за счет воплощения этой энергии в надоенном молоке, а за счет надоенного молока, в котором содержится больше энергии, чем потрачено на дойку человеком, поскольку энергия в молоке - это его природное свойство, имевшееся еще до процесса дойки. Человек своей энергией не создает молоко - он его выдаивает, стерилизует, упаковывает, перевозит. Поэтому в готовом к потреблению молоке есть не только та энергия, что привнесена усилиями человека, но и та, что запасена природой. Так что с законом сохранения все в порядке.

Разумеется, капиталисту - владельцу денег, чтобы обеспечить эксплуатацию труда, нужно приобретать не только наемную рабочую силу, но и средства производства, которыми будет работать наемный работник. Таким образом, формула простого денежного обращения Д-Т-Д, превращаясь в формулу капиталистического обращения, или во всеобщую формулу капитала Д-Т-Д' (всеобщую потому, что ею определяется движение всех форм капитала), раскрывается следующим образом:

где: PC - рабочая сила, СП - средства производства, П - процесс производства

Средства производства и рабочая сила, вступая в процесс производства капитала, сами приобретают капиталистическую форму. Стоимость средств производства выступает как постоянный капитал (с), поскольку их стоимость не меняется в процессе производства (хотя она полностью или частично переносится на готовый продукт). Стоимость рабочей силы выступает как переменный капитал (v), постольку, поскольку обладает способностью приносить стоимость большую, чем сама имеет, приносить прибавочную стоимость (т). Таким образом, стоимость капиталистически произведенного товара распадается на величину, равную стоимости возмещения истраченных и изношенных средств производства, величину, равную стоимости затраченной рабочей силы, и величину прибавочной стоимости:

T' = c+v+m

Степень способности наемной рабочей силы, выступающей как переменный капитал, приносить капиталисту прибавочную стоимость, называется нормой прибавочной стоимости (т'), или нормой эксплуатации, и измеряется отношением величины прибавочной стоимости к величине переменного капитала:

m' = m / v

Эта формула выражает собой меру производственного отношения капиталиста и наемного рабочего. Поэтому величина постоянного капитала (с) здесь не фигурирует - прибавочная стоимость создается живым трудом наемных рабочих.

Итак, на основе изложенного выше мы можем дать более развернутое определение капитала:

Капитал - производственное отношение между капиталистом (владельцем денег, авансирующим их для производства прибавочной стоимости) и наемным рабочим по поводу производства и присвоения прибавочной стоимости за счет эксплуатации наемной рабочей силы.

Пределы эксплуатации капиталист не может установить совершенно произвольно. Если он продлевает рабочий день в погоне за увеличением массы прибавочной стоимости, то это ведет к увеличению расходования рабочей силы, а значит, требует и больше средств для ее восстановления. Однако это дополнительное рабочее время приносит капиталисту не только дополнительные расходы на рабочую силу, но и дополнительную прибавочную стоимость.

Вопрос о том, каковы должны быть границы рабочего дня в рамках капиталистических отношений, не имеет совершенно жесткого и строго определенного экономического решения в рамках законов товарного обмена. Продолжительность рабочего дня имеет нижний предел - рабочий день в капиталистическом производстве не может длиться меньше, чем время производства необходимого продукта для возмещения стоимости потраченной рабочей силы. Иначе капиталист вообще не будет нанимать работников, и организовывать производство - ведь он им занимается не ради производства как такового, а ради увеличения авансированного капитала путем производства прибавочной стоимости.

Верхний предел продолжительности рабочего дня определяется физической способностью работника восстановить затраченные в ходе работы силы.

В этих пределах продолжительность рабочего дня определяется соглашением между наемными работниками и капиталистом. Результаты этого соглашения зависят от баланса сил сторон, которые имеют противоположные интересы: рабочие заинтересованы в сокращении продолжительности рабочего дня, капиталисты заинтересованы в более длительном рабочем дне. «При столкновении двух равных прав решает сила» - заметил по этому поводу К.Маркс[15-1].

Длительное время рабочие вынуждены были соглашаться на крайне невыгодные для себя условия продолжительности рабочего дня. Этому способствовало не только давление экономической необходимости, заставлявшее пролетариев продавать свою рабочую силу на тяжелых условиях, но и применение государством и частным капиталом методов внеэкономического принуждения (ограничение верхнего предела заработной платы, репрессивная политика в отношении безработных, произвол надсмотрщиков на фабриках и т.д.).

В мануфактурный период капитализма продолжительность рабочего дня составляла 14-16 часов в сутки, в начальный период промышленного переворота - 11-12 часов. Затем, в результате длительной ожесточенной (и нередко сопряженной с многочисленными жертвами) борьбы рабочего класса, в середине XIX века в Великобритании, а затем и в других европейских странах, продолжительность рабочего дня начинает регулироваться законодательством. Это был единственный способ избежать постоянных столкновений, дестабилизирующих капиталистическое общество, не устраняя объективную основу конфликта, но, в тоже время, вводя его в определенные рамки. В первой трети XX века, после нескольких предшествующих десятилетий борьбы уже политически организованного рабочего класса, и под давлением результатов Октябрьской революции 1917 г. в России, в странах развитого капитализма нормой сделался 8-часовой рабочий день.

Таким образом, фабричное законодательство появилось как первое изъятие из чисто рыночного принципа формирования отношений между наемным трудом и капиталом, как первое устойчивое вмешательство общества в стихийные рыночные процессы. Необходимость такого вмешательства появилась на сравнительно ранней стадии развития капитализма постольку, поскольку капиталистическое отношение придало рыночной сделке между капиталистом и наемным работником специфический характер (невозможность строго определить продолжительность рабочего дня в рамках законов рынка). Разрешение этих специфических противоречий самой рыночной сделки и потребовало отхода от следования чисто рыночным принципам.

