3. Мораль и право

3. Мораль и право

Дифференциация.

Утверждение и развитие филосо­фии права в немалой степени связано с процессом высвобождения правопонимания от узкоэтического истолкования и узкоэтических оценок явлений правовой действительности, придания им самостоятельного, "суверенного" значения.

Сначала — вот какие уточнения. Как и при истолковании права, характеристика морали в ее соотношении, правом требует в первую очередь того, чтобы с необходимой строгостью различать те или иные стороны и внутренние подразделения рассматриваемых явлений. Иначе так же, как и при истолковании права, — ориентированных на одну лишь, нередко абсолютизированную их сторону лишает возможности выработать обобщенные характеристики, необходимые для последовательно научных разработок.

Прежде всего следует держать в памяти то своеобразное, что характерно для двух близких, частично перекрещивающихся категорий — морали и нравственности, с позиций юридической догматики, казалось бы, в правовой науке преимущественное внимание должно быть обращено на нравственность (она, освящая "нравы", сосредоточена на самих этических категориях: справедливость, добро, зло к др.). Однако при нацеленности на рассмотрение современ­ного права, все более связывающего свое бытие с автоном­ной личностью, ее внутренним миром, на первый план выступает мораль, которая через "эгоцентризм", "мое те­лесное"[60] переводит философско-правовой анализ в плоскость жизненных реалий, весьма значимых для права на совре­менной стадии его развития.

В самой же морали представляется крайне существен­ным различать ее уровни (учитывая при этом, что "уро­вень" вовсе не предопределяет большую или меньшую значимость морали для права; соотношение здесь, как мы увидим, нередко парадоксальное, обратное очевидному).

В морали решающее значение имеет уровень элемен­тарных моральных (нравственных) требований, императи­вов, максим, заповедей[61]. Ядром их являются Христовы заповеди-откровения, сконцентрировавшие в предельно кратких формулах сокровенные ценности истинно духов­ной человечности.

Как это ни покажется странным, настороженное, а в чем-то и критическое отношение должны вызывать моральные ценности и идеалы, часто получающие религиозную интерпретацию и соответствующую оценку в качестве "высоких", "высших", такие, как Спасение, Добро, Освобождение от зла, иные, порой мессианские определения. Их соотнесение с правом — острая проблема, требующая подробного анализа (об этом — ниже).

Необходимо держать в поле зрения и дифференциа­цию в праве, своеобразие его структурных подразделений.

В литературе с давнего времени взаимосвязь рассмат­риваемых нормативно-ценностных регуляторов освещается главным образом под углом зрения уголовно-правовой про­блематики. Действительно, с генетической стороны именно уголовно-нормативная регламентация людских поступков и уголовное преследование наиболее тесно — по сравнению с иными подразделениями системы права — связаны с мора­лью. Условия нормальной жизнедеятельности людей, тре­бующие ответственности человека за свое поведение, ближайшим образом выражаются в морали, и лишь потом в "морально отработанном" виде воспринимаются государст­вом, в результате чего и образуется "криминалистическая часть" правовой материи — уголовное право и примыкаю­щие к нему правовые подразделения (в том числе исправи­тельное, пенитенциарное право).

К сожалению, при этом не обращается внимание на то, что данные подразделения правовой материи в большей мере относятся непосредственно к государству, его запретитель­но-карательной деятельности, являются ее юридизированным продолжением, когда закон, иные правовые формы используются только в соответствии с требованиями госу­дарственно-признанной морали и государственными инте­ресами. Возникающие здесь отрасли и институты имеют публично-правовую природу, выявляющую с предельной отчетливостью свои властно-принудительные черты. При­менительно к данной, публично-правовой сфере, действи­тельно, есть известные основания усматривать в юри­дических запретительно-карательных установлениях толь­ко “минимум морали" и вообще видеть в морали "основу права".

Между тем вся сложность проблемы соотношения права с моралью, а отсюда выработка самой концепции философии права на самом деле касается его первородных, искон­но-правовых подразделений, призванных, как мы увидим, юридически опосредствовать и гарантировать свободу людей. В первую очередь — тех подразделений, в которых закрепляются права человека, экономическая свобода,- словом, отраслей и институтов конституционного и частного права, а также отраслей и институтов, посредством которых осуществляется независимое правосудие.