ВВЕДЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Настоящая книга посвящена истории марксистской диалектики, конкретнее – исследованию процесса создания и развития Марксом и Энгельсом научного диалектического метода.

Цель книги – рассмотреть, как на базе критического усвоения всего опыта предшествующего развития философии, новейших данных науки и исторической практики человечества основоположники марксизма разрабатывали науку о материалистической диалектике. В соответствии с этой целью задумана структура книги. Первый раздел посвящен процессу формирования фундаментальных принципов материалистической диалектики на основе критики и материалистической переработки гегелевской идеалистической диалектики, т.е. той формы диалектики, которая непосредственно предшествовала диалектике марксистской и была высшим достижением домарксовской философии.

Во втором разделе дается анализ диалектики, воплощенной в главном произведении научного социализма – в «Капитале» К. Маркса, имеющем, по известной характеристике В.И. Ленина, неоценимое значение для развития материалистической диалектики и представляющем собой марксистскую диалектическую логику «в действии».

Третий раздел книги посвящен выяснению роли трудов Ф. Энгельса в обосновании и разработке материалистической диалектики как науки, по его собственному определению, о наиболее общих законах развития природы, человеческого общества и мышления. Наконец, в последней части книги дается краткий обзор работы, проделанной выдающимися соратниками и учениками Маркса и Энгельса по дальнейшему развитию и популяризации метода и логики диалектического материализма, отдельных их сторон и аспектов.

Таким образом, изложение процесса развития материалистической диалектики доведено до момента, за которым начинается новый исторический этап, связанный с именем Ленина.

Следует сказать, что авторы книги не ставили перед собой задачи полного и всестороннего исследования диалектики в трудах Маркса и Энгельса. Для этого потребовалась бы не одна книга. Достаточно напомнить, какое богатство диалектики и диалектического мышления содержится в исторических работах учителей научного коммунизма, в их выступлениях по проблемам политики, стратегии и тактики рабочего движения, в их огромной переписке. В этом отношении предстоит еще большая, к сожалению до сих пор не проделанная, работа. Нет сомнения, что такое исследование поможет глубже проникнуть в сущность материалистической диалектики, установить новые ее грани и оттенки. Главная задача данной книги состояла в том, чтобы показать, что благодаря марксизму философский метод закономерно достиг своей высшей и научной формы, адекватной сам?й реальной действительности, объективным законам ее развития.

Однако предмет, исследуемый в настоящей книге, имеет не только историческое значение. Еще Гегель отмечал, что история философии есть процесс становления сам?й философской науки. Это же относится и к диалектике. Выяснение того, как формировалась материалистическая диалектика, какие взгляды и концепции пришлось ей преодолеть на пути своего возникновения, обоснования и развития, с какими противниками она вела борьбу, как основоположники марксизма понимали сущность диалектического метода, имеет актуальное и животрепещущее значение и для современности. Метод диалектического материализма, как и марксистская наука в целом, никогда не рассматривался Марксом и Энгельсом как набор неизменных и законченных принципов и правил. Энгельс писал, что «все миропонимание [Auffassungsweise] Маркса – это не доктрина, а метод. Оно дает не готовые догмы, а отравные пункты для дальнейшего исследования и метод для этого исследования» (2, XXXIX, 352)[1]. Из этих слов видно, какое значение основоположники марксизма придавали методу, логике научного исследования. Эта характеристика в полной мере совпадает с ленинской оценкой диалектики как «души марксизма». Но из этих оценок вытекает, что и сам метод марксизма представляет собой нечто развивающееся, беспрестанно совершенствующееся в процессе изучения новых условий исторического развития и великих успехов науки. Это – оружие, которое в действии своем не притупляется, а, напротив, становится еще более острым, закаленным, могущественным.

Не удивительно поэтому, что в современных условиях раздернулась борьба вокруг многих проблем материалистической диалектики. Бесспорно, новая историческая ситуация, сложившаяся в современном мире, требует новых подходов, развития новых оттенков и граней самого метода научного исследования. Никто с такой силой не настаивал на таком понимании диалектики, как сами Маркс и Энгельс, а вслед за ними и Ленин. Напомним определение Ленина диалектики как системы с бездной новых оттенков подхода к действительности, возникающих на основе постоянного развития и изменения самой действительности, в процессе углубления познания мира. Однако развитие диалектики не означает, что устаревают и становятся неправильными ее коренные принципы и основания. Эти последние, будучи принципами и основаниями адекватного воспроизведения в мышлении действительности, лишь конкретизируются, обогащаются на новом материале, на опыте новейшей исторической практики. Между тем борьба вокруг диалектики Маркса и Энгельса свидетельствует о стремлении пересмотреть как раз некоторые устои, на которых зиждутся ее принципиальные выводы. Вот в этом смысле исследование истории диалектики, в частности истории самой марксистской диалектики, имеет первостепенное значение для правильного понимания теории диалектики, для дальнейшего развития этой теории.

Приведем лишь один пример. Как известно, с давних пор, еще с момента возникновения марксистской философии, идет спор о соотношении гегелевской диалектики и диалектики материалистической. Несмотря на то что основоположники марксизма совершенно ясно, в высказываниях, не допускающих никаких кривотолков, выразили свое понимание этого вопроса, до сих шор предпринимаются попытки представить дело так, будто Маркс и Энгельс ошибались в своем отношении к Гегелю и будто тезис о материалистическом «переворачивании» гегелевской диалектики «с головы на ноги» искажает, извращает самое марксистскую диалектику. Иначе говоря, пытаются изобразить историю марксистской диалектики так, чтобы отвергнуть всякую преемственность, разорвать всякие нити, связывающие ее с диалектикой Гегеля. Смысл этих попыток, как правило, состоит в том, чтобы под предлогом критики идеалистической диалектики Гегеля подвергнуть атаке именно марксистскую, материалистическую диалектику.