Как определяется в отношении между капиталистом и рабочим стоимость продаваемой последним рабочей силы (а значит, и соотношение между необходимым и прибавочным трудом в течение рабочего дня)? Так же, как и стоимость любого товара - средним общественно-необходимым рабочим временем, требуемым для воспроизводства данного товара. Что же необходимо для воспроизводства товара - рабочая сила?

Это, как уже было сказано, совокупность жизненных средств, необходимых для восстановления работоспособности самого рабочего и на поддержание жизни его семьи, с тем, чтобы обеспечить процесс естественного воспроизводства рабочей силы. А что же должно включаться в эту совокупность? Во-первых, это материальные блага, необходимые для физического существования как самого работника, так и его семьи, и для поддержания работоспособности в физическом смысле. Во-вторых, это затраты на обучение работника и обучение подрастающего поколения.

Напомню, что речь идет о среднем общественно-необходимом количестве жизненных средств. Этот «средний, общественно-необходимый» уровень есть величина историческая. Какие именно из потребностей работника будут признаны рынком рабочей силы общественно-необходимыми, зависит от множества социально-исторических факторов.

Когда-то рынок полагал достаточным для работника быть более или менее сытым, чтобы не валиться с ног, иметь крышу над головой в виде угла в бараке или в подвале, и обзавестись парой каких-нибудь обносков, чтобы прикрыть тело. Простая грамотность, расходы на элементарную медицинскую помощь, наличие в жилище водопровода и канализации - все это не относилось к «общественно-необходимым затратам». Такая ситуация даже породила теорию (т.н. теория рабочего фонда), согласно которой стоимость рабочей силы работника (заработная плата) определяется минимумом необходимых работнику средств существования. Однако в дальнейшем историческом развитии капитализма, как под влиянием возрастающей организованности рабочего класса в борьбе за свои интересы, так и под воздействием потребности капитала в более квалифицированной рабочей силе, ситуация изменилась. Рабочие уже очевидным образом не довольствуются минимумом средств существования, да и обеспечить длительную подготовку квалифицированного работника, а затем его длительное функционирование (с тем, чтобы оправдать затраты на его обучение) невозможно без удовлетворения' возросшего круга потребностей. Это и потребности, вытекающие из более высокого уровня образования, даже не просто грамотности (т.е. растущие общекультурные потребности), и из необходимости обеспечить медицинскую помощь, рациональную структуру питания, гарантировать содержание в старости и т.д.

Разумеется, цена рабочей силы может отклоняться от ее стоимости под воздействием конъюнктуры рынка труда, т.е. колебаний спроса и предложения на рабочую силу. Когда классу капиталистов противостояли раздробленные и неорганизованные наемные работники, ситуация на рынке труда складывалась в пользу капитала, которому систематически удавалось покупать рабочую силу ниже ее стоимости. Это положение изменилось с ростом организованности рабочего класса, образованием профсоюзов, затем их легализации, признания права на коллективный договор и т.д.

Переменный капитал, применяемый капиталистом для покупки рабочей силы, предстает на поверхности капиталистических отношений как заработная плата, то есть плата за труд. Здесь мы при исследовании капиталистических производственных отношений сталкиваемся с феноменом превращенной формы.

Капиталист на самом деле вовсе не оплачивает труд работника. Это утверждение неверно как с количественной, так и с качественной стороны. Количественно капиталист вовсе не возмещает работнику эквивалент его труда - то есть стоимость, воплощенную в товаре (пусть даже за вычетом перенесенной на товар стоимости средств производства, не принадлежащих рабочему). Что касается качественной стороны, то капиталист покупает и оплачивает вовсе не труд, а рабочую силу - способность работника трудиться в течение определенного времени, достаточного для производства как необходимого, так и прибавочного продукта.

С точки зрения капиталиста вообще было бы нелепо оплачивать процесс труда вне зависимости от его результатов. Но точно так же капиталист не оплачивает и эти результаты - ибо в таком случае ничего не останется на его долю. Поэтому капиталист покупает специфическое свойство работника трудиться сверх необходимого рабочего времени, способность работать больше, чем необходимо для возмещения затраченных трудовых усилий. Это свойство есть свойство товара - рабочая сила.

Однако на поверхности капиталистических отношений та плата, которую получает работник за свою рабочую силу, привязывается капиталистом именно к процессу труда, выступая как плата за время труда (повременная оплата) или плата за созданный трудом продукт (сдельная оплата). Рациональная основа такой зависимости понятна - чем дольше работает наемный работник и чем больше он выпускает изделий за время работы, тем больше затраченные им трудовые усилия, а значит тем больше и величина необходимого продукта для их возмещения, тем выше, стало быть, стоимость рабочей силы. Но такая привязка создает видимость, что капиталист платит работнику за все рабочее время или за весь созданный продукт, в то время как капиталист не только не оплачивает все рабочее время или весь продукт, но и вообще платит не за время и не за продукт, а только за способность к труду, за рабочую силу.

Когда форма явления создает искаженное, даже прямо противоположное действительному содержанию представление о нем, она выступает тем самым как превращенная форма.

