Теория объекта и его история

Теория объекта и его история

Познавательное движение от явлений к сущности рассматривается Марксом как логическое преобразование исторического аспекта исследований. Соотношение логического и исторического есть не только собственно методологический, а тем более не узкологический вопрос, но и проблема самого содержания исторического материализма в его конкретном воплощении. Буржуазным политэкономам из-за их метафизических и апологетических установок свойствен неисторический подход к изучению буржуазного способа производства, отчего логическое у них часто обособляется от исторического и даже противостоит ему. У Маркса проблема связи логического и исторического опирается на общий принцип диалектико-материалистического историзма, предполагающий прослеживание противоречивых связей прошлого, настоящего и будущего и учет специфики каждого из этапов развития (в истории общества – внутренних особенностей каждой из сменявших друг друга общественно-экономических формаций).

Эта проблема расчленяется К. Марксом на три основные составные проблемы: 1) соотношение логической последовательности в построении теории изучаемого развивающегося объекта и этапов его истории; 2) соотношение логического построения теории объекта и исторических приемов его исследования; 3) соотношение логического метода построения теории объекта с историей учений об этом объекте и имевших в прошлом место попыток создания такой подлинно научной теории. Эти три проблемы как составные части общей проблемы соотношения логического и исторического Маркс специально рассматривает в разделе «Метод политической экономии» во «Введении» из «Экономических рукописей 1857 – 1859 годов», но так или иначе они затрагиваются во всех 4-х томах «Капитала». Специально касался их и Ф. Энгельс, например, в рецензии на книгу Маркса «К критике политической экономии», которую он поместил в газете «Das Volk» в августе 1859 г.

Сначала – о первой из этих проблем. Если под логической последовательностью в построении теории объекта иметь в виду логический порядок звеньев структуры теории как субординации категориальных звеньев мыслительно-теоретической деятельности познания данного объекта, то в общем логическая последовательность элементов теории предмета оказывается отражением, а потому аналогом исторического его развития и по содержанию более или менее полно совпадает с последним. «…Ход абстрактного мышления, восходящего от простейшего к сложному, соответствует действительному историческому процессу» [1, т. 46, ч. I, с. 39]. Объективным условием данного соотношения является то, что сам зрелый объект в концентрированном виде как бы «содержит в себе» свою историю, а в подчиненном виде – даже и предысторию, что и отражается на структуре знания об объекте.

Маркс и Энгельс указывают на ошибочность представлений, будто история как дисциплина, которая фиксирует развитие того или иного объекта во времени во всей его фактической конкретности, способна дать глубокое его знание. Описательная «история капитализма» не в состоянии заменить научной «теории капитализма». А если речь идет о теоретически обработанной истории, то степень проникновения ее в сущность данного предмета исследования зависит опять-таки от степени ее приближения к теории. Но теория, с другой стороны, не только не может «оторваться» от истории отражаемого ею объекта, но, наоборот, хиреет и утрачивает свою истинность, если она не в состоянии «усвоить», осмыслить и теоретически воспроизвести этапы и тенденции истории последнего (тем более, что, например, в случае буржуазного общества каждый акт производства капитала частично воспроизводит заново историю его исторического развития, и это должно быть отражено теорией).

Именно поэтому в «Капитале» ход теоретического исследования функции денег «соответствует исторической последовательности» [1, т. 24, с. 129], анализ форм извлечения прибавочной стоимости идет от абсолютной формы к относительной в соответствии с порядком развития и смены этих форм в рамках движения от кооперации к мануфактуре и далее – к крупнофабричной промышленности, а изучение цены производства опирается на изучение стоимости, а не наоборот, ибо исторически обмен по стоимости предшествовал обмену по ценам производства. Итак, логическая последовательность звеньев теории капитализма соответствует в общем последовательности исторических этапов его развития.

Но только в общем! В рецензии на книгу Маркса «К критике политической экономии» Энгельс пишет, что логический способ исследования для Маркса был «не чем иным, как тем же историческим методом, только освобожденным от исторической формы и от мешающих случайностей» [1, т. 13, с. 497]. В отличие от исторического рассмотрения логическое выражает только основную линию развития предмета, прослеживает, как в предмете «более развитое выступает как более позднее» [1, т. 46, ч. I, с. 194], и раскрывает внутреннюю структуру этого предмета в его зрелом виде.

Но неверно полагать, будто теоретическое исследование объектов освобождает от изучения истории их возникновения и, например, овладение теорией капитализма делает излишними усилия по созданию его научной истории. «Случайное» для теории, которое проистекает из исторического, – это то, что не является необходимым для изучения сторон объекта, позволяющих установить его основные, главные закономерности и тенденции их проявления, хотя это «случайное» может быть очень важным для познания многих иных конкретных особенностей этого объекта, которые нельзя отнести к числу основных и главных.

Энгельс характеризует логическое как то же историческое, «но исправленное соответственно законам, которые дает сам действительный исторический процесс…» [1, т. 13, с. 497]. Иными словами, логическое есть продукт взаимодействия исторического с вычлененной из него сущностной основой. В свое время Гегель ошибочно отождествлял историческое с логическим, исходя из того, что логическое – это и есть сам объект в его логико-историческом, т.е. мыслительном, развитии. Он подменил реальную историю логической квазиисторией самодвижения понятия, так что для него «исправление логического» имело смысл подчинения исторического предвзятым категориальным схемам. Рикардо анализировал капитализм внеисторически, рассматривая его как совокупность неких «естественных» экономических связей, и потому он фактически брал логическое вне экономической истории, подчас им игнорируемой. Принципиально иначе поступают К. Маркс и Ф. Энгельс: для них «исправление исторического» означает более глубокое познание самого этого исторического. Каким же образом?