Нет спора, материалистическая диалектика прямо противоположна гегелевской идеалистической диалектике, о чем неоднократно заявляли Маркс и Энгельс и о чем предельно ясно сказано, в частности, в послесловии Маркса к первому тому «Капитала». Но с не меньшей определенностью Маркс заявлял, что не кто иной, как Гегель, впервые изобразил основные диалектические формы развития и что надо было освободить гегелевский анализ этих форм от «мистической оболочки», под которой скрывается «рациональное зерно» его диалектики.

«Маркс, – писал по этому поводу Энгельс, – был и остается единственным человеком, который мог взять на себя труд высвободить из гегелевской логики то ядро, которое заключает в себе действительные открытия Гегеля в этой области, и восстановить диалектический метод, освобожденный от его идеалистических оболочек, в том простом виде, в котором он и становится единственно правильной формой развития мысли» (2, XIII, 496 – 497).

Кажется, ясно. И тем не менее этот вопрос снова и снова поднимается, однако не с целью продолжить его исследование в духе указаний самих Маркса и Энгельса, а для того, чтобы «припугнуть» гегелевским идеализмом, а заодно и поставить под сомнение тот или иной основополагающий принцип материалистической диалектики.

В самом деле, всякий, кто хоть мало-мальски разбирается в вопросах диалектики, знает, что среди многих рациональных идей, выдвинутых гегелевской философией и весьма высоко оцененных основоположниками марксизма, особенно важное значение имела идея о диалектических противоречиях, имманентных самим объектам и являющихся источником их «самодвижения», саморазвития. Отбросив идеалистическое положение Гегеля о том, что в основе самодвижения и саморазвития лежат противоречия развития «абсолютной идеи», и переработав учение о диалектических противоречиях в материалистическом духе, придав ему подлинно революционный характер, Маркс и Энгельс с величайшим успехом применили его к исследованию и решению самых разнообразных вопросов науки и революционной борьбы. Без учета этой стороны их диалектики (Ленин называл эту сторону «ядром» марксистской диалектики) невозможно понять «Капитал», его метод и те выводы, к которым Маркс пришел в результате своего диалектического анализа «самодвижения» капиталистического способа производства.

Между тем даже иные марксисты объявляют учение о внутренних противоречиях развития «гегельянщиной», результатом отождествления марксистской диалектики с непереваренной гегелевской диалектикой. Такова, например, концепция некоторых сторонников «структурализма», желающих «обновить» с помощью последнего марксистскую диалектику, «структурализовать» ее. Сущность подобной «структурализации», однако, сводится к попытке выявить некую неподвижную и застывшую структуру объекта, освобождая ее от внутренних противоречий, т.е. источников развития. Движущую силу развития при этом усматривают в столкновении, во внешнем противоречии различных структур. С этой точки зрения дается, например, совершенно ложная трактовка диалектики развития производительных сил и производственных отношений как якобы самостоятельных структур.

Понятно, что, отрицая внутренние противоречия в объектах, эта концепция чужда историзма, исторического подхода к явлениям, составляющего, как известно, одну из важнейших особенностей марксистской диалектики. Структуралисты противопоставляют синхронию диахронии, провозглашая приоритет первой. Утверждают даже, будто Маркс «полностью» отказался от исторического исследования. Но это утверждение свидетельствует о полном непонимании Марксовой диалектической логики. В «Капитале» дан глубокий анализ структуры капиталистического способа производства, классовой структуры буржуазного общества. Однако анализ этой структуры от начала до конца проникнут историзмом. Она рассматривается как результат движения, устранившего определенные исторические предпосылки и условия, которые подготовили возникновение капитализма, и вместе с тем как диалектически противоречивый процесс создания объективных предпосылок для неизбежного своего самоотрицания. У Маркса структура капитализма диалектична, и именно по той причине, что ей свойственны внутренние, неустранимые на почве капитализма противоречия, развертывание и обострение которых делают эту структуру динамичной, изменяющейся.

В подготовительных работах к «Капиталу» – в экономических рукописях 1857 – 1858 гг. «Критика политической экономии» – Маркс сам прекрасно выразил этот диалектический подход к исследованию структуры капиталистического производства. «Наш метод, – писал он, – показывает те пункты, где должно быть включено историческое рассмотрение предмета, т.е. те пункты, где буржуазная экономика, являющаяся всего лишь исторической формой процесса производства, содержит выходящие за ее пределы указания на более ранние исторические способы производства… С другой стороны, это правильное рассмотрение приводит к пунктам, где намечается уничтожение современной формы производственных отношений и в результате этого вырисовываются первые шаги преобразующего движения по направлению к будущему. Если, с одной стороны, добуржуазные фазы являются только лишь историческими, т.е. уже устраненными предпосылками, то современные условия производства выступают как устраняющие самих себя, а потому – как такие условия производства, которые полагают исторические предпосылки для нового общественного строя» (2, XLVI, ч. I, 449).

Как видно из этих слов, Марксов метод исследования как небо от земли далек от структуралистского противопоставления синхронии диахронии. И конечно, диалектический принцип историзма у Маркса вовсе не сводится к простому историческому описанию развивающегося объекта и его структуры, о чем речь идет в соответствующей главе.

Таким образом, исследование истории марксистской диалектики, истории того, как основоположники марксизма критически перерабатывали диалектику Гегеля, как они развивали метод диалектики в своих трудах, и особенно в «Капитале», имеет не только чисто историческое значение. История помогает понять и усвоить их теорию, их науку материалистической, диалектической логики, способствует ее дальнейшему развитию на уровне современного знания и исторической практики.