Превращенные экономические формы - явление, характерное для капиталистических производственных отношений. Истоки образования превращенных форм лежат в фетишистском характере исходной для капитализма товарной формы. Фетишизм товарных отношений перерастает в фетишизм капитала. В этой сфере общественные отношения людей также принимают вещную форму, и сам капитал представляется внешней по отношению к человеку вещью или вещной силой, воплощенной в деньгах, станках и машинах и т.п. Однако действительная природа капитала состоит в том, что это не вещь, а общественное отношение между капиталистом и наемным работником, основанное на эксплуатации наемного труда с целью извлечения прибавочной стоимости.

15.2. Анализ стадий развития капитализма в промышленности. Формальное и реальное подчинение труда капиталу

Итак, капитал обеспечивает свое самовозрастание путем производства прибавочной стоимости. Производство прибавочной стоимости происходит благодаря тому, что процесс производства длится дольше, чем необходимо для возмещения стоимости переменного капитала, то есть для производства эквивалента стоимости жизненных средств наемного работника. Это значит, что время труда превосходит абсолютную продолжительность необходимого рабочего времени.

Абсолютная прибавочная стоимость - производство прибавочной стоимости путем удлинения рабочего дня за пределы необходимого рабочего времени.

Абсолютная прибавочная стоимость выступала исторически первой формой производства прибавочной стоимости. Одновременно абсолютная прибавочная стоимость есть общая форма производства прибавочной стоимости. Прибавочная стоимость вообще не может быть произведена иным путем - если не принуждать рабочего трудиться сверх необходимого рабочего времени, то прибавочная стоимость не появится на свет.

Первоначально стремление капиталистов увеличить норму эксплуатации рабочего (то есть норму прибавочной стоимости) реализовывалось путем удлинения прибавочного рабочего времени. Это вело к значительной продолжительности рабочего дня. Если обычный рабочий день в Англии в первой трети ХIХ века колебался в пределах 11-12 часов, то в ряде отраслей он мог достигать 14-16 часов. Более того, границы суток вовсе не являются непреодолимым пределом для капиталиста, одержимого жаждой прибавочного труда ради умножения своего капитала - отмечены случаи, когда продолжительность одной рабочей смены достигала 36 часов!

Однако капитал не может длительное время основывать свое развитие на истощении наемной рабочей силы, ибо ее нормальное воспроизводство все же необходимо для нормального функционирования самого капитала. При достижении естественных пределов продолжительности рабочего дня единственным резервом увеличения нормы эксплуатации становится сокращение необходимого рабочего времени, времени возмещения стоимости переменного калитала. Таким образом, соотношение между необходимым и прибавочным временем меняется в пользу последнего.

Относительная прибавочная стоимость - прибавочная стоимость, производимая путем сокращения необходимого рабочего времени и изменения таким путем соотношения между величиной необходимого и прибавочного рабочего времени.

Относительная прибавочная стоимость есть в тоже время и абсолютная прибавочная стоимость, ибо и в этом случае процесс производства продолжается за пределы необходимого рабочего времени. Однако производство прибавочной стоимости при этом покоится не на простом удлинении рабочего дня за пределы необходимого рабочего времени, а на изменении продолжительности самого необходимого рабочего времени. Добиться этого можно, только меняя условия производства и увеличивая производительность труда. Только тогда на производство необходимых рабочему жизненных средств будет потрачено относительно меньше рабочего времени, либо на производство тех же самых товаров понадобится меньше рабочих, а значит и меньшие затраты переменного капитала.

Механизмом, непосредственно стимулирующим капиталистов к производству относительной прибавочной стоимости, выступает избыточная прибавочная стоимость. Если капиталист создает условия для увеличения производительности труда нанятых им рабочих до такого уровня, чтобы время, потраченное на производство единицы продукции, стало меньше среднего общественно-необходимого, то произведенные товары он по-прежнему будет продавать по их общественной стоимости. В этом случае капиталист получает возможность присваивать разницу между общественной стоимостью товаров и тем рабочим временем, которое действительно затрачено на их производство. Эта разница и образует избыточную прибавочную стоимость.

Избыточная прибавочная стоимость - избыток над тем уровнем прибавочной стоимости, который присваивается при производстве товара со средними общественно-необходимыми затратами рабочего времени. Образуется за счет повышения производительности труда и снижения затрат рабочего времени на производство товара ниже уровня средних общественно-необходимых затрат.

Возможность присвоения, помимо средне-нормальной, еще и избыточной прибавочной стоимости, является сильнейшим побудительным мотивом для капиталиста применять достижения технического прогресса для повышения производительности труда.

Поскольку с определенного исторического предела производство относительной прибавочной стоимости выступает в большинстве случаев единственным возможным путем увеличения (или даже сохранения) нормы эксплуатации, для капитала становится принудительной необходимостью применение технических нововведений, позволяющих экономить на издержках найма рабочей силы. Капитал становится горячим поборником технического прогресса.

Как было отмечено выше, эволюция организационной и технической основы капиталистического производства под влиянием совершенствования методов производства прибавочной стоимости проходит несколько стадий.

Капитал застает и первоначально применяет методы производства, основанные на индивидуальном или групповом ручном труде, сложившиеся еще в добуржуазных способах производства. Стремление капитала к самовозрастанию (так же, как и жажда прибавочного труда в других эксплуататорских обществах) побуждает его увеличивать число наемных работников. Вообще превращение самостоятельного товаропроизводителя, применяющего собственный труд, в капиталиста, еще не происходит окончательно с появлением у него первого наемного рабочего. Необходимо, чтобы совокупная масса прибавочной стоимости, производимой наемными работниками, была достаточна для того, чтобы предоставить нанимающему работников товаропроизводителю доход, дающий ему возможность отказаться от приложения собственного труда и целиком сосредоточиться на выполнении функций капиталиста. Капитал, и персонифицирующий его капиталист, выступают теперь как сила, определяющая и организующая простую кооперацию труда.

