Впервые за пятьсот лет

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Впервые за пятьсот лет

До недавнего времени стратеги Запада безусловно верили в то, что успешно развивающиеся незападные страны так или иначе в процессе роста своей значимости в мире станут «ответственными держателями акций» (мы уже приводили это выражение влиятельного в госдепартаменте США Роберта Зеллика). Согласно этой логике, растущий Китай неизбежно примкнет и ассимилируется с мировым порядком, построенным Америкой: прибыльность сотрудничества многократно превзойдет потенциальные потери в случае возникновения международного конфликта.

Исток подобных иллюзий виден еще в достаточно простых модернизационных теориях 1950-х гг. (Карл Поппер и др.), эволюционировавших в 1990-е гг. США при этом рассматривались как образец.

Как пишут американские исследователи, «период после окончания «холодной войны» не являет собой историю постепенной модернизации и прогрессирующей интеграции, сближающих весь мир к выгоде всех участников. Напротив, он предоставляет отдельным крупным странам возможности избрания совершенно определенных альтернатив, выбор между конфликтом и ассимиляцией. Для лидеров развития Юга — это путь к оттеснению Запада со столбовой дороги мирового развития. Укрепляя связи между собой, эти страны ослабляют свои связи с Западом и создают альтернативную систему международной политики»[631]. Мощь Запада (а особенно Америки) при этом становится во все более возрастающей степени иррелевантной.

В начале XXI в. случилось нечто, прежде неслыханное. Группа крупных, обладающих большим населением и растущим благосостоянием стран, возглавляемая Китаем, Индией и Россией, начала поворачивать «часы истории», отбирая у Запада ее пятисотлетнее авангардное место в мировом развитии.

Совместное исследование «Дойче банка» и американской компании «Голдмэн-Сакс» предрекает, что до 2010 г. ежегодный общий рост России. Китая. Индии и Бразилии (группа стран, именуемая БРИЮ превзойдет совокупный рост США. Японии. Германии и Британии. В 2025 г. страны БРИК будут производить продукции в два раза больше, чем первых семь стран Запада. То будет тектонический сдвиг в мировой экономике. в мировой политике. У мирового сообщества появится конкурирующая группа лидеров.

Элита Запада задает прямой вопрос: попытаются новые индустриальные страны низвергать Соединенные Штаты с места лидера, рискуя крупными международными конфликтами, или они будут стремиться интегрироваться в либеральный порядок (обещающий мирную эволюцию). Мир стоит перед выбором: системный конфликт или эвентуальная ассимиляция. И пара стран, на которую смотрят как на образец — США и КНР. Время — выявления конкурента — следующие двадцать лет. Такова наиболее популярная логика в среде политологов и футурологов. Сегодня это их мантра. Растет число тех, кто видит впереди взаимное ожесточение, ведущее к агрессивным формам соперничества и даже вооруженного конфликта.

Возникающий мир эксперты все чаще называют «миром без Запада». Он будет базироваться на постоянно расширяющихся связях между развивающимися странами, между лидерами Юга, между Китаем, Россией, Индией, Бразилией. Так возникнет сначала «параллельная» международная система, которая начнет оттеснять первоначальную прозападную систему, делая ее одной из многих. Это на самом деле — не мир без Запада, а мир, в котором Запад существует, наряду с другими центрами силы, но утрачивает доминирование.

Возьмем в качестве примера Индию. В 2004 г. ВМС Индии изменили свою прежнюю доктрину защиты побережья на стратегию создания сил ядерного сдерживания и доминирования в регионе Индийского океана. Индия распространяет свое влияние на «законные области интересов», которые распространяются от Персидского залива до Малаккского пролива[632]. Индия позволила Сингапуру проводить учения на своей территории.

Впервые Запад встал перед вопросом: «Каковы будут отношения между наиболее растущими странами не-Запада и международной системой, все еще управляемой западными концепциями порядка, принимающего американские правила, сложившиеся после Второй мировой войны на основаниях либеральных моделей капитализма и демократии?»[633].