Концентрация наемных работников, основанная на простой кооперации труда, является первым шагом капиталистического производства. Уже этот первый шаг создает некоторый прирост производительности труда, обеспечиваемый разнообразными эффектами от простой кооперации работников (а некоторые виды ручных работ вообще не могут быть выполнены без концентрации работающих - например, в строительстве или при погрузочно-разгрузочных работах). Таким образом, простая капиталистическая кооперация труда есть и первый, пока еще не слишком эффективный шаг в производстве относительной прибавочной стоимости.

Первым же самостоятельным (использующим не унаследованные от прежней эпохи методы организации производства) преобразующим воздействием, которое капитал оказывает на материальный способ производства, является переход от простой кооперации к мануфактуре. Мануфактура, как уже отмечалось ранее, это способ организации производства, основанный на ручных орудиях труда и разделении труда между занятыми работниками. Мануфактура может быть по происхождению органической (возникшей путем расчленения технологического процесса на отдельные операции, чему соответствует пооперационная специализация работников) или гетерогенной (возникшей путем соединения самостоятельного производства отдельных деталей в единый технологический процесс по созданию конечного продукта, чему соответствует попредметная специализация работников).

С развитием мануфактурного производства, основанного на разделении труда и кооперации разделенных работ, рабочая сила, нанимаемая капиталистом, формируется как совокупный рабочий. Отдельный рабочий в этой системе отношений уже не является производительным - он не производит товар. Производительной является лишь вся совокупность работников, занятых производством конечного продукта как товара. В рамках совокупного рабочего необходимым становится труд по управлению, координирующий кооперацию разделенного труда, и постольку являющийся частью производительного труда совокупного рабочего.

От этого необходимого труда по управлению следует отличать труд по надзору над наемными работниками, который определяется не техническими условиями производства, а лишь его капиталистической формой, и потому не носит производительного характера. Сложность этого различения состоит в том, что оба этих вида труда могут исполняться одними и теми же людьми (наемными управляющими) в одно и то же время.

Одна из ранних форм капиталистической мануфактуры - рассеянная мануфактура - вырастает из капиталистической работы на дому. Последняя формируется таким образом, что прежде самостоятельные ремесленники становятся зависимыми от купца, скупающего у них товар на продажу. Нередко этот скупщик выступает одновременно и их кредитором, и поставщиком сырья (также в кредит). Прежде самостоятельные ремесленники, формально сохраняя свой самостоятельный статус, по существу постепенно превращаются в наемных работников. Если работа на дому развивается на основе сельских промыслов, капиталист еще и экономит на том, что ему не нужно полностью оплачивать своим работникам средства к существованию - занимающиеся ремеслом крестьяне в значительной степени обеспечивают себя продовольствием сами.

С течением времени скупщик для увеличения производительности труда начинает регулировать разделение труда между ремесленниками - скупая сырье у одних, он продает его другим для осуществления дальнейших стадий последовательной переработки. Так и возникает рассеянная мануфактура - в противоположность обычной, где работники, занятые специализированным трудом, как правило, концентрируются в одном помещении.

Развитие специализации трудовых операций в мануфактуре обеспечивает рост производительности труда, расширяет возможности производства относительной прибавочной стоимости и увеличивает зависимость труда от капитала. Мануфактурному работнику, специализирующемуся на какой-то одной операции, или на изготовлении полуфабрикатов, весьма сложно покинуть мануфактуриста и вновь превратиться в самостоятельного ремесленника, ибо он не имеет навыков, необходимых для полного изготовления готового продукта.

Тем не менее, переход из рядов мануфактурных рабочих в ряды самостоятельных ремесленников возможен - навыки можно приобрести, ремеслу можно обучиться, и приобретение набора ручных орудий труда не является совершенно уж непосильным делом. Да и на самой мануфактуре довольно независимым является положение наиболее искусных мастеров, которые являются живыми носителями навыков и опыта в ремесленном деле, и без которых нельзя добиться необходимого качества выделки готовых изделий.

Следующим шагом капитала в преобразовании условий производства является переход от ручного труда к машинному.

Машина - орудие труда, соединяющее в себе двигатель, передаточный механизм, преобразующий движение в необходимую целесообразную форму, и собственно рабочее орудие, непосредственно воздействующее на обрабатываемый предмет.

Первоначально машинами замещался ручной труд в некоторых отраслях, производящих предметы потребления (в мукомольном производстве - еще до промышленного переворота, в прядении, ткачестве). Затем машинное производство распространяется и на производство средств производства - теперь и сами машины производятся при помощи машин. Позднее машинная техника проникает в сельское хозяйство, еще позднее (и менее глубоко) - в сферу услуг. Предпосылкой широкого применения машин выступает переход от использования мускульной силы человека и животных, а также природных источников движения (ветер, текущая вода) к использованию механических двигателей (сначала - паровой машины, затем двигателя внутреннего сгорания и электродвигателя).

Машинное производство создает техническую основу для постоянного совершенствования применяемых средств производства и тем самым - для роста производительности труда.

Полное преобразование производства на основе машинной техники приводит к появлению фабрики - предприятия, процесс производства на котором основан на системе машин. Венцом развития фабрики является появление автоматической системы машин, т.е. такой системы, взаимодействие отдельных элементов которой обусловлено технической природой составляющих ее машин и не зависит от человека, на долю которого приходится только обслуживание, контроль и регулировка этой системы.

Фабричная система приводит к формированию внутреннего противоречия капитализма между планомерной организацией процесса производства на фабрике и господствующими в общественном хозяйстве стихийными рыночными отношениями. С развитием капитализма отмечается значительное обострение этого противоречия.

Массовое вытеснение ручного труда машинным позволяет капиталисту сократить относительное количество применяемой рабочей силы. Для обслуживания машины рабочему уже не нужны сложные навыки ремесленного работника. Сама целесообразность процесса труда определяется уже не человеком, а заложена в системе машин - вещественных элементах постоянного капитала. Рабочий превращается в придаток машины, а его труд, по выражению К. Маркса, сводится к простой абстракции деятельности, к действию определенным образом выдрессированной силы природы.

Такая роль рабочего как придатка к машине позволила капиталу на ранней стадии индустриализации в массовом масштабе провести замену труда взрослых мужчин трудом женщин и детей, что сокращало капиталу издержки на наем рабочей силы и на надзор за ней. Однако это привело к значительному сопротивлению рабочего класса, и, помимо этого, подрывало нормальный процесс воспроизводства рабочей силы. Капитал был принужден поставить пределы своей собственной алчности и смириться с законодательным ограничением детского и женского труда.

Переход к машинному производству знаменовал собой и переход от формального подчинения труда к реальному.

Формальное подчинение труда капиталу - подчинение труда, которое определяется капиталистической формой процесса производства, то есть капиталистическими производственными отношениями, и, прежде всего - характером отношений между капиталистом и наемным работником.

Реальное подчинение труда капиталу - такое подчинение труда, которое, помимо характера капиталистических производственных отношений, определяется также и самим характером процесса производства, превращением наемного работника в придаток машины, техническим подчинением человека движению вещественных элементов постоянного капитала.

Реальное подчинение труда капиталу, помимо всего прочего, лишает основную массу работников возможности вырваться из рамок отношений труда и капитала, поскольку делает наемного работника неспособным к самостоятельному ведению процесса производства за рамками его специализированной функции по обслуживанию того или иного процесса, протекающего в системе машин. Если рабочий только и обучен тому, чтобы прикручивать двумя шурупами определенную деталь к изделию, движущемуся на конвейере, то за пределами этой функции он не способен ни к чему и никому не нужен.

Впрочем, парадоксальным образом такая примитивизация функций ведет к формированию значительной подвижности рабочей силы. Рабочий ничего не может производить самостоятельно, выполнить изделие от начала и до конца, - это так. Но так же, как просто научить человека ввинчивать два шурупа, также просто научить его подставлять стальной лист заготовки под пуансон пресса, или совершать аналогичную простейшую операцию по обслуживанию машинной техники. Поэтому рабочему, в общем, становится безразлично, какую именно примитивную функцию при машине ему предназначено выполнять. Он легко может менять место работы... но при этом оставаться зависимым, от капитала придатком системы машин.

Машинное производство характеризуется тенденцией к постоянному обновлению технической основы производства. Этим обеспечивается рост производительности труда, а значит, и возможность для капитала привлекать меньше труда для производства единицы продукции. Постоянные технические перевороты в системе производства становятся основой для извлечения относительной прибавочной стоимости и тем самым превращаются в принудительный закон развития производства, основанного на капитале.

Однако капитал применяет не всякие нововведения, ведущие к вытеснению живого труда машинным, а лишь такие, при которых дополнительные затраты на постоянный капитал меньше, чем получаемая за счет этого экономия на найме рабочей силы. Иначе при данной рыночной цене товара сократится извлечение прибавочной стоимости. Такова граница капиталистического применения машин.

Итак, стадии развития капитализма в промышленности - простая кооперация, мануфактура, фабрика - выступают одновременно и как прогрессивные стадии производства относительной прибавочной стоимости. Капитал, как производственное отношение, определяет и специфически капиталистический способ прогресса производительных сил - постоянные перевороты в технической основе производства, призванные увеличивать производительность труда и тем самым обеспечивать прогресс производства относительной прибавочной стоимости. Таков при капитализме способ обратного воздействия производственных отношений на развитие производительных сил общества.

Возникновение производства, основанного на системе машин (фабрика), означает формирование адекватного капитализму технического базиса производства. Именно система машин составляет основной технический элемент производительных сил (наряду с наемной рабочей силой, составляющей человеческий их элемент), адекватных капиталистическому способу производства. Поэтому весьма логичным представляется вывод, что производительные силы, основанные на системе машин, не могут быть адекватными иному способу производства, следующему на смену капитализму.

У самого К. Маркса, мы, однако, не найдем такого вывода. Единственное специально подчеркиваемое им отличие производительных сил будущего общества от производительных сил капитализма заключается в преодолении подчинения человека общественному разделению труда. Более того, К. Маркс вполне допускал и некапиталистическое применение машин (при социализме). Почему? Не является ли это очевидной ошибкой?

Не вполне. В рамках имевшегося фактического материала К. Маркс не мог произвольно конструировать производительные силы . будущего общества. Достаточно и тех, вполне оправдывающихся только сейчас, предвидений, которые он сделал[15-2] (и речь о которых пойдет позже). Кроме того, К. Маркс отнюдь не ошибался в том отношении, что возникновение нового способа производства будет происходить на основе в целом еще старых производительных сил, и лишь затем они выйдут на качественно новую ступень, адекватную условиям нового способа производства (здесь можно усмотреть аналогию с переходом от формального к реальному подчинению труда капиталу). Каков будет технический облик этих новых производительных сил, Маркс, разумеется, предугадать не мог.

Однако стоит заметить, что содержащееся в «марксизме-ленинизме» объявление «социалистической индустриализации» способом создания материально-технической базы социализма представляет собой грубое отклонение от марксистской теории. Материально-техническая база социализма мыслима лишь в виде зрелого, вполне развившегося индустриального производства, уже порождающего элементы собственного отрицания (постиндустриальные тенденции). Индустриализация же (пусть и сопровождающаяся эпитетом «социалистическая»), как переход от производства, основанного на ручном труде, к машинному производству, представляет собой путь создания материально-технической основы только капиталистического способа производства. Индустриализация (как историческая стадия развития капиталистического способа производства) создает в лучшем случае - и то далеко не в полной мере - материальные предпосылки для перехода к социализму (так же, как капитализм создает для этого экономические предпосылки), а отнюдь не адекватную для него материально-техническую базу.

15.3. Капиталистическое накопление. Капиталистический закон народонаселения

Итак, мы выяснили, как капиталист производит прибавочную стоимость. А какова ее дальнейшая судьба? Если вся прибавочная стоимость будет потребляться капиталистом, то для продолжения процесса производства у него в руках останется лишь сумма стоимости, равная по величине первоначально авансированному капиталу. Тем самым будет возможно продолжение производства в неизменных масштабах - т.е. простое воспроизводство. Если же капиталист, желая увеличить присвоение прибавочной стоимости, хочет увеличить объемы производства товаров, ему необходимо хотя бы часть прибавочной стоимости превращать в элементы капитала, расходуя ее на покупку добавочных средств производства и наем дополнительной рабочей силы. На такой основе становится возможным возобновление производства в расширенном, по сравнению с предшествующим периодом, масштабе - т.е. расширенное воспроизводство.

Превращение части прибавочной стоимости в элементы постоянного и переменного капитала называется накоплением капитала.

Процесс накопления капитала окончательно утверждает капиталистическую природу процесса производства. Относительно первоначально авансированного капитала нельзя еще с уверенностью сказать, что он является продуктом капиталистического производства. Это могла быть феодальная рента - продукт эксплуатации крепостных крестьян - превращенная в капитал, это мог быть результат бережливости удачливого мелкого производителя, это мог быть процент, безжалостно выдаиваемый ростовщиком из своих клиентов...

Но теперь, с каждым циклом капиталистического накопления, все большую часть авансируемого капитала составляет капитализированная прибавочная стоимость. Довольно скоро наступает такой момент, когда весь применяемый капитал начинает представлять собой продукт капиталистической эксплуатации наемных работников.

Получается, что наемный рабочий сам кует цепи своего наемного рабства. Инструмент эксплуатации в руках буржуазного класса - капитал - уже на начальной стадии развития капитализма практически целиком становится капитализированным прибавочным трудом рабочих. Рабочий трудится, чтобы вновь и вновь создавать для капиталиста орудия своей собственной эксплуатации. Здесь мы сталкиваемся с развитой формой феномена отчуждения: отчужденный труд рабочего превращается в условиях капиталистических производственных отношений в чуждую, противостоящую ему и угнетающую его силу капитала. Капитал присваивает прибавочный труд рабочего, обращая его в орудие господства над трудящимся.

Итак, «...Капиталистический процесс производства, рассматриваемый в общей связи, или как процесс воспроизводства, производит не только товары, не только прибавочную стоимость, он производит и воспроизводит само капиталистическое отношение, - капиталиста на одной стороне, наемного рабочего - на другой»[15-3]. Таким образом, процесс капиталистического воспроизводства означает не только постоянное возобновление производства продуктов, как товаров; не только постоянное возобновление производства стоимости и прибавочной стоимости; он означает воспроизводство капиталистических производственных отношений. Иными словами, капиталистический процесс производства и воспроизводства есть процесс производства и воспроизводства условий жизни общества и людей, его составляющих, в их общественной определенности, заданной капиталистическими отношениями.

Процесс накопления капитала прямо влияет на положение рабочих при капитализме. Капитал стремится к безудержному росту, к экспансии, чтобы производить все больше и больше и больше прибавочной стоимости. Это расширение требует добавочных рабочих, а, следовательно, ведет к росту спроса на рабочую силу. Рост спроса ведет к росту цены рабочей силы, то есть к повышению заработной платы. Однако это означает рост расходов буржуазии на переменный капитал, а значит, сокращает норму прибавочной стоимости. Поэтому капитал стремится ограничить свое накопление такими рамками, при которых добавочный спрос на рабочую силу удерживается ниже ее предложения, что не позволяет цене рабочей силы расти настолько, чтобы это вело к снижению нормы прибавочной стоимости.

Эта закономерность капиталистического накопления определяет собой постоянное существование армии безработных или резервной армии труда (промышленной резервной армии). Резервная армия труда не представляет собой постоянную величину. В условиях высокой конъюнктуры, когда капиталистическое производство расширяется с расчетом на растущий рынок сбыта, растет и спрос на рабочие руки, что ведет к сокращению резервной армии труда и относительному улучшению положения занятых рабочих. В условиях кризиса, когда капиталисты свертывают производство, резервная армия труда растет, а положение рабочих ухудшается. Однако и в период подъема, и в период кризиса резервная армия труда не исчезает, продолжая оставаться фактором, обеспечивающим избыток предложения рабочей силы над спросом на нее. «Следовательно, рабочее население, производя накопление капитала, тем самым в возрастающих размерах производит средства, которые делают его относительно избыточным народонаселением. Это - свойственный капиталистическому способу производства закон народонаселения...»[15-4] (Курсив мой - А.К.).

Разумеется, демографические процессы при капитализме определяются не одними только капиталистическим производственными отношениями, но и множеством других факторов, среди которых одно из первых мест занимает достигнутый абсолютный уровень потребления, а также национально-культурные традиции, состояние здравоохранения и социальной помощи, наличие или отсутствие войн и т.д. и т.п. Капиталистический закон народонаселения регулирует лишь одну сторону движения населения - он определяет тот факт, что при любых темпах естественного прироста населения капитал готов поглотить добавочные рабочие руки в своем стремлении к безудержному росту - однако доставляемые естественным приростом населения добавочные рабочие руки поглощаются капиталом лишь в определенных пределах. А именно, возможный рост спроса на рабочую силу не должен вести к такому росту заработной платы, который снизил бы норму прибавочной стоимости, и поэтому капитал поглощает не все добавочные рабочие руки, сохраняя резервную армию труда. Кроме того, такое относительное перенаселение обеспечивает для самовозрастания капитала «постоянно готовый, доступный для эксплуатации человеческий материал, независимый от границ естественного прироста населения»[15-5].

Накопление капитала может влиять на положение наемных рабочих при капитализме различным образом. Это зависит от того, как меняется соотношение, в котором накопляемая часть прибавочной стоимости делится на переменный и постоянный капитал, то есть от строения капитала, (а точнее, от его органического строения).

Органическое строение капитала - стоимостное строение капитала (т.е. соотношение стоимости постоянного и переменного капитала), постольку, поскольку оно определяется его техническим строением.

Почему речь идет именно об органическом строении? Потому что от него зависит, в каких объемах добавочный капитал будет привлекать дополнительных наемных рабочих. Чем выше техническая вооруженность производства, тем выше органическое строение (т.е. относительно больше стоимостная доля постоянного капитала), и тем, следовательно, меньше доля переменного капитала и количество требующихся для расширения производства новых рабочих.

Если накопление капитала идет при его неизменном органическом строении, то добавочный переменный капитал остается в том же соотношении с постоянным, что и раньше. Это значит, что расширение производства требует дополнительного постоянного капитала и дополнительных рабочих рук в той же пропорции, что и раньше.

Если органическое строение капитала повышается, то новых рабочих рук требуется относительно меньше, и, соответственно, относительно меньше добавочный спрос на рабочую силу, что, соответственно, ведет к понижению заработной платы.

Именно эта закономерность послужила К.Марксу одним из оснований для вывода о тенденции к абсолютному ухудшению положения рабочего класса при капитализме. Во избежание разночтений приведу здесь обширные цитаты из «Капитала»:

«Чем больше общественное богатство, функционирующий капитал, размеры и энергия его возрастания, а следовательно, чем больше абсолютная величина пролетариата и производительная сила его труда, тем больше промышленная резервная армия. Свободная рабочая сила развивается вследствие тех же причин, как и сила расширения капитала. Следовательно, относительная величина промышленной резервной армии возрастает вместе с возрастание сил богатства. Но чем больше эта резервная армия по сравнению с активной рабочей армией, тем обширнее постоянное перенаселение, нищета которого прямо пропорциональна мукам труда активной рабочей армии. Наконец, чем больше нищенские слои рабочего класса и промышленная резервная армия, тем больше официальный пауперизм. Это - абсолютный, всеобщий закон капиталистического накопления»[15-6].

Далее Маркс формулирует те же мысли еще более резко: «...По мере накопление капитала положение рабочего должно ухудшаться, какова бы ни была, высока или низка, его оплата. ...Накопление богатства на одном полюсе есть в то же время накопление нищеты, муки труда, рабства, невежества, огрубления и моральной деградации на противоположном полюсе, т.е. на стороне класса, который производит свой собственный продукт как капитал»[15-7].

Как является очевидным в настоящее время, К.Маркс не сумел разделить здесь действительно всеобщие закономерности капиталистического накопления, определяющие зависимость положения рабочего класса от движения накопления капитала, и количественную оценку этой зависимости, обусловленную исторически преходящими обстоятельствами. Как видно из текста XXIII главы I тома «Капитала», Маркс строит эту оценку на основании данных, относящихся к Великобритании и Ирландии в период 30-х - начала 60-х гг. XIX века. Это был период развития капиталистической индустриализации вширь, период вытеснения мелкого ремесленного производства в еще не индустриализованных отраслях, и ручного сельскохозяйственного труда машинной техникой. Для этого периода было характерно действительное сжатие спроса на труд по мере замены ручного труда крупным машинным производством, и тенденция к вытеснению относительно сложного ремесленного труда более простым трудом по обслуживанию машин, в том числе женским и детским. Описанные в «Капитале» последствия этих процессов для положения рабочего класса были поистине ужасающими.

Все те закономерности, которые послужили Марксу основанием для вывода об абсолютном ухудшении положения рабочего класса по мере накопления капитала, действовали в реальной истории капитализма. Это и в самом деле был закон, характерный для перехода от мастерового мануфактурно-ремесленного периода к промышленному рабочему, низведенному до роли простого придатка к машине. Однако Марксом не был в полной мере принят во внимание тот факт, что эти тенденции носят исторически преходящий характер, и что им на смену приходит ряд противоположных тенденций, которые, впрочем, в развернутом виде проявили себя только после его смерти.

Сам Маркс в отделе о накоплении, проводя анализ его закономерностей, в общем, не отрицал возможности роста производства прибавочной стоимости в условиях растущей заработной платы рабочих[15-8]. Равным образом в принципе им не отвергалась и возможность абсолютного роста спроса на рабочую силу[15-9] и уровня заработной платы[15-10] при накоплении капитала, основанном на росте его органического строения, и, соответственно, относительном падении спроса на рабочую силу.

Можно сделать вывод, что динамика положения рабочего класса различна на различных этапах развития капиталистического способа производства и в различных секторах мирового капиталистического хозяйства. В период с последней четверти XIX до последней четверти XX века, с постепенным завершением развития капиталистической индустриализации вширь, в наиболее развитых странах изменилась и техническая основа накопления капитала. Этот процесс стал развиваться на основе постоянного усложнения машинной техники, что привело к росту квалифицированных слоев рабочего класса, к повышению стоимости их рабочей силы. Даже примитивизация функций рабочего при поточном производстве на основе конвейерной системы имела противоречивое воздействие на положение рабочего класса. С одной стороны, конвейерный рабочий имел не слишком высокую квалификацию. С другой стороны, развертывание массового поточного производства нуждалось и в массовом потребителе, что нашло свое выражение в идеологии «фордизма» («мои рабочие должны иметь возможность покупать мои автомобили»).

Одновременно с этим развивались и другие тенденции, противодействующие ухудшению положения рабочего класса. Рост профсоюзного и политического рабочего движения усилил позиции пролетариата в торге за условия продажи своей рабочей силы, что особенно явно сказалось после Октябрьской революции (переход к 8-часовому рабочему дню, постепенное признание прав профсоюзов), а затем в 50-е - начале 70-х гг. XX века. Однако затем развитие постиндустриальных тенденций привело к сокращению квалифицированного персонала в промышленности и росту удельного веса малоквалифицированных работников в сфере услуг. Это обернулось в США в последней четверти XX века длительным снижением реальной заработной платы при удлинении фактической рабочей недели, а в Европе - ростом безработицы.

В других секторах мирового хозяйства в настоящее время, в зависимости от исторического этапа развития той или иной национальной экономики и ее места в мировом хозяйстве, можно наблюдать как закономерности, описанные Марксом во всей их неприглядности, так и закономерности, свойственные для XX века. Таким образом, положение рабочего класса зависит от динамики стоимости рабочей силы, определяемой (1) развитием научно-технического прогресса, (2) стадией развития капитализма и (3) уровнем классовой борьбы пролетариата.

Социальное негодование должно стимулировать научный экономический анализ, а не подменять его. Великая и несомненная заслуга Маркса заключается в том, что он превратил вполне определенную социально-классовую позицию в мощный инструмент вскрытия реальных противоречий социально-экономического развития. Однако иной раз социальное негодование может приводить к преобладанию эмоций над беспристрастным научным исследованием. Маркс стремился исходить из наблюдаемых фактов, и был вполне справедлив в критике современного ему капитализма. И все же он своевременно не подверг первоначальный анализ позднейшей корректировке на основе новых фактов, что придало бы его выводам более универсальный характер и предотвратило бы ошибочное выдвижение утверждения об абсолютном характере закономерностей, которые оказались исторически преходящими. Многие его последователи (особенно в СССР) прибегли к уже совершенно недопустимой догматизации исходных положений Маркса, зачастую вопреки уже очевидным фактам, что значительно ослабило как научные, так и идеологические позиции марксизма.

Вопросы для самостоятельного изучения:

1. Какие противоречия товарного производства определяют превращение денег в капитал?

2. Каковы исторические и теоретические условия превращения денег в ка питал?

3. Каково значение категории «товар - рабочая сила» в марксовой концепции капитала? Что такое капитал как производственное отношение?

4. Каков источник прибавочной стоимости?

5. Что такое постоянный и переменный капитал? Какова их роль в производстве прибавочной стоимости?

6. Почему заработная плата выступает как превращенная форма цены и стоимости рабочей силы?

7. Чем различаются абсолютная и относительная прибавочная стоимость? В чем состоит их общая основа?

8. Как определяются экономические границы рабочего дня при капитализме?

9. Что такое формальное и реальное подчинение труда капиталу?

10. Какими противоречиями капитала определяется переход от простой кооперации к мануфактуре и фабрике?

11. Каковы закономерности капиталистического накопления (превращения прибавочной стоимости в капитал)?

12. Каковы были исторические условия, определившие формулировку Марксом всеобщего закона капиталистического накопления как абсолютного и относительного обнищания пролетариата?

13. Каковы действительные общие закономерности капиталистического накопления, вскрытые Марксом в «Капитале»?

14. В чем состоит экономический закон народонаселения при капитализме?

Литература для самостоятельного изучения:

Работы классиков марксизма:

• Маркс К. Капитал. Т I, отделы 2-4, 6-7 (за исключением главы 24), особенно главы 4-6, 7 (§ 1), 8 (§ 1), 10-12, 13 (§ 1-6), 17-19, 21, 22, 23 (§ 1-4). // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. т.23.

Для первого раза помочь в усвоении «Капитала» могут известные комментарии Розенберга:

• Розенберг Д.И. Комментарии к «Капиталу» К. Маркса М.: Экономика, 1984.

• http://narod.ru/disk/12264110000/kommentarii_k_kapitalu.djvu.html

• http://politazbuka.ru/knigi/kommentarii_k_kapitalu.